В 4
Шрифт:
– Этот ш-шеловек…
Еще до того, как он договорил, я вытащил Грам и рванул вперед. Однако добежать до противников не смог. Уткнулся в невидимую стену. Липкую, эластичную, и в то же время крепкую. И чем больше я трепыхался, тем сильнее вяз в ней. При каждом новом движении огромная натянутая паутина проявлялась все явственнее. Ловушка!
Я забыл про свое «могущество и непобедимость». Потому что бывают моменты, когда нужно засунуть гордость куда подальше. Лучше потерять лицо, чем возможность в дальнейшем это самое лицо носить. Поэтому я рванул обратно, к выходу. Но стоило схватиться
Осталось две попытки. Бежать не вариант, бросаться с Грамом наголо тоже. Что ж, посмотрим, насколько вы любите оружие центральных миров. Заряженный К133 будто всю жизнь только этого и ждал. Бухнуло так, что, наверное, услышали на другом конце общины. Задрожали стекла, качнулся пол, стена-паутина вспыхнула и обрушилась. Вместе с тем Ораэль схватился за голову. Ясно, он связан с этой фигней. Я нажал на спусковой крючок еще раз, но ничего не произошло. Оружие гудело, как самолет, входящий в пике и не стреляло. Ясно, перезарядка. Зато теперь я ученый.
Выстрел из миниплазмомета заставил Летрена замолчать. Ораэль привычно (для меня) схватился за голову. Я вытащил меч и рванул вперед. Теперь ничего не могло остановить, поднимающуюся из глубин чернеющей души ярость и занесенный Грам! Так я думал. Ровно до того момента, когда меня просто выключили изнутри. А знакомый шипящий голос, раздавшийся в голове, произнес: «Ш-шпать».
Глава 6
Необходимо видеть тонкую грань перехода от уверенности в собственных силах к самоуверенности. Потому что первое качество – вещь нужная и без нее по-настоящему трудно достичь каких-либо серьезных результатов. А вторая – вредная. Она лишает возможности адекватно воспринимать реальность, с ее проблемами и потенциальными опасностями. И зачастую может попросту угрожать жизни.
К сожалению, особо твердолобые личности получают опыт исключительно путем собственного набивания шишек. Я тому самый яркий пример. Стоило убить пару Всадников и одного старого полубога в полукедах, как мой крошечный мозг напрочь перестал воспринимать опасность. Один против шестерых – легко. Они же будут меня бояться. Я вон какой сильный, время откатывать умею. Дебила кусок.
Однако самобичеванием было решено заняться в другой момент. Потому что вокруг явно что-то происходило. Довольное шипение кроколюда заглушил громкий топот, послышалось несколько ударов, нечто, похожее на взрыв, кто-то рядом упал, а следом ко мне вернулось сознание. До этого я будто блуждал в темноте, слыша абсолютно все происходящее вокруг. И тут раз, эффект закончился.
Вспомнив, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих, я бодро вскочил на ноги, еще не зная, что сходу лучше применить. Шмальнуть с К133 или пустить в дело Грам. Впрочем, за долю секунды, пока я сомневался, заодно удалось оценить обстановку.
Ораэль по-прежнему потирал виски – какой хиленький оказался. Не смогла пережить душа творца моего варварского отношения с его паутиной. Румис испуганно хлопал глазами – со своим не боевым направлением он здесь не помощник. А Летрен злобно смотрел за мое плечо. Его два верных пса, постанывая, валялись под
Короткий поворот головы привел в изумление. На полу лежала Рис в своей боевой одежке, с посохом в руке, а рядом с ней, присев на колено, расположился закованный в броню Троуг. Собственно, вот причина того, что я пришел в сознание. Летрен попросту сместил свое пристальное внимание с Сережки на девушку.
– Брось свои штучки, или я выстрелю, – поднял я плазмомет.
Кроколюд зло щелкнул пастью и перевел взгляд на меня. Просто перевел, без выключения света и прочих эффектов. Троуг помог Рис подняться, а я пытался не сводить взгляда с кроколюда.
– И чего вы тут забыли?
– Решили спасти одного заносчивого придурка, – отозвалась девушка.
– Ага, это Рис идея была, – поддакнул Троуг.
Я хотел сначала сказать, что не просил, но вовремя прикусил язык. Если бы не друзья, мне бы сейчас делали какую-нибудь лоботомию в кухонных условиях. Или еще какую приятную штуку.
– Спасибо. А ты, зубастый любитель двуногих... я же поговорить пришел. Ты какого черта начал?
– Приш-шел, угрош-шал моему пергу. Я тебя не ш-шнаю, ш-шеловек. И не доверяю. А дела ш-ш теми, кому не доверяю, не веду.
– Ситуация патовая, – я убрал плазмомет и подошел к столу. Взял за спинку стул, на котором сидел Румис, и тот тотчас встал. Сел напротив Летрена и продолжил, – а я вот очень хочу с тобой поговорить.
– Раш-шговора не будет, ш-шеловек. Я тебе не доверяю.
– Ну что ты заладил, как попугай. Не доверяю, не доверяю. Мне нужна информация о камне. Я за нее готов хорошо заплатить.
Ораэль подался к кроколюду и, улыбаясь, зашептал что-то тому на ухо. Почему мне кажется, что они замыслили какую-то подлость? Летрен сначала слушал своего компаньона хмуро, а потом оскалился. Тоже улыбается, понял я.
– Я раш-шкаш-шу тебе про камень, который ты ищ-щеш-шь.
– Так вот запросто, да?
– Конеш-шно, нет. Сколько ты дал Румишу? Килограмм? Тогда мне два.
– За информацию я заплатил половину, остальное за встречу.
– А я прош-шу два. И деньги вперед.
Ох, почему мне не нравится эта ухмыляющаяся крокодилья рожа? И дело даже не в деньгах. Если верить инвентарю, у меня две тысячи двадцать девять грамм. Да и ценность денег, когда их становится много, отходит на второй план. Но вот предчувствие, что меня пытаются нагреть – никуда не улетучивалось. Самое отвратительное другое, я не понимал в чем обман. Поэтому пришлось выкладывать на стол два кило.
– Говори.
Летрен не торопился. Он аккуратно сгреб пыль, довольно щелкнул пастью и начал рассуждать.
– Камень, ш-што обладает волш-шебными ш-швойш-штвами. Его нельш-шя вш-шять в руки. Его могут иш-шпольш-шовать, как реликвию.
– Не томи уже.
– Он называется Ш-швархол…
– Фархол, – перевел Ораэль с шипящего на нормальный язык.
– Да, Ш-швархол, – согласно мотнул пастью кроколюд, – ш-швета моего народа.
– Зеленый, – пояснил иорольф.
– И вш-шать его в руки мош-шно только в перш-шатках. Старый артеш-швакт, заклюш-шенный в пош-шохе управителя Выш-шего порядка.