Шрифт:
Вадим Матюганов
«В одно касание»
Предисловие
Эта история частично происходила со мной, частично с теми, кого я считаю своими друзьями. Кое-что пришлось позаимствовать из историй других людей. Возможно, в ней больше вымысла, чем правды. И в то же время эмоции и чувства, изложенные в ней не искажены, я постарался их передать как можно выразительнее и доступнее, насколько это позволяет сделать мне текстовый формат повествования.
Сложно писать о том, что тебя беспокоило на протяжении долгого
Именно поэтому я и хотел посвятить эту книгу памяти. И моему верному другу, врагу, палачу и тому, что по сей день заставляет сердце по инерции толкать кровь в моих венах.
Посвящается памяти о прошлом. Памяти о нынешнем, которое непременно станет прошлым, и о будущем, которое неминуемо превратится в прах.
Глава 1. В ванной.
Я медленно попустил ремень на руке. Приятное тепло и блаженство разливались по мне миллионами солнечных курортных городов со своими беззаботными жителями, задача которых была веселить и развлекать мой мозг до тех пор, пока боль в висках не утихнет и не даст мне уснуть. Может быть даже вечным сном.
Встав с унитаза я обнаружил, что мои ноги онемели, были едва ощутимыми. Руки судорожно цеплялись за стены, но тщетно, ни что не могло удержать ноги от дрожи. Приятной дрожи, которую я ощущал каждый раз, когда выигрывал футбольный мачт в детстве или забивал гол. Но все это не имело ни малейшего значения, мои мысли были чисты и спокойны. Подобны океану после шторма. Меня ничего не беспокоило. Был только я и состояние абсолютного блаженства.
Нужно было открутить кран и набрать ванную. Пальцы с этой задачей справлялись не лучшим образом, но все-таки смогли добиться окончательной цели. Ванная задышала паром, кафель на холодных стенах начал покрываться конденсатом. Глаза случайно уставились в зеркало. Напротив меня был человек, которого я когда-то давно видел, может быть, даже знал, но что-то изменило его почти до неузнаваемости. И это был я. Я, которого всегда боялись увидеть мои родители, учителя, близкие друзья и даже я сам. Но и это не имело никакого значения. Какая разница кем я стал, если я стал собой.
Все всегда хотели, чтобы я изменился. Был другим. Удобным, выгодным, нужным. Сделано. Изменился, как все того и хотели. Изменился, как ты того и хотела. Но, наверное, теперь тебе такой вариант не подойдет. Может быть, ты даже сделала бы вид при встрече, что не знаешь этого угрюмого типа с наморщеным лбом и злым взглядом. А ведь я только ради тебя и менялся, или из-за тебя, даже против своего желания.
Я почувствовал, как живот приятно ноет, а сердце стало биться чаще. Внизу живота появилось чувство, которое я раньше ощущал лишь на высоте или при скорости. Стало щекотно и в паху занемело. Я кончил. Белая жидкость закапала на пол густыми пятнами. Наверное, сейчас мы даже кончаем с тобой вместе. Только в разных местах и не друг с другом. Все как в мечтах за исключением одного – мы просто не вместе. Одно это и важно, но у меня сейчас не то настроение и нет ни малейшего желания думать о тебе. Нет желания делать себе больно, когда так приятно.
Забравшись в ванную, я нащупал телефон. Долгие нудные гудки, как разговоры с другими женщинами. Живот подал звуки жизни, стало тошнить. Немного
– Да.
– Алик. Это я.
– Что опять? – спросил интеллигентный, но раздраженный голос.
– Я вколол. Стало легче.
– Сколько?
Во рту пересохло. Я взглотнул и услышал неприятный звук издаваемый собственным горлом.
– Все, что было.
– Ты что, совсем уже поехал?! Окончательно?! – раздраженно кричал Алик в бешенстве. – Я выезжаю. Немедленно. Открой дверь хотя бы, что бы я мог зайти к тебе вдруг чего.
Вдруг чего наступило. В глазах стало темно. В ушах я слышал только звон и собственный пульс. Руки и ноги начали пронзать иголки. Телефон плюхнулся в воду. Меня больше не существовало. Была тьма и дух над бездною, который повторял «вдруг чего».
Меня постигла та же участь, что и многих моих клиентов. Торкнуло. Убрало. Убило. Но не понарошку, а, возможно, с летальным исходом. Торкнуло – пожалуй, самый лучший эпитет для этого. Все дело в касании. В одном касании. Ты либо почувствуешь его, либо же нет. Но мне кажется, что если и есть высшие силы, высшие разумы, вселенные и прочее, то они прикасаются к людям и меняют их судьбу. Одним лишь касанием и ничем больше. Как будто с куклами играясь. Мою судьбу сейчас должно было оборвать.
Глава 2. Маленькие слабости.
В такие моменты в голове должна была проноситься вся жизнь, а может быть я мог увидеть свет в конце тоннеля, голос давно мертвой бабушки, но нет. В голове начали появляться те же моменты и мысли, какие меня беспокоили до этого. Ничего нового. И здесь нужно начать с самого начала, что бы доступно объяснить все, что со мной происходит.
Я родился случайно. Банальный залет родителей, как у большинства людей, которые не собираются жениться, а лишь наслаждаются друг другом на всю катушку. Но ваши родители никогда вам в этом не признаются. Для того чтобы не травмировать психику, скорее всего, вам сказали, что вы плод безумной любви и бесконечной нежности. Но нет. Вы плод дикого желания, пары выпитых стаканов алкоголя и фразы «давай без него, так будет лучше», или «я смогу вовремя остановится».
Рос я самым обычным ребенком, но все всегда ждали от меня чего-то сверхвыдающегося. Я должен был быть лучшим во всем, но как быть лучшим, если никогда не видишь примеров лучших. Все мои родственники скорее были худшими, и я смело решил не отставать от них, но и не перегонять. Больших талантов у меня не было ни в чем. Танцы – мимо. Рисование – мимо. Футбол –мимо. Карате – опять мимо. Последней каплей стал отказ на кастинге в школьный хор. Я осознал свою бездарность и понял, что мне светит скучная серая жизнь обычного человека. Мысленно я уже готовился стать токарем на заводе, пить пиво по вечерам, а по выходным бить жену после рыбалки.
Однажды я себя почувствовал действительно никому не нужным. Мать уехала работать за границу, что бы заработать хоть какие-то деньги в условиях экономического кризиса, а отцу попросту было некогда возиться со мной, у него быль женщины и алкоголь на первом месте. Оставшись с бабушкой и дедушкой мне было тошно, хотелось выть, хотелось жить в полноценной семье с родителями, но нет. Чувство одиночества становилось острее и острее. В результате переросло в нечто большее и стало моим верным спутником на всю жизнь. Если то, что со мной происходило, можно назвать жизнью.