В логове льва
Шрифт:
В свой кабинет он успел вернуться еще до прихода Брауна, одетого в штатское, с охапкой вещей в руках.
– Не высшего качества, сэр, но чего другого этого размера я не сыскал.
– Это вполне подойдет, старший… Браун. Понесете саквояж. Осторожно, там золотые монеты.
– Есть, сэр… – частый треск выстрелов, донесшийся из открытого окна, не дал ему договорить. За ним последовал какой-то оглушительный рев; такого им еще слышать не доводилось. Соммервилл с Брауном пересекли комнату, чтобы осторожно выглянуть на улицу. И молча воззрились на диковинные повозки,
Колеса-то у них имелись – но тащили их не лошади, они двигались сами собой, при помощи каких-то внутренних штуковин, оставляя за собой шлейфы густого дыма. Они-то и были источником странного тарахтения. В задней части каждой повозки ехал солдат в синем мундире, каким-то образом направляя ее.
А впереди, сгорбившись за броневым щитом, ехал канонир. Ближайший дернул за рукоятку своего скорострельного оружия, разразившегося свинцовым градом.
Пули разбили стекло прямо у генерала над головой, и он поспешно отпрянул от окна, лишь мельком увидев атакующие войска, следующие за пулеметами Гатлинга.
– Идут в сторону Пэлл-Мэлл, – угрюмо проронил Браун. – Будут штурмовать дворец.
– Несомненно. Нам надо выждать, пока пройдут отставшие, а после увязаться за ними. Мы идем на Стрэнд.
– Как прикажете, сэр.
– Затем надо найти кэб. На улицах наверняка они еще есть.
Соммервилл и Браун стояли в дверном проеме, пока не прошли последние солдаты. На улице хватало трупов в мундирах; неподалеку лежал мертвый кавалерист рядом со своим конем. Немногочисленные прохожие жались к стенам, торопясь поскорее убраться в безопасное место. Быстро шагавшие генерал и сержант укрылись в подворотне, когда мимо проскакал эскадрон американских кавалеристов. Потом совершили поспешный бросок к Стрэнду и дальше, мимо вокзала Черинг-Кросс. Увидели людей, сгрудившихся в здании вокзала, но не остановились. На привокзальной площади ни одного кэба не осталось, пришлось дойти до отеля «Савой», где наконец отыскался кэб, стоявший в ожидании пассажиров перед входом. Перепуганный, бледный как мел извозчик стоял, держа лошадь под уздцы.
– Мне нужен ваш кэб, – бросил Соммервилл. Онемевший от страха кэбмен лишь молча тряхнул головой в знак несогласия. Браун шагнул вперед, замахиваясь громадным кулачищем, но Соммервилл остановил его, положив руку на плечо.
– Нам нужно в порт… – он мысленно прикинул, что и как. – Езжайте через Сити, прочь от реки, пока Тауэр не останется совсем сзади. В Ист-Энде вам ничего не грозит. – И, выудив из кармана одну гинею, вложил ее извозчику в руку.
Вид монеты подействовал на того куда лучше слов. Схватив ее, он повернулся и распахнул дверцу.
– Ист-Энд, сэр. Я поеду через Олдгейт, затем через Шадуэлл в Уоппинг. Может, в Шадуэлльскую бухту.
– Как скажете. Ну, поехали!
Когда они выехали на Кингсуэй, звук стрельбы уже отдалился. Людей, торопливо шагавших по улицам, здесь оказалось больше, обнаружилось и еще несколько кэбов. В лондонском Сити жизнь шла и вовсе как обычно – разве что перед Английским банком стояла вооруженная охрана. До Шадуэлльской бухты добрались без каких-либо происшествий,
В дальнем конце бухты стоял речной лихтер с вяло повисшим бурым парусом. На палубе крепкого суденышка сидело трое мужчин. Старший – седобородый старик – встал навстречу подошедшим.
– Мне нужно ваше судно, – без каких-либо предисловий заявил Соммервилл. Рассмеявшись, старик чубуком трубки указал в сторону реки. Над крышами домов, выстроившихся террасами, виднелась черная громадина проходящего броненосца.
– Пушки и пальба. Нынче старину Томаса на реку не заманишь.
– По такой скорлупке они стрелять не станут, – возразил Соммервилл.
– Прошу пардону, ваша честь, но тута я никому на слово не поверю.
Пошарив в кармане, бригадный генерал выудил несколько золотых монет.
– Пять гиней, если доставите нас вниз по реке. Еще пять, когда прибудем на место.
Томас ответил настороженным взглядом. Ему не заработать пяти гиней за месяц – да что там, за два! – тяжкого труда на реке. Алчность боролась в его душе со страхом.
– Ладноть, эти я беру, – в конце концов решился он. – Но на месте еще десять.
– По рукам! Отплываем тотчас же.
Как только суденышко покинуло бухту, его большой парус наполнился ветром, и оно стремительно заскользило по мутной воде. Огибая Собачий остров, они оглянулись и увидели приближающийся крейсер, шедший вниз по течению следом за ними. Томас принялся выкрикивать команды; парус спустили, и судно по инерции подошло поближе к причалам на берегу. Корабль плавно прошел мимо; матросы на палубе броненосца не обратили на них ни малейшего внимания. Как только он прошел, лихтер тронулся дальше. Шли быстро и без приключений, пока впереди не замаячил Тилбери.
– Матерь Божья… – проговорил рулевой, приложив ладонь ко лбу козырьком. В ошеломленном молчании все смотрели на дымящиеся руины крепости. Разбитые стены и башни, стволы опрокинутых орудий торчат к небесам. И нигде ничто даже не шелохнется. При виде четырех громадных черных кораблей, стоявших на якоре поперек реки, Томас непроизвольно свернул поближе к берегу. На корме ближайшего корабля развевался звездно-полосатый американский флаг. А подальше, прямо посреди фарватера, возвышались над водой мачты, труба и кое-какие палубные надстройки затонувшего корабля.
– Это… один из наших? – приглушенным, хрипловатым голосом спросил Томас.
– Вероятно, – ответил Соммервилл. – Это неважно. Следуйте вниз по течению.
– Но там ведь корабли!
– Подобному судну они вреда не причинят.
– Это вы так говорите, ваша честь, но кто его знает…
Соммервилл испытывал искушение урезонить моряка крутыми мерами, но вместо этого полез в карман.
– Пять гиней прямо сейчас и еще десять, когда окажемся по ту сторону.
В конце концов жадность победила. Лихтер двинулся вдоль берега, едва-едва тащась вдоль разрушенного форта. Стоящие посреди реки военные корабли игнорировали его. Как только захватчики остались позади, суденышко пошло быстрей, обогнув излучину на всех парусах.