…в разбитом сердце
Шрифт:
– Профессор Грин! – окликнул я её громко и строго. – Вы что вытворяете?
Когда она посмотрела на меня, мне стало страшно.
Её прекрасные синие глаза остекленели. Они были пустыми и тусклыми, как у умалишённой, и из них ровными ручейками текли слёзы, которых она будто не замечала.
– Боже! Что с тобой?! – прошептал я одними губами и сразу подбежал к ней. Первым делом я закрыл окно. На полу была лужа от снега – значит, Кассандра уже долго так стояла. Я бесцеремонно провёл руками по её волосам и лицу, а потом по одежде. Она была насквозь мокрой. С силой я прижал её к груди, чтобы поделиться теплом. Я просто не знал, что
– Что случилась, Кесси?! Ответь! – простонал я, снова переходя на «ты», позабыв от нахлынувших чувств все условности, не переставая гладить её по голове. Она не сопротивлялась и не пыталась вырваться, даже не ругалась. Раньше она бы точно шарахнула меня чем-нибудь.
– Лео, – прохрипела она еле слышно мне в грудь. Она меня узнала. Уже хорошо! Я отодвинул её на расстояние вытянутой руки и начал всматриваться в глаза.
– Кассандра! Что произошло? – спросил я настойчивее.
– Я… я… я не могу сказать, – проговорила она, запинаясь, и снова разразилась рыданиями. Неподходящий момент, чтобы задавать вопросы, решил я. В таком состоянии она не сможет дать толковый ответ.
Я наспех снял с себя куртку и накинул на неё. Она была холодная, как лягушка, и бледная, как привидение.
– Мы едем ко мне! – произнёс я твёрдо. – И без возражений! Тебя сейчас нельзя оставлять одну!
Но Кассандра и не собиралась возражать. Она и на ногах-то едва держалась; я сомневался, что она вообще услышала мои слова.
Я посадил Кесси на стул, и она сразу уставилась пустым взглядом в пол. Достав сотовый из кармана, я набрал номер такси. Потом коротко написал Марисе, что мы не сможем созвониться и я позвоню как только смогу. Сейчас меня абсолютно не заботило, что у моей подружки включится фантазия и она на меня обидится. Всё, что было важно, – привести Кассандру в себя!
7. Чувства нельзя забыть, их можно вытеснить, только они всё равно тебя настигают, если в глубине души ты от них так и не отказался
Когда приехало такси, я сгрёб Кесси себе под плечо и повёл потихоньку на выход. Ноги у неё заплетались, и она не смотрела, куда идёт, поэтому я практически тащил её. Я очень надеялся, что университет уже опустел и нас никто не заметит, по крайней мере другие профессора или начальство. Что им говорить, если мы встретим их по дороге, я понятия не имел. Я пребывал в полной растерянности.
Натянув на Кассандру свою шапку, я постарался закрыть её собой, чтобы её хотя бы не было заметно издалека. К счастью, мы без происшествий сели в машину и доехали до моей квартиры. Я заплатил водителю, вынул Кесси из салона и на этот раз подхватил на руки. Тут нас уже не подловят.
Она уткнулась мне носом в плечо, как покалеченный котёнок.
Когда мы оказались дома, я усадил её на ковёр рядом с кроватью и включил на полную катушку батарею. Сев напротив Кассандры, я начал снимать с неё одежду. Когда мои пальцы добрались до пуговичек на блузке, она слабо шлёпнула меня по руке. Проигнорировав протест, я продолжил, но снова получил за своё несанкционированное вмешательство.
– Ты вся промокла, пока стояла перед открытым окном. Нужно переодеться, иначе заболеешь, – пояснил я.
– Я сама, – ответила Кассандра и принялась расстёгивать пуговицы. Чтобы её не смущать, я отвернулся. Пока она копошилась со своей одеждой, я достал ей чистую футболку и свитер. Вынув из шкафа спортивное трико и покрутив его
Когда я со стопкой в руках вернулся к Кассандре, она так и не закончила со своей блузкой. Её пальцы дрожали и срывались с крохотных пластмассовых пуговок. Я снова присел рядом и взял её трясущиеся ладони в свои. Кесси так и не отогрелась и была ледяная, как айсберг.
– Давай помогу, сейчас не до стеснений.
Она шмыгнула носом и сдалась на удивление легко. Я почему-то вдруг занервничал, глядя на открытую матовую кожу, виднеющуюся в вырезе полурасстёгнутой блузки, – но сразу же одёрнул себя и подавил непристойные мысли. Аккуратно, стараясь ненароком не коснуться её, я закончил с пуговицами и стянул мокрую вещь.
– Я повешу это сушиться, – объяснил я, протягивая ей сухую одежду. Пледом я прикрыл ей ноги. – Юбку с колготками тоже сними. Тебе помочь?
Она отрицательно помотала головой. Пока Кесси переодевалась, я поставил вариться куриный бульон с лапшой, вскипятил чайник и вернулся с двумя дымящимися чашками чая с мёдом.
– Пей! – приказал я, подавая ей одну. Она сделала маленький глоток, а потом ещё один. Кажется, понемножку ей становилось лучше. Лицо порозовело и больше не казалось неподвижным, как у куклы.
– Спасибо, – произнесла Кассандра хриплым голосом через некоторое время.
– Не за что.
Я сидел рядом со своим чаем и внимательно смотрел на неё, пытаясь понять, что происходит у неё в голове. Но догадаться было невозможно. Оставалось надеяться, что она сама расскажет.
Немного погодя бульон был готов. Я налил его в пиалу и снова подошёл к ней.
– Ешь! – скомандовал я, но она с отвращением поморщила нос:
– Не хочу.
– Ешь, я сказал!
Церемониться я с ней не собирался. Кассандра покосилась на меня исподлобья.
– Я же сказала, что не хочу!
– Мало ли что ты сказала! Сколько ты уже не ела? Признайся честно!
– Не помню, – выдавила она тихим, виноватым голосом. От жалости у меня к горлу подступил ком, и я смягчился.
– Пожалуйста, поешь!
Я снова протянул пиалу – в этот раз Кесси послушно приняла её и начала потихоньку есть.
Мне была непривычна её уступчивость. Я и в страшном сне не мог себе представить, что увижу её в таком состоянии. Но меня тянуло к ней даже сейчас, когда передо мной сидела Кассандра, которую я абсолютно не знаю. Её гордый, твёрдый образ взрослой женщины и успешного преподавателя рухнул, а под ним скрывалось это раненое побитое существо. Грусть, которая отпечаталась во взгляде Кесси, должна была навести меня на мысль, что у неё в жизни что-то не ладится. Но я только любовался этой печалью и никогда всерьёз не задумывался о причинах. Кассандра надломлена изнутри, причём серьёзно, и теперь я не знал, что сказать, – как и она. Тем более мы так долго не общались. Но, с другой стороны, я ведь с самого начала хотел выяснить, что кроется по ту сторону её поддельной улыбки, – и вот моё желание сбылось. Ещё немного, и мне откроется вся правда. Глядя на Кесси, я в который раз поймал себя на мысли, что за месяцы разлуки мои чувства к ней не угасли. Они даже не ослабли. Я просто игнорировал эти чувства, потому что так хотела она. Мариса моя девушка, но люблю я Кассандру. Я всё ещё не сдался и не смирился с тем, что она никогда не станет моей.