В 3
Шрифт:
– Привет, – улыбнулась Рис.
Я захотел даже глаза протереть. Может это мне почудилось? Нет, правда, улыбнулась. Лиций подал руку, зато Троуг сидел мрачнее тучи. И перед ним стоял стакан с… водой. Нет, я явно в попал в параллельный мир.
– П-п-приветствую, С-с-сергей, – чуть ли не подскочил Лиций.
Я пожал его мохнатую руку, заодно поручкался с Троугом. Выглядел тот неважно. И дело не в помятом лице, бодун для моего знакомого корла состояние почти привычное. Троуг казался подавленным, словно турист по ошибке попавший вместо Амстердама в Северо–Курильск.
–
– Сам не видишь? Все смотрят на пришествие Всадников в мир. Шило, какое бы маленькое оно ни было, и как бы тщательно не скрывалось, в мешке не утаишь.
– Все д-д-дело в том, что хозяин этого бара весьма известный колдун, – оживился Лиций. Как всегда, когда дело касалось чего-то интересного, ментат переставал заикаться, – когда-то с помощью сильного вентерского кристалла он смог захватить часть направления Видящего. Так с-с-сказать, расслоить направление. Одна часть осталась у Игрока, другая в кристалле.
– Разве такое возможно? – удивился я.
– Нет, – ответила Рис, – не знаю, откуда любитель рыбы придумал эту чушь.
Лиций лишь легонько улыбнулся, отчего его морда стала похожа на довольного кота, объевшегося сметаны. Реплика девушки нисколько не задела ментата, более того, он продолжил.
– Видящий выжил, потом умер, его направление перешло к другому. Но сила кристалла не уменьшилась. Прошли года, Отстойник под влиянием других миров технологически развился. И вот тогда колдун соединил уже изобретенный телевизор с кристаллом. Таким образом, тот и показывает все, что связано с другими Игроками, если информация об этом появляется у обывателей.
– Чушь, – фыркнула Рис, – я знаю хозяина много лет, ничего подобного он никогда не говорил.
– Как же работает тогда телевизор? – улыбнувшись, спросил я.
Девушка замолчала. Может, слова Лиция и были той самой совой, которую натягивают на глобус. Однако теория вышла стройная, интересная. Да и учитывая личность ментата, и его методы отбора информации, мне сдавалось, что там многое было правдой.
На экране сейчас как раз красовались Стражи. Игроки в черных масках и туниках неторопливо продвигались по руинам, выставив руки вперед, точно шли в темной комнате и боялись наткнуться на стену. Ради любопытства я достал зеркало и, хоть это было крайне неудобно, рассмотрел в отражении то, что видели обыватели. Отряд спасателей в ярких комбинезонах вместе с собакой идет вдоль руин.
– Они ищут выживших? – спросил я.
– Да, сейчас там все наводнено Стражами, – ответила Рис, – некоторые спасают тех, кого еще можно спасти. Другие ищут Всадников.
– И как успехи?
– А мне-то кто расскажет? – спросила девушка. – Я не на короткой ноге с сахемом. Хотя, думаю, тут лучше разговаривать с антенором. Ну или, как вариант, спросить у Видящих. Поэтому все, что нам остается, смотреть телек.
А это идея. Я ведь вроде теперь вхож в Орден. Надо будет нанести визит вежливости, справиться о здоровье Гроссмейстера, точнее Нумы, как он просил себя называть. Кстати, если гугл не врал и я ввел имя правильно, то этот
– Ладно, я прозондирую тему Всадников. Но, как я понял, тут есть дела поважнее. И я не о том, что Троуг закодировался.
Мое замечание возымело совсем неожиданный эффект. Рис, не сдерживаясь, засмеялась, не сводя глаз с корла. Тот, в свою очередь, скрипнул зубами и скрестил руки на груди. Да и зверолюд стал нервно дергать хвостом. Только сейчас дошло. Шутка с суровой мужской (и межвидовой) любовью, что называется, «зашла».
– Троуг, а чего ты такой грустный, словно суп поел невкусный? – невинно поинтересовался я.
– Нормальный, – буркнул тот, недовольно сверкая глазами.
– Точно нормальный? – я взял свою волю в кулак, чтобы не заржать. – Просто странно себя ведешь. Молчишь, пиво не пьешь.
– Я теперь, видимо, вообще пить не буду, – тряхнул собранными волосами Троуг, – беда от этой выпивки.
– Да, бывает, что просыпаешься и узнаешь о себе много нового.
Больше терпеть возможности не было. Рис и так все это время тихонько подхихикивала. Вообще, разрешение проблем брата на нее немного повлияло. Она стала не такой зажатой, более живой что ли. На последней же фразе девушка фыркнула и закрыла лицо ладонями. Лишь плечи ее дрожали, выдавая смех. Моя физиономия тоже расплылась в улыбке, и я постарался все рассказать, пока не накатил приступ хохота.
– Троуг, прости, это я… я...
Объясниться не успел, потому что мы вместе с Рис заржали с такой силой, что ближайшие Игроки потеряли интерес к телевизору и стали осуждающе пялиться на нас. Троуг узнал про шутку только минуты через две, когда наша истерика иссякла. Я тяжело дышал и спешно рассказывал, что и как произошло. Спешно – потому что судя по грозному виду корла, тот хотел сделать со мной что-то нехорошее. Когда я закончил, на мгновение повисла гнетущая тишина, а потом… корл загоготал.
– Нет, Лиций, ты понял? Они нас развели, – ударил Троуг меня по плечу. – Гады такие, развели!
– Понял, – меланхолично отозвался ментат.
– Вот ведь! – корл снова «дружески» хлопнул меня ладошкой, от чего шкала Здоровья дрогнула.
Навык Бездоспешного боя повышен до десятого уровня.
Вы достигли первого уровня мастерства в навыке Бездоспешный бой.
Во время битвы с противником вы можете один раз полностью поглотить урон, нанесенный тупым предметом.
Этот самый уровень мастерства сразу и пригодился. Потому что в третий раз расчувствовавшийся Троуг, как мне показалось, ударил еще сильнее. После такого плечо можно было бы сразу брать и выкидывать, а вместо него ставить титановый протез. Но обошлось. Здоровье осталось все на той же отметке.
– Шутники, блин! – поднялся корл.
– Ты куда?
– Выпить возьму.
– А как же «беда от всей это выпивки» и все такое?
– Да ладно, глупость полная, – отмахнулся Троуг, – тем более, надо отметить, что все так хорошо… вышло.