В муках рождается...
Шрифт:
– Надо, чтобы ты использовал свое колдунство и убедил этих типов, что этот хлам - произведения искусства! Зейн опять набычился.
– Не знаю, подобает ли...
– Ты-то чего волнуешься?
– Я волнуюсь, потому что мы вроде как выманиваем у них деньги.
– Ну, я тоже волнуюсь. Вопрос улажен?
– Я имею в виду, мне не нравится, что мы выманиваем у них деньги, - сказал он.
– А мне не нравится, что ты это говоришь, - заявил я. Джедаи его вытурили, а он все равно пытается вести себя как правоверный джедай. Потрясающе.
– Слушай сюда, подельничек. Можешь
Он уставился на меня этим своим взглядом. Ненавижу этот взгляд.
– Ну-у-у-у-у-у-у же, - протянул я, лавируя против ветра.
– Это же упыри. Они пируют на останках Тариса, подбирают кости, чтобы украсить ими свои гостиные. Они заслуживают быть ощипанными.
Пауза.
– Наверное.
Он вздохнул. Я тоже.
С этим малышом всегда будто проворачиваешь две аферы одновременно. Я должен обработать клиента и при этом сделать это таким образом, чтобы не слишком играть на нервах юного мечемахателя. Дело едва того стоит, скажу вам.
Зейн поправил воротник куртки и приступил к делу.
– Прошу прощения, мастер Обон, - сказал он, подойдя к одной из груд хлама и обращаясь к дылде.
– Но эксперт не нужен.
– Эксперт не нужен?
– переспросил Обон.
– Это подлинные работы Тикартина, - сказал Зейн.
– Это подлинные работы Тикартина?
Этот тон голоса всегда выбивает меня из колеи. Все эти фокусы с мозгами на меня не действуют, но даже я почти поверил.
А Обон - нет.
– Почему это я должен полагаться на слово мальчишки, к тому же свежевателя борокрыс?
– Он произнес пару незнакомых имен - должно быть, позвал тех стиляг-вуки.
Мои глаза метнулись к Зейну, который лишь пожал плечами. Он предупреждал, что трюк действует только на слабые умы, а Обон, при всех его чудачествах, явно питал сильные чувства к своей коллекции. Я снова покосился на дверь. Где же вуки?
Но тут родианец вдруг возбужденно заквохтал и принялся тянуть Обона за одежду.
– Что, Отец?
– спросил Обон. Тот закулдыкал еще громче.
Смекнув, в чем дело, Зейн присел на корточки перед жирным морщинистым коллекционером.
– Ему не нужно вызывать эксперта, правда ведь?
Родианец неразборчиво квакнул. Обон наклонился ближе.
– Что ты говоришь, Отец? Эксперта вызывать не нужно?
– Это подлинные работы Тикартина, - повторил Зейн.
– Бла бла буль фырк фырк!
– Ну конечно же, это подлинные работы Тикартина!
– сказал Обон, и его лицо прояснилось. Он подошел ко мне и принялся яростно трясти мою руку.
– Я сомневался, но... от глаз Отца не ускользнет никакая мелочь!
– <А из его пасти не ускользнет никакая пожива, - подумал я.
– У хаттов есть повод для беспокойства>.
– Они и впрямь подлин-ные. Эксперт не нужен!
И муун похлопал по плечу удивленного Зейна, все еще сидевшего на корточках перед родианцем, который продолжал лопотать что-то свое.
Зейн немного озадаченно посмотрел на меня. Как он мог запудрить мозги существу, которого не понимал?
Я пожал плечами. Не знаю,
Я не дал Зейну времени почивать на лаврах. Теперь предстояло поговорить о деньгах, то есть на самую дорогую моему сердцу тему, в которой всякие джедайские шаманы ничего не смыслят.
Обычно этот вопрос я улаживаю самостоятельно. Но в прошлый раз нам пришлось пойти на непредвиденные расходы, к тому же нам требовался новый корабль вместо <Последнего приюта>, и из-за всего этого я сплоховал. Большинство афер я начинаю с удвоенной суммы и шантажирую клиента вымышленным вторым покупателем.
Но на этот раз я не подготовил почву - недопустимая промашка с моей стороны. Во время торга нельзя торопиться.
Кроме того, разговор о деньгах, по-видимому, разбередил душевные язвы Обона, потому что его лицо кривилось и морщилось, пока я не начал подозревать, что они с родианцем действительно родня. Пришлось снижать цену - но я чувствовал, что это только подогрело его сомнения. Мне страх как не хотелось, чтобы Зейн увидел, как комбинатор теряет контроль над аферой, но я надеялся, что для него это послужит уроком. Занизишь цену - потеряешь все.
– Вот что я вам скажу, - провозгласил Обон, взмахнув полами одеяния и становясь в величественную позу между двумя ховер-тележками.
– Я думаю, что эти скульптуры подлинные... но насчет вас двоих - сомневаюсь!
– Прошу прощения?
– Вы не представители Тикартина. Я сомневаюсь, что вы вообще с ним знакомы, - сказал муун, доставая комлинк откуда-то из складок рукава.
– Знаете ли, мой зять - шеф полиции этой планеты. Возможно, он захочет перекинуться с вами парой слов.
Зейн попятился было к двери, но я его остановил.
– Это контригра, - прошептал я. Клиент пытался заставить нас бросить товар. На такую скидку я точно не был согласен.
– Да неужто?
– парировал я.
– А я вот сомневаюсь, что ваш брат действительно шеф полиции!
– Так-то. Знай наших.
– Отец?
– сказал Обон.
Старый родианец что-то буркнул и неведомо как включил встроенный в кресло голопроектор. (Где бы себе такую меблишку раздобыть?). Перед нами появилось мерцающее изображение молодоженов: улыбающейся невесты-муунки и ее улыбающегося жениха-мууна, позирующих на фоне всей улыбающейся раллтиирской полиции.
– Какая красивая невеста, - икнул я.
Но едва Обон начал поднимать комлинк на полукилометровую высоту к своему лицу, как в галерею вломился незваный гость.
Тут я прервусь и скажу, что такое с Зейном тоже случается частенько. Последнюю пару недель сплошным потоком шли внезапные встречи, большие сюрпризы и поразительные совпадения. Я подозреваю, это еще один дар джедая... и если это так, могу сказать одно: пусть этот дар запакуют и отошлют откуда прислали, без обратного адреса. Я бизнесмен. Я хочу управлять своим распорядком дня, как кораблем в строю: чтобы все шло спокойно и размеренно. Из-за <внезапно вламывающихся незваных гостей> с кораблем случаются майноки и поломки реактора.