В сердце моем
Шрифт:
– Как много света! – Брайанна протянула руки к небу. – И воздух такой свежий...
Александра натянула перчатки, тщательно разгладив мягкую кожу.
– Нам еще надо зайти к печатникам – вдруг ваши визитные карточки уже готовы. – Внимательно оглядевшись, она заметила карету и в ней Грейси, мирно беседующую с кучером. – Леди Уэллзби говорила, это занимает не больше нескольких дней.
Брайанна торопливо спустилась по ступенькам, вспугнув с земли стайку голубей.
– Разве это так срочно? – Она завязала алую, как мак, ленту на шляпке и поспешно направилась к экипажу. – Я бы хотела как можно скорее попасть в парк, если, конечно,
Встретив в своей питомице полное равнодушие к вопросу о визитных карточках, Александра немного удивилась, но потом решила, что сможет и сама забрать их из мастерской. Сессия в парламенте начнется поздно, и вечером клубы будут переполнены, так что отец вряд ли хватится ее.
День был довольно теплым, и на них не было плащей. Когда они прибыли в парк и вышли из экипажа, солнце по-прежнему ярко светило. Внезапно лицо Брайанны вспыхнуло. Мимо проехал изящный фаэтон, запряженный белой лошадью, но взгляд мисс Донелли остался прикованным к высокой фигуре, которая появилась на аллее прямо перед ней.
Стивен Уильямс выглядел несколько нелепо в черном костюме не по росту; он отчаянно старался сделать вид, что появился здесь случайно.
– Добрый день, миледи. Мисс Донелли! – Молодой человек вежливо поклонился Александре и тут же повернулся к Брайанне. В глазах его читалось благоговейное обожание.
Наблюдая эту картину, Александра лишь покачала головой. Кристофер, должно быть, слеп, если до сих пор не заметил, что творится с его сестрой. Наверное, следовало отнестись более серьезно к тому, что все тщательно продуманные планы Кристофера в отношении его сестры могут развеяться как дым, но разве ей самой не было когда-то семнадцать? И разве она не влюбилась когда-то так безумно, что готова была бросить вызов всему миру?
Охваченная чувством, которому нелегко было дать определение, Александра подождала, пока сердце перестанет неистово колотиться, и попыталась, приведя свои мысли в порядок, обрести обычное хладнокровие. Однако на этот раз самообладание к ней так и не вернулось. Впервые за последние десять лет она не смогла справиться со своими эмоциями.
Глава 8
– Ты что-то сегодня рано, – удивилась Брайанна, заглянув в комнату брата и обнаружив его перед зеркалом с бритвой в руках. – В последние дни я тебя почти не вижу.
Кристофер не спеша провел бритвой по ремню.
– Сейчас для компании настали самые горячие дни, чертенок, в этом все дело.
Брайанна опустила голову и расправила складки своего розового капота. Заметив это движение, Кристофер внезапно почувствовал укол совести оттого, что совсем не интересовался делами сестры в последнее время.
– Поговори со мной, – попросил он, вновь принимаясь править бритву. – Сегодня я никуда особенно не спешу.
Это было правдой, как и то, что в последние дни у него не было и минуты свободной: одна встреча следовала за другой.
– Ты мне не рассказывал, что был шпионом во время войны. Это так романтично. И потом тебя королева произвела в рыцари?
Кристофер резко обернулся.
– Кто тебе такое сказал?
– Леди Алекс. Ты был специалистом по криптографии и служил под началом ее отца, верно?
Кристофер снова вернулся к своему занятию и, развернув к себе лампу, начал бриться. С того дня во дворе музея,
– Криптография и шпионаж – это не одно и то же. – Он искоса бросил взгляд на сестру. – Мне не хотелось бы, чтобы кто-то обсуждал то, чем я занимался на военной службе, понимаешь?
– Значит, это секрет?
«Если только тот факт, что меня едва не отправили под трибунал и что своим бесчестьем я привел в отчаяние родителей», – с горечью подумал Кристофер.
– Есть некоторые вещи, о которых мне не хотелось бы говорить и которыми мне не приходится гордиться.
– Например, твое давнее знакомство с леди Александрой? Кристофер едва не порезался от неожиданности. Он ухватился за комод и опустил бритву в чашу с водой.
– Нет, – ответил он, переведя дыхание.
– Леди Уэллзби очень обрадовалась, когда узнала, что леди Алекс собирается пойти на открытие галереи в конце месяца. Она сказала, что ей давно пора начать появляться в обществе. А ты как думаешь?
Кристофер принялся медленно смывать следы мыла со щеки.
– Так ты разговаривала с леди Уэллзби?
– Да, и довольно долго. Мы многое успели обсудить. На прошлой неделе мы вместе ходили к печатникам и заказали визитные карточки, но, должна сказать, в самом начале нашего знакомства мне показалось, что она не слишком-то была рада, когда я появилась у нее в доме. Тогда нам прежде всего нужно было попасть в ателье «Притчардс» на Риджент-стрит – ты же знаешь, там одеваются все важные персоны, и леди Уэллзби тоже заказывает там вещи...
Кристофер пытался собрать воедино ускользающие от него нити ее рассказа, но у него это как-то плохо получалось. Судя по всему, сестра пыталась сообщить ему о двух разных событиях одновременно, перескакивая из прошлого в настоящее и обратно.
– В самом начале было довольно неприятно, когда она рассматривала меня, словно колбасу, подвешенную на крюке в лавке мясника. Но это только до тех пор, пока леди Уэллзби не узнала, кто я такая. Кажется, она пришла в совершеннейший восторг от того, что я твоя сестра, и принялась безостановочно рассказывать о том, как познакомилась с тобой в прошлом году в Эдинбурге. Честно говоря, я думаю, ты нравишься ее светлости.
Кристоферу было приятно это слышать. Он познакомился с лордом и леди Уэллзби, когда читал лекцию в университете в Эдинбурге: супруги Уэллзби выступали в поддержку образования и были известны своими щедрыми пожертвованиями. Возможно, поэтому Кристофер не возражал, когда они пригласили его в свою компанию, и с удовольствием присоединился к ним. Именно Уэллзби помогли в свое время найти хирурга, который сумел поставить ему правильный диагноз.
– Еще леди Уэллзби рассказывала о новом музее. Она очень рада, что находятся люди, желающие поддержать проект. Мы довольно долго говорили о последних находках в Каире. Может, леди Алекс и не разбирается в вопросах моды, но в голове у нее не опилки, это уж точно. Она знает множество длиннющих слов: когда ее слушаешь, даже стыдно становится от того, что не всегда понимаешь их значение. Во всяком случае, я решила, что миледи слишком интересная личность, чтобы оставаться в одиночестве.