В объятиях орка
Шрифт:
— Еще нет.
Понять подругу я могла — ее нерешительность и страх, но почему же орку ничего не сказали его друзья или родственники девушки? На худой конец враги не посмеялись? Это было загадкой. Мне вспомнились наши бабушки — божьи одуванчики, которые считали своим священным долгом влезть в отношения других и «помочь» им. Я напрямую спросила об этом подругу.
Мальвани удивилась, но объясниться не успела. К нашему столу направлялась орчанка, неся поднос с заказом. Девушка быстро и ловко выставила все на стол и, пожелав нам
Когда подавальщица отошла, мы продолжили наш разговор.
— В судьбах двоих не должно быть больше никого. Только ты и твой мужчина. Только два сердца, две души и одна жизнь, если выбор взаимен. А если нет, то тем более никто не станет все усложнять.
— Все знали, но никто не сказал, потому что это не его дело?
Мальвани кивнула, но, видя мою растерянность, пояснила:
— Таковы обычаи племени: так жили наши предки, так будут жить наши потомки.
Помнится, меня еще перед обедом с вождем удивили слова Ирвиша, что задача жены нравиться мужу и больше никому. Видимо, личная жизнь орков — это некое табу для общества. Никто не вмешивается в семью, в отношения двоих.
Подруга разливала по кружкам мятник, а я поняла, что была несправедлива к традициям орков. То, что мне так не везло, даже самые хорошие, направленные на защиту женщин традиции оборачивались проблемой, происходило исключительно из–за моего незнания. Вот чему надо было учиться на занятиях у вождя! Хотя язык мне тоже пригодился. Да и ментальное воздействие Леала не распространялось на письмо и чтение книг. Я пробовала писать на эльфийском — ничего не вышло.
— Значит, ни родители, ни вождь, никто не имеет права вмешиваться в личные отношения?
— Да, они могут поделиться своей мудростью, но каждый сам принимает решение.
Я задумчиво ковыряла пирог, выбирая кусочки фруктов. Когда я появилась в этом мире, то приняла орков за дикарей. Грубых, неотесанных. Думала, что смогу помочь им в развитии племени, научить чему–то новому, полезному, а оказалось, что это я должна у них учиться. Только сейчас я поняла, что не имею никакого права вмешиваться в жизнь подруги. Все мои гениальные идеи как помирить Мальвани и Корса на деле глупость несусветная.
— Что думаешь делать?
— Буду ждать завтра.
— Он придет к твоему отцу, — вспомнила я последнюю фразу Корса.
Подруга мягко улыбнулась.
— А что такое арагиш?
Мне почему–то сразу показалось, что это своеобразное предложение руки и сердца, хотя в племени выбор же за орчанками. Непонятно все, запутанно для меня.
— Это просьба к главе рода разрешить орку заботиться о женщине. Если отец даст свое благословение, то Корс совершит ритуал, на котором принесет клятву защищать и оберегать Корни.
— Его проводят только по отношению к детям?
Мне казалось, что Корс имеет виды не только на дочь, но и на Мальвани.
— Несколько десятилетий назад между нами
Голос подруги осип, и она сделала глоток чая. Было видно, что прошлое еще живо в воспоминаниях даже тех, кому посчастливилось не увидеть его своими глазами.
— Тогда почти забытый ритуал вернулся в нашу жизнь. Орк может взять под покровительство любого — и старика, и ребенка.
— Скажи, а ты можешь предложить Корсу опять испить из кубка?
Как же мне хотелось хэппи–энда хотя бы для них!
— Да, но не стану.
— Понимаю.
Хоть ответ подруги и расстроил меня, но я действительно понимала ее. У самой ситуация была не лучше.
— Мальвани, я плохо разбираюсь в ваших брачных обычаях. Ты не могла бы ответить на несколько моих вопросов?
— Конечно.
— Ты ведь знаешь, в какой ситуации я нахожусь? — осторожно начала я, но подруга меня перебила, уловив, как ей показалось, суть.
— Да. Ты хочешь опять изменить свой выбор?
— А это возможно?
Я и не думала, что это реально. Если да, то почему Ирвиш мне не рассказал — как? Ему ведь и бороться не надо было за наш брак, просто рассказать все и дать мне самой сделать выбор. Все запуталось еще сильнее. Я уже не могла ни понять, ни объяснить поступки орка.
— Пока не завершена связь, возможно все, но цена будет велика. Ты не можешь выбрать Ирвиша, не отказав Арвингу, а это завершит круг обряда. В роде нет достойных, а значит, результат один — изгнание. У мужчин будет время найти ту, которая разделит с ним кубок.
— Я думаю, желающих связать судьбу с Арвингом будет много.
Вспомнились оды, которые воспевали орчанки этому шкафу за моей спиной. Чего я только не слышала! И умный, и красивый, и сил, как у троих, а магия какая! Дети от такого мужчины будут одарены богами. О чем еще мечтать–то можно?
— За все это время многие красавицы племени пытались обратить на себя внимание, — подтвердила мои предположения подруга. — Сын вождя никому не отказывал, каждой подавал руку, не сдерживая свою магию.
Я усмехнулась: и этот бабник.
— Несколько секунд, больше никто не мог терпеть его холод. Поэтому, как бы красив не был Арвинг, какое бы высокое место он не занимал в стане, найти жену ему будет сложно.
Вот так незадача! Почему куда ни глянь — везде трудности? Прям карма какая–то.
— А сделать как–нибудь, чтобы между нами не было обязательств вообще? Будто я и не предлагала испить из одного бокала? Я ведь не знала о ваших обрядах.
— О таком я не слышала. Никогда прежде не видела таких запутанных отношений. Обычно орчанки выбирают себе мужчину и позволяют ему ухаживать за собой, а после того как проверили его, проводят обряд. В тот же день они сочетаются браком и завершают связь.