В 4
Шрифт:
– Я знаю. Ты меня загонишь в такой угол, из которого я не выберусь. Не беспокойся, у меня на тебя есть определенные планы.
– Какие?
– Скоро увидишь.
Я накинул плащ и, не прощаясь с домовым, вышел из квартиры.
Глава 26
Развитие порождает дальнейшее развитие, порождая рост. Иными словами – тот, кто развивается активнее других, больше прочих стремится к дальнейшему росту. Кто я был всего месяц назад? Человек без цели в жизни. Один из миллионов, ничем не примечательный. Теперь я стал Игроком. И чем больше узнавал, тем больше
Я сжал бионическими пальцами кусок льда, что упал с крыши, и тот рассыпался на множество осколков. Рука слушалась уже намного лучше, хотя у меня все равно создавалось ощущение, что сигналы из мозга доходят до нее не так быстро, как должны. Остается только надеяться, что она не понадобится в бою в ближайшее время. При этой мысли в груди неприятно заныло. Чертово предчувствие вкупе с Интуицией.
Моя компашка в полном составе ожидала уже у входа в обитель Вратаря. Троуг был в относительном порядке, не считая синяков под глазами и чуть распухшего носа. Подлечили, видимо, как могли. Рис то ли от холода, то ли от нетерпения переминалась с ноги на ногу. Да и Лиций немного дергался. Тоже предчувствует?
– Серг, – окликнул меня знакомый голос. Даже пришлось обернуться.
Молниеотвод с Амфетом и еще одним Стражем двигались за мной следом. И мне как-то не очень понравилась подобное внимание. Я, не сбавляя шага, дошел до друзей и только потом полностью развернулся.
– Вам лучше пройти с нами. Амфет рассказал обо всем, что произошло. Мы думаем, что вы можете быть опасны для окружающих.
– И что вы сделаете? Запрете меня там, внизу? Или отправите в один курортный город? Нет, спасибо.
– Мы настаиваем, – обычно спокойный голос Стража-начальника, стал холодным, как арктическая пустыня.
– Я вынужден отказаться, – сказал я, делая пару шагов назад и оказавшись уже на территории обители. И, тем самым, под защитой Вратаря.
– Мы примем меры.
– Это всегда пожалуйста, – развернулся я спиной к Стражам, давая понять, что разговор закончен.
– Сереж, думаю, они не шутили, – обеспокоенно сказала Рис.
– Да, знаю, из них комики так себе. Даже Видящие веселее. Что, так и будем языками молоть или уже отправимся в Мехилос?
Троуг решительно двинулся за мной, а за ним и остальные. Чаша бесстрастно приняла пыль, и мы прыгнули в Пургатор. Не такой уж и опасный, как выяснилось, мир. Который был лишь транзитом. Короткая передышка и вот на нас пахнул своим зноем потонувший во мраке Мехилос. Иорольф сказал, что лучше всего провернуть дельце вечером. Вот только как различить время суток, когда здесь всегда темно?
Я сверился с картой и про себя улыбнулся. Орден Мусорщиков оплел своей цепкой паутиной все четыре входа в город. В том числе и тот, у которого я должен был встретиться с «проводником». Вообще, как по мне, механоиды играли в очень опасную игру, давая карт-бланш этим мусорщикам. Да, они получали дешевое сырье. Однако беженцы Десятого порядка становились ощутимой силой, с которой приходилось считаться. Стоило ли оно того? Возможно. Хотя рано или поздно это куда-нибудь выплеснется. Как у тех же метрополий нашего мира, пожинающих плоды своих колоний
– Идем за мной, – скомандовал я.
– Сусанин, ты хоть эти места знаешь вообще?
Я улыбнулся, не сказав Рис, что у меня карта Ордена Мусорщиков в Десятом порядке. Иными словами – вся карта Десятого порядка. Правда, мои друзья не сильно и интересовались. Рис шла рядом, Троуг пыхтел позади, бедняга Лиций еле плелся, спотыкаясь, и всем своим видом показывая, что чудовищно устал и хочет спать. Ну да, кошки в жару любят забиться в место, что попрохладнее и дремать, выбираясь наружу лишь ночью. Ничего, терпи, казак, атаманом будешь.
– Куда мы идем? – наконец спросила Рис.
– Какая она любопытная стала в последнее время, не находишь? – хмыкнул голос.
– В бар, – не обращать внимания на слова «Темного» становилось все сложнее, – он находится прямо около ворот в Мехилос. Ближайший. И принадлежит моим новым друзьям.
– Это кому же?
– Увидишь.
Бар – это было сказано довольно громко. С виду он напоминал огромный барак. Но находился действительно напротив ворот. Гигантских, высоченных, где и широченные створки, отъезжающие вбок, были приоткрыты лишь наполовину. Но и без того в проход мог запросто проехать, скажем, «БелАЗ».
– Что б меня громовержцы драли, – выругался Троуг.
– Не видел никогда ворота Мехилоса, что ли? – спросила Рис, впрочем, сама не отводя глаз от входа в город.
– А чего тут делать? Внутрь проникнуть нельзя. А по помойкам шариться желания нет. Я в этот мир прыгнул, посмотрел, погулял как-то по окраинам, да и свалил. Жарко, темно. Вот и все достопримечательности.
– Мехилос очень развит в технологическом плане, – вставил Лиций, – конечно, ему далеко до центральных миров, однако я бы не отказался пройтись по его улицам.
Мы, наверное, напоминали иностранных туристов, оказавшихся впервые у одного из чудес света. Остановились, как вкопанные посреди дороги, задрали головы и лупили глазами, что было сил.
После долгой темноты, изредка разрушаемой на нашем пути одиноким фонарем на каком-нибудь перекрестке, иллюминация гермоворот впечатляла. Она позволяла в полной мере осмотреть стену, что создали механоиды. Тут ты понимал, зачем нужно такое количество металла и куда он пошел. Это сколько же лет строился этот город? И что же там за центральные миры такие, если Мехилос не дотягивал до них?
– Ладно, хватит пялиться, – пришел я в себя, – вы будете здесь.
– Сергей!
– Это ближайшее питейное заведение к воротам. Станете следить за ними. Возможно, мне понадобится прикрытие, когда я выберусь.
Не ожидая лишних возражений, я шагнул к бараку. Внутри все было еще более плачевно, чем снаружи. Казалось, что это здание построили дети из найденных пиломатериалов. Все скособоченное, разнородное, грязное. И та самая мерзкая взвесь под ногами вместо нормального пола. К моему удивлению, народа было предостаточно. Механоидов – всего несколько существ, остальные – те самые беженцы, надеющиеся выбить себе гражданство. И почти все из Ордена Мусорщиков. Это я понял по странному зеленоватому свечению возле плашек с направлениями. Наше, точнее мое, присутствие в столь экстравагантном месте не осталось незамеченным.