В лабиринте
Шрифт:
Закатив глаза, Марина вытаскивает из кармана шорт телефон и некоторое время раздумывает -- стоит ли звонить Диме. Однако глас совести перебивает эти мысли заявлением, что следует хотя бы раз пожертвовать своей зоной комфорта, чтобы продемонстрировать брату, какой он придурок, если из-за упрямства лишает себя семейного тепла.
– - Не хочу-у-у...
– - скулит Марина, водя пальцем по сенсорному экрану. Её душевное равновесие только начинает стабилизироваться, а разговор с мамой подталкивает её снова его нарушать.
"Да что ж за жизнь такая?!" -- зло думает Марина
Андрей берёт трубку не сразу. Марина успевает насчитать около десяти гудков, прежде чем в динамике раздаётся хорошо различимый щелчок, который сразу сменяется весёлым голосом брата.
– - С ума сойти!
– - вместо приветствия восклицает он.
– - Подожди, я сейчас в окно гляну -- вдруг снег с говном идёт!
Марина опустошённо стонет. Совестливость оборачивается против неё. Как обычно.
– - Не обольщайся, -- прохладно бросает она, -- я звоню только потому, что мама соскучилась.
– - Тогда я в недоумении, почему она сама мне не позвонит.
Марину дёргает от злости.
– - Потому что её сын -- козлина дикая, которая, видимо, не осознаёт, что надо тоже хоть иногда проявлять инициативу! Ей одиноко, понимаешь?!
Андрей замолкает. Марина напряжённо сопит, пытаясь предугадать, какую ещё гадость она услышит в следующую минуту, но когда он снова начинает говорить, его голос на удивление серьёзен и даже почти строг:
– - Хорошо, я тебя услышал. Что-то ещё?
Марина от удивления давится хриплым кашлем. Она мотает головой, забыв совсем, что Андрей не может её видеть, а потом, спохватившись, выдавливает:
– - Нет, это всё.
Раздавшийся в ту же секунду щелчок в динамике почти оглушает её, а затем в ухо начинают отдаваться болью короткие гудки. Этот... старший брат не бросил ей даже сухого "Пока".
Марина с силой стискивает трубку, а потом, подумав, всё-таки набирает номер Димы. Ей нужно срочно рассказать ему обо всём, иначе она взорвётся от негодования и заляпает собой всю комнату.
Глава 2
Присев на небольшую скамейку в центре парка, Марина откидывается на спинку и подставляет лицо тёплым солнечным лучам. Бабье лето -- лучшее, что могло случиться в такую промозглую осень, поэтому мысли о тёплых колготках и шапках не будут беспокоить её ещё неделю или даже две, если, конечно, повезёт.
Марина счастливо выдыхает и смотрит на наручные часы. Дима должен прийти минут через десять, поэтому у неё есть время, чтобы насладиться тишиной и собраться с мыслями. Минувшим вечером она битый час вываливала на него свои обиды на брата, и теперь ей до жути стыдно. Дима -- чудесный и совершенно безотказный человек, который любит её настолько, что готов на руках носить, однако делать из него вечный сток негатива всё-таки немного эгоистично.
"Хотя кого я обманываю", -- уныло думает Марина, рассматривая носки своих туфель. Сашка так давно сохнет по Андрею, что спасти её может только новое увлечение, а конкуренцию этому заядлому выскочке, как ни печально, никто пока составить не может -- это в состоянии признать даже Марина, несмотря на всю свою неприязнь. Андрей -- редкостный мерзавец, но обаятельный сверх всякой меры.
Марина вздыхает, сетуя на беспечность подруги, а потом её глаза накрывают большие тёплые ладони. Бабочки в животе легко вспархивают и начинают кружиться от волнительного предвкушения, а Марина не может сдержать улыбки. Эти руки и этот запах она узнает везде.
– - Димка, ты палишься, -- смеётся она, обхватив его запястья пальцами.
– - Твоя туалетная вода слишком узнаваема, чтобы я могла подумать на кого-то ещё.
– - Я начинаю бояться тебя, женщина, -- смеётся Дима и, убрав руки, чмокает её в макушку.
– - Ты же теперь как ищейка, мне от тебя не спрятаться.
– - Ты обречён, -- кивает Марина, ощущая такой прилив тепла, что хочется оторваться от земли и устремиться к небесам.
– - И ты даже представить себе не можешь, как я счастлив осознавать это, -- вкрадчиво шепчет Дима и плюхается рядом с ней на скамейку.
– - Ну что, матрёшка, как самочувствие?
Марина хмыкает и уютно пристраивается на его плече. Сила, источаемая им, наполняет её энергией и верой в лучшее, поэтому изгаженное настроение постепенно приходит в норму.
– - Моё самочувствие резко улучшилось, -- умиротворённо бормочет она, -- а если ты ещё и мороженым меня накормишь, я буду в полном и безоговорочном восторге.
Дима смеётся, бросив на неё весёлый взгляд. Он знает, что Марина -- та ещё сладкоежка, особенно когда дело касается заедания неприятностей, так что её просьба его совсем не удивляет.
– - Тогда вперёд, на приступ вон того ларька!
– - нарочито командным тоном вещает он, взмахнув рукой в сторону площади, на которой кучно стоят тележки с самыми разными товарами.
– - Готов поспорить, у них там есть просто невероятно вкусный пломбир. А если мило улыбнуться продавщице, она непременно польёт его шоколадным топингом. Как тебе идея?
– - Я вся ваша, мой капитан, -- тянет Марина, а потом, не удержавшись, срывается на хохот.
– - Корми меня уже, а то я совсем засиделась!
День проходит так весело и незаметно, что когда на улице загораются фонари, Марина никак не может отделаться от ощущения лёгкой досады. Ей кажется, что ещё слишком рано прощаться и расходиться по домам, поэтому она подхватывает Диму под руку и просит пройтись с ней ещё разок. Тот соглашается без раздумий и заворачивает на безлюдную аллею, которая ведёт в ту часть парка, которая скрывается от улицы в густых тенях деревьев.
– - Ведёшь меня в кусты?
– - смеётся Марина, кинув хитрый взгляд на Диму.