В 2
Шрифт:
Зев
Невидимость
???
Ага, так вот ты какой, северный олень. Прапрадед взобрался на зева, махнул на прощание мне рукой и резво рванул на проезжую часть. Я еле успел вытащить зеркало и глянуть на средство передвижения Виктора. Ха, для обывателей это новенький «Фольксваген»-купе, а за рулем моложавый ухоженный старик. В очередной раз подумал, что мир никогда не станет прежним.
Вернулся к своим. Гости постепенно расходились, говоря маме, что она хорошо все устроила. Ну что ж, я даже не удивился. Ей всегда надо было больше всех.
Дышалось свободно и приятно. Наконец пришла настоящая зима. Сквозь редкий снег еще виднелись клумбы с высохшими цветами, но морозец был вполне ощутимый. Понятно, что я не замерз. Даже перчатки не взял, хотя воротник плаща поднял. Сдается мне, мы еще сто раз пожалеем, что решили покататься на коньках. С другой стороны, это не моя идея.
Приехал за пятнадцать минут до назначенного срока. Народу почти не было. В основном редкие школьники, пара конькобежцев-шумахеров, отец и сын с клюшками. Последние вяло перебрасывали друг другу шайбу. Взял напрокат коньки, чтобы хоть немного на них постоять. До этого я выходил выходил на лед года четыре или пять назад. А может и больше.
Крепко зашнуровался, поднялся, сделал несколько неуверенных шагов и поехал. Ну как поехал – вяло пошел, широко расставляя ноги. То ли лед был неровный, то ли коньки не заточены, а может все дело в ком-то еще, но я совершал неимоверные усилия, чтобы сохранить равновесие. Медленно сделал круг, пару раз даже ускорился, постепенно набираясь уверенности. Понял, что по сравнению с теми же школьниками, уровень моего мастерства минус ноль. Не упал и то хорошо.
Спустя еще пять кругов у меня появилось лишь одно желание – поскорее сесть куда-нибудь и скинуть ненавистные коньки. Лодыжки ныли при каждом движении, задняя поверхность бедра забилась, будто я приседал со штангой. И только одно сообщение от системы заставило меня держаться на ногах.
Навык Атлетики повышен до седьмого уровня.
– Привет, – раздалось у меня за спиной.
Я с волнением обернулся, увидев подъезжающую Юльку. Выглядела моя пассия великолепно. Розовые от мороза щеки, большие, словно чуть удивленные глаза, и насмешливое выражение лица. Мне даже как-то не по себе стало. Все подготовленное вранье вдруг показалось таким несостоятельным, что я покраснел. Лишь смог выдавить из себя: «Привет».
– Ну и где ты пропадал?
– По делам мотался, – не стал развивать я тему про оптоволокно. – Честно. Просто там, где я был, телефоны не ловят.
– Странная у тебя работа.
– Не то слово. Но это тот случай, когда не человек красит место, а наоборот. И это не совсем работа, скорее призвание.
– О как, – улыбнулась Юля, взяла меня за руку и мы медленно покатились по кругу.
Диалог постепенно перестал напоминать аритмию и успокоился. Мы неторопливо накручивали круги, болтая о разной фигне: современной фантастической прозе и ее неудачной экранизации, новом популярном приложении для телефонов, лучших пляжах нашего города. Я вновь заметил за собой, что рядом с Юлей чувствую себя совершенно спокойно. Забываю о всех треволнениях, тревогах, интригах и проблемах. Словно обычный человек, а не Игрок-корл.
Кстати, о последнем. Я довольно поздно заметил,
– Может ко мне?
Я сдал коньки и подошел к Юле. Предложение прозвучало неожиданно даже для меня. Брякнул, не подумав, только потом поняв возможный подтекст.
– Нет, ты не подумай, ничего такого. Чай с малиновым вареньем попьем. А то, не дай Бог, ты заболеешь.
Варенье, кстати, у меня действительно благополучно стояло несколько месяцев у задней стенки холодильника. Маман передала, а я его и не трогал. Но вот ответ девушки меня удивил.
– Варенье – это хорошо. Особенно малиновое.
Заказ такси, перемещение в теплый салон и недолгая поездка пролетели в одно мгновение. Спасибо погоде, у подъезда никого не оказалось. Я дрожащими руками открыл домофонную дверь и пропустил Юлю внутрь. Почему-то покраснел за обшарпанный подъезд, благо, этого девушка не увидела. Два раза уронил ключ, но в итоге открыл дверь. Передо мной метнулась тень домового, а Юля тихонько вскрикнула.
– У тебя кот что ли?
– Ага. Но ты его вряд ли увидишь. Он пугливый.
Помог девушке снять верхнюю одежду, проводил в комнату, а сам побежал ставить чайник. Достал варенье, нашел красивую хрустальную пиалу – еще из арсенала бабушки, очень кстати обнаружил испеченное Лаптем печенье. Его так видно и не было. Забился, в какой-нибудь угол, бродяга.
Спустя еще десять минут я вошел в комнату с небольшим подносом. Мой свежезаваренный чай довольно сильно уступал божественному напитку домового. К слову о последнем. Тот и не думал прятаться, напротив, развалился на диване. А Юля сидела на корточках и чесала за ушами Лаптю. Судя по счастливой физиономии последнего, ему это явно нравилось. Увидев меня, домовой встрепенулся и со скоростью малого ракетного корабля, умчался на кухню.
– Такой хороший пушистик. Давно он у тебя?
– Нет, пару недель всего. Подобрал. Идем, чай пить, печенье макать.
– Может кино какое посмотрим?
Юля отхлебнула чай и отставила кружку в сторону.
– Да, конечно. Какое: комедию, боевик, триллер?
– Любое, – девушка поудобнее уселась на моем диване, поджав под себя ноги.
– Любое, – кивнул я, включая ноутбук.
Каким бы тормозом я не был, но некоторые намеки понимал с первого раза. Поэтому быстро выбрал «Двенадцатую ночь» со Стивеном Фраем. Вещь несомненно смешную, даже искрометную. Но ко всему прочему обладающую еще одним важным качеством – продолжительностью.
Глава 14
Мужское слово плохо тем, что его приходится держать. Нельзя ненароком бросить, мол, сделаю, а потом оправдываться. Дескать, ты имел в виду другое. Поэтому, как есть время разбрасывать камни, так и существует время их собирать. Мое пришло в это утро.
Вообще, вчерашний день закончился самым лучшим образом. Просмотр фильма перетек в более приятное занятие. Поэтому спустя несколько часов Стивен Фрай устал лицедействовать и покончил с актерским мастерством в одной отдельно взятой квартире. В моей, то бишь.