В огне
Шрифт:
Риодан мог двигаться, как Дэни и Бэрронс, — так быстро, что я не успевала защититься. Он стоял за мной, обхватив рукой мою талию.
— Никогда больше не угрожай мне. Убери копье, Мак. Иначе я заберу его ради твоего же блага. — Он ткнул меня острием, намекая.
— Бэрронс не позволит тебе это сделать.
— Ты удивишься, узнав, что он мне позволяет.
— Поскольку считает меня предательницей.
— Я сам видел тебя с Дэрроком. Я слышал, что ты говорила на аллее прошлой ночью. Когда слова совпадают с действиями, правда ясна.
— Я считала вас обоих мертвыми. Чего ты ждал? Тот самый инстинкт самосохранения, который так восхищает
Риодан подвел мою руку к ножнам и заставил спрятать копье.
— Ключевое слово «непредсказуемость». Ты сменила приоритеты, Мак?
— А что, похоже?
Он убрал волосы с моего лица, нежно заправив их за ухо. Я вздрогнула. Риодан искрился той же энергией, что и Бэрронс, — жаром, мускулами, опасностью. Меня возбуждали прикосновения Бэрронса. Но теперь, когда за мной стоял Риодан, удерживая меня стальной рукой, — это пугало до жути.
— Позволь объяснить кое-что о смене приоритетов, Мак, — нежно прошептал он мне в ухо. Я вздрогнула. — Есть хорошие люди, которые осознают, что иногда поступают неправильно. Есть плохие люди, которые каждый день вынуждены держать себя под контролем. А есть те, кто испорчен до мозга костей и плюет на все, пока его не поймали за руку. Но зло — это совершенно иное, Мак. Зло всегда уверено, что оно добро.
— Что ты хочешь сказать, Риодан? Что я перебежала на другую сторону и слишком глупа, чтобы это понять?
— Если туфелька подходит...
— Не подходит. Интереса ради: а вы с Бэрронсом к кому относитесь? К испорченным и плюющим?
— Как ты думаешь, почему Книга убила Дэррока?
Я понимала, к чему он клонит. У Риодана была теория насчет того, что это не я гоняюсь за «Синсар Дабх», а она меня находит.Он собирался рассказать мне, что Книга убила Дэррока ради долгосрочных целей и чтобы подобраться ко мне. Он ошибался.
— Книга убила Дэррока, чтобы остановить его. Она сказала мне, что никто не сможет ее контролировать. Наверное, «Синсар Дабх» узнала от меня, что Дэрроку известно, как захватить и использовать ее, и решила убить его, пока он ни с кем не поделился этим знанием.
— Как она могла узнать это от тебя? Вы болтали за чаем?
— «Синсар Дабх» нашла меня той ночью, когда я была в пентхаусе Дэррока. Она... влезла в мой мозг. Пробовала меня, познавала, как она это называет.
Рука Риодана напряглась.
— Мне больно!
Рука медленно расслабилась.
— Ты сказала об этом Бэрронсу?
— Бэрронс был явно не в настроении разговаривать.
Внезапно Риодан исчез из-за моей спины. Он снова был за столом. Я потерла живот, радуясь, что Риодан перестал ко мне прикасаться. Он был так похож на Бэрронса, что близость его тела волновала меня на множестве уровней. Я не могла различить в тени его лицо, но мне это и не требовалось. Он был в такой ярости, что не доверял себе и решил выдержать дистанцию.
— «Синсар Дабх» способна вытаскивать мысли из твоей головы? А ты подумала о том, что это может за собой повлечь?
Я пожала плечами. У меня было не так уж много времени на размышления. Я была занята, прыгая со сковородки в огонь и из огня на сковородку, так что размышления о вероятностях и осложнениях не попали в список моих приоритетов. Кто будет волноваться о потенциальных осложнениях, когда реальные уже бьют по зубам?
— Это значит, что Книга узнала
— Во-первых, какое ей до вас дело? Во-вторых, я о вас почти ничего не знаю, так что получила она немного.
— Я убивал и за меньшее.
В этом я не сомневалась. Риодан был холодным, как камень, и не испытывал проблем с тем, чтобы кого-то прикончить.
— Даже если «Синсар Дабх» удосужилась вытащить из меня информацию о вас, она узнала только то, что я уверена в вашей смерти. А вы живы.
— Неправда. Тебе известно гораздо больше, и о том, что Книга могла узнать о нас, нужно было сразу же сообщить Бэрронсу. Сразу, как только он превратился и ты поняла, что он жив.
— Ну так прости великодушно, что, увидев его живым, я хлопнулась в обморок от изумления. Почему ты не сказал мне, что это он был монстром, Риодан? Зачем было его убивать? Я знаю, что Бэрронс контролирует себя, когда находится в теле монстра, так что причина не в этом. Он владел собой вчера, когда спасал меня от Книги. Он может изменяться по своей воле, так ведь? Что произошло в Зеркалах? Они как-то на вас влияют, лишают возможности контролировать свои действия?
Я чуть не хлопнула себя по лбу. Бэрронс же говорил мне, что нанес на свое тело черно-красные татуировки, чтобы защититься от уплаты пени, которой требует черная магия. И если бы не они, случился бы откат. А если номер «IYD» нуждался именно в черной магии? Что, если требование перенести его ко мне, где бы я ни была, превращало его в более темную и дикую версию зверя?
— Это из-за того, как он туда попал, да? — сказала я. — Заклятие, которое вы использовали, перенесло Бэрронса ко мне, но за это он поплатился тем, что стал более примитивной версией себя. Безумной машиной для убийств. Он считал, что это нормально, поскольку, если я умираю, мне наверняка требуется присутствие машины для убийств. Супермен, который разберется со всеми моими врагами. Так?
Риодан замер. Ни один его мускул не шевелился, и я была не уверена, что он дышит.
— Бэрронс знал, что произойдет, когда я нажму «IYD», поэтому договорился с тобой, придумал план, как это разрулить. — Бэрронс всегда размышлял, всегда просчитывал ситуацию наперед, когда дело касалось меня. — Он сделал мне татуировку, чтобы опознать меня и не убить. А ты должен был последовать за ним — для того чтобы наблюдать друг за другом, вы и носите эти браслеты — и убить, чтобы он снова мог стать человеком, причем так, чтобы я ни о чем не догадалась. Я была бы спасена и не знала, что Бэрронс умер и что иногда он превращается в зверя. Но ты облажался. Поэтому Бэрронс и злился на тебя утром. Ты не смогубить его, и кот выбрался из мешка.
На скуле Риодана дергался мускул. Он злился. А это значило, что я права.
— Бэрронс всегдаизбегает расплаты за черную магию, — восхитилась я. — Когда ты его убиваешь, он становится точно таким же, как раньше, да? Он может покрыть все свое тело защитными татуировками и, когда не останется места на коже, убить себя и вернуться чистым, чтобы все начать сначала. — Так вот почему его татуировки все время меняются! — Это ваш главный козырь! И если бы ты не запорол план, я бы ни о чем не узнала. Это тывиноват, что мне обо всем известно, Риодан. И не меня, а себя ты должен за это убить. Хотя подожди-ка, — насмешливо протянула я, — тебе не удастся наложить на себя руки.