В одном городе
Шрифт:
Правдин (подходит). И вы все-таки не поехали?
Горбачев. Нет. Послал записку: «Не могу. Занят. Горбачев».
Шур. Александр Михайлович, вы, оказывается, храбрый человек. Я заметил это с некоторых пор. У вас будто крылья выросли.
Горбачев. Большая вещь, когда тебя понимают и доверяют тебе!
Шур. Ратников не любит, когда его не слушают.
Горбачев. Мало ли кто чего не любит. (Смотрит
Шур. Когда вы прилетите в Москву, дайте знать, и когда проект утвердят, тоже дайте знать.
Горбачев. А если не утвердят?
Шур. Это исключено.
Горбачев. А вдруг?
Шур. Тогда не давайте знать.
Правдин. Все равно телеграфируйте. И нам первым... Пусть любую весть мы встретим первыми.
Горбачев (указывает на Шура). Вот видите, плохие вести не торопятся узнавать.
Правдин. И плохой вести лучше смотреть в лицо, а не в затылок. Как говорится: не пить горького — не видеть и сладкого.
Шур. Пословицы хороши в литературе, к архитектуре они неприменимы.
Правдин. Это почему же?
Шур. Попробуйте нашими формами выразить пословицу «Не в свои сани не садись».
Правдин. Пожалуй, ничего не выйдет.
Горбачев. Вот перечеркнут в Москве наши проекты и скажут: «Не в свои сани не садитесь».
Шур (решительно). Александр Михайлович, если вы сомневаетесь, возьмите меня с собой.
Правдин. Я бы тоже поехал.
Горбачев. Благодарю вас, друзья мои. Я думаю, что мы не ошибаемся.
Быстро входит Петров.
Петров. Здравствуйте.
Горбачев. Это мои ближайшие помощники.
Шур. Шур.
Правдин. Правдин.
Петров. Рад познакомиться. Ну, ноль-ноль минут, как говорят военные. (Подходит к Правдину.) Какой город вы запроектировали? Поживем, как думаете?
Правдин. Насчет себя не уверен, мне, может, до главной улицы не дойти. Вот Наташка — да.
Петров. Наташка? Дочь?
Правдин. Внучка. На нее ориентир держу.
Петров (весело). Что вы, и мы дойдем, товарищ Правдин. (Шуру.) Дойдем?
Шур. Безусловно.
Петров. Как вы считаете, Александр Михайлович?
Горбачев. Я рассчитываю дойти вместе с вами, Иван Васильевич!
Петров. К полету готовы?
Горбачев.
Входит Сорокин.
Сорокин. Здравствуйте, товарищи. Здравствуйте, Иван Васильевич. Простите, я немного запоздал. Александр Михайлович, здравствуйте!
Петров (Сорокину). Что же вашего хозяина нет?
Сорокин. Степан Петрович всегда немного опаздывает. Популярная личность в городе. Каждый считает за честь поговорить.
Петров (присматриваясь). А вы почему в горкоме не бываете?
Сорокин. Дни и ночи на стройке.
Петров. Вы когда-нибудь серьезно разговариваете?
Сорокин. Иван Васильевич, я к делу всегда серьезен.
Горбачев (Шуру и Правдину). Весь центр, пригороды, вокзал — все уже можно упаковать.
Шур и Правдин забирают проекты и уходят.
Петров. Товарищ Сорокин, как эти домики, будут удобны для жилья?
Сорокин. Да. (С удивлением рассматривает проект.) Это совсем новый проект? А как Степан Петрович посмотрит?
Петров. Нас интересует ваше мнение, ваша точка зрения.
Сорокин. Наша... то есть моя? Да, понимаете, если взглянуть с точки зрения масштаба, здесь, конечно, есть эти... но, с другой стороны, известная одухотворенность...
Петров. А если без одухотворенности?
Сорокин. Без одухотворенности?
Петров. Мне лично нравится.
Сорокин. Превосходно. И с жизненной стороны. Новые формы... они задевают... Чувствуется полет, забота. При домике садик. Вишни могут расти, черешни. Замечательная, совершенно оригинальная мысль, Иван Васильевич, со временем можно и цитрусы... Нет, я теперь вижу, насколько вперед шагнула архитектурная мысль. База появилась. Мне нравится ваша работа, Александр Михайлович.
Горбачев. Спасибо.
Сорокин. Я вижу, что наши споры не пропали даром.
Петров. Итак, вы нас поддерживаете?
Сорокин. Безусловно. С первых дней, как вы приехали...
Входит Ратников.
Ратников. Прошу извинения, спешил, но задержали.
Петров. Времени мало, перейдем к делу. Александр Михайлович, пожалуйста. (Присел в стороне.)