В разгар лета
Шрифт:
— Как это глупо!
— Люди всегда глупы, — сказал Рольф с улыбкой. — Конечно, существует множество обычаев, которым они следуют, уходящих своими корнями в дохристианские времена. Например то, что происходит накануне самого долгого дня в году.
— Я знаю, миссис Пенлок всегда говорит: «Так было всегда и, думаю, всегда будет».
Родители брали меня и Джекко в этот день посмотреть на костры, которые разжигались в вересковых полях и вдоль всего побережья.
Начинались приготовления к празднику Бочонки смолили
Рольф сказал мне, что хотя это называется праздник Святого Джона, но корни его на самом деле в древнейшем языческом прошлом; люди следуют ритуалам, не зная, какова была их изначальная цель.
— Танцы вокруг костра, — сказал он, — стали средством против колдовства; надо же было что-то делать с ритуалами плодородия, которым следовали люди в древние времена. Перепрыгнувший через костер считался защищенным от злого глаза до следующего года, когда это повторится снова. Но иногда происходят несчастья, и был случай, когда одна девушка сильно обгорела. Это объяснили как торжество злых сил; именно после этого случая твой отец запретил впредь прыгать через огонь.
Для меня и Джекко всегда было большой радостью не спать допоздна, а потом отправляться с родителями в вересковые поля в коляске, запряженной парой больших серых лошадей, которыми правил отец. Я до сих пор помню, как меня охватывала дрожь, когда кто-то швырял факел в огромную кучу наваленных веток и поднимался вопль торжества, когда из-под нее вырывалось пламя.
Мы смотрели, как люди танцуют вокруг костра.
Никто не пытался перепрыгнуть через огонь, пока мы были там, но мне было интересно, прыгают ли они в отсутствие отца?
Примерно через полчаса после наступления полуночи мы возвращались домой.
— Я надеюсь, родители вернутся к празднику, — сказала я Джекко.
Мы остановились в вересковых полях и легли в жесткую траву, укрывшись за валуном.
Он храбро посмотрел на меня.
— Если и не вернутся, мы поедем сами! Мы вполне можем поехать одни.
— Что? В полночь?
— Боишься?
— Конечно, нет!
— Тогда почему?
Я поняла, что это только что пришло Джекко в голову, и он, без сомнения, сказал, не подумав, и сейчас его сжатый подбородок выражал решимость.
— От нас этого не ожидают, — напомнила я ему.
— Кто так говорит?
— Мама, папа…
— Их нет здесь, чтобы запретить, и нам не сказали не делать этого!
— Нет, потому что никто об этом не подумал!
— Если ты боишься, я поеду один.
— Если ты поедешь, я поеду с тобой.
Джекко сорвал травинку и стал ее жевать. В его голове уже рождались планы.
Размышления об этом напомнили мне о мамаше Джинни:
— Джекко, как ты думаешь, мамаша Джинни на самом деле ведьма?
— Думаю, да.
— Ты думаешь, она
— Она может.
— Эта кобыла, и малыш миссис Черри, и все остальные несчастья? Я бы хотела знать.
Он кивнул, что ему тоже интересно.
— Все напуганы, — сказал он. — Я слышал, как Боб Джил говорил молодому Джеку Баркеру не забыть оставить еду для нэкеров, прежде чем спускаться в шахту. Это первая рабочая неделя Джека, и он выглядел совершенно напуганным.
— Рольф говорит, они боятся потому, что у них действительно опасная работа, как и у рыбаков. Они же не знают, когда под землей случится что-то ужасное или когда на море начнется буря.
Джекко молчал, вынашивая планы нашего будущего приключения.
— Нам нужно быть осторожными, — сказал он. — Ты не собираешься вмешивать в это мисс Кастер?
Я отрицательно покачала головой, потом сказала:
— Время чая Поехали.
Мы сели на лошадей, и вересковое поле осталось позади. Когда мы спустились к бухте, то увидели, что там царит необычное оживление. Казалось, что все говорят одновременно.
— Что случилось? — крикнул Джекко.
Мне всегда нравилось наблюдать, как люди относятся к Джекко. Этот мальчишка, всего на два года старше меня, должен был стать наследником Кадора.
Люди колебались между снисходительным отношением к его юности и уважением к силе, которую он должен был со временем обрести.
Некоторые отвернулись, но Джеф Милз ответил ему:
— С одной из лодок произошло несчастье, мистер Джекко. Она стала тонуть.
— Все спаслись?
— Да, но лодку потеряли. Это настоящее несчастье для Полденсов!
— Мой отец скоро вернется.
— О да, он не оставит их своей заботой. Именно это я и твержу Джиму Полденсу.
Джекко повернулся ко мне.
— Поехали, мы здесь ничем не можем помочь.
— Странно, — сказала я. — Мы говорили об опасностях моря всего несколько минут назад.
— Только подумай: люди потеряли свою лодку, а ведь только с ее помощью они могут заработать на жизнь.
— Но отец поможет им приобрести другую, — сказала я уверенно. Я очень гордилась отцом, особенно в такие моменты, когда видела, сколько людей надеются на его помощь.
Мы опоздали к чаю, что не могло понравиться ни мисс Кастер, ни миссис Пенлок.
— Эти булочки нужно есть прямо из печи, — сказала миссис Пенлок.
Я объяснила, что, когда мы подъехали к побережью, там была толпа народа.
— Да, ужасное несчастье для Полденсов! — воскликнула миссис Пенлок.
Я посмотрела на Джекко, словно желая сказать: «Будь спокоен, она уже все знает».
— И, — продолжала она, — мы знаем, как это произошло.
— Наверное, что-то не так было с лодкой, — сказал Джекко. — Ведь море сегодня, как блюдце с водой.
— Лодка ничем не отличалась от остальных.