В сети

Джокер Ольга

— Это босс моего мужа, — сдержанно указывает рукой Карина, обозначая мужчину в тёмном костюме у стойки с вином. — Такой противный! Постоянно навешивает на Олега чужую работу и звонит в нерабочее время, а ещё недавно запорол нам планы на отпуск. Но вроде бы холост.

Съев несколько безвкусных канапе, я пригубляю вино, возвращая взгляд к Карине. Я благодарна ей за то, что она не донимает меня расспросами — ни о моём интернет-любовнике, ни о том, почему в последнее время я сама не своя. Но её забота ощущается даже сквозь привычную лёгкость тона.

— Кстати,

а сам Олег приедет?

— Да, но позже, — закатывает глаза подруга. — Его, как обычно, срочно загрузили какими-то делами.

Пузырьки от шампанского приятно щекочут горло. Я чувствую, как внутреннее сопротивление уходит, уступая место спокойствию. Пространство уже не давит. Мужчины в дорогих костюмах и женщины в изысканных платьях превращаются в красивый фон. И я будто идеально вписываюсь в этот вечер.

Олег действительно приезжает спустя двадцать минут — немного измученный и малоразговорчивый. Он быстро находит нас в толпе, обменивается с женой коротким поцелуем и направляется к стойке с напитками, по пути с кем-то здороваясь и останавливаясь рядом с боссом.

Карина раздражённо вздыхает и пожимает плечами, а я по инерции оглядываюсь по сторонам — и мир вдруг на секунду теряет чёткость. Всё расплывается, но именно в этой размытости кристально ясно проступает один-единственный высокий силуэт у панорамного окна.

Мы не виделись несколько недель подряд. Столько же не переписывались и не созванивались, и моё тело откликается на Устинова с сумасшедшей жадностью, потому что последние недели оно питалось только обрывками воспоминаний и мимолётными запахами на одежде.

Прямая спина, неспешные движения, чёрный пиджак, чуть ослабленный ворот рубашки. Уверенность, которая раскачивает меня даже на расстоянии.

Тепло вспыхивает где-то под рёбрами, и расслабленность, с трудом достигнутая шампанским, сгорает в ту же секунду, как только Саша поворачивается в профиль и крепко жмёт руку собеседнику.

Я ожидала, что буду ярко реагировать на него и через год, и через два — слишком уж запоминающимся был наш роман. Но не думала, что настолько.

Почему и что он делает здесь, я примерно понимаю. Устинов выбрал правильную тактику: не прятаться и не сбегать, а, наоборот, появляться в публичном поле, демонстрируя, что контроль над ситуацией по-прежнему за ним. Бизнесмен, который, несмотря на сложности, не потерял лицо и продолжает заявлять о себе в нужных кругах.

— Ты так и не сказала, куда вы с мамой летите в отпуск? — цепляет меня вопросами Карина. — На Крит?

Я отвечаю вяло и заторможенно. Чтобы вспомнить, нужно сначала вынырнуть из мыслей, которые внезапно закрутились воронкой.

— На Кипр.

— Да, точно. Когда у вас вылет? Чемоданы собрала? Купила себе новый купальник?

Сделав над собой усилие, я возвращаю внимание к подруге, односложно рассказывая о предстоящих планах, в организации которых даже не участвовала. До вылета осталось тридцать шесть часов, а у меня нет ни солнцезащитного крема, ни пляжной сумки, ни интереса — и это, в целом, довольно точно отражает моё желание туда ехать.

— Девочки, давайте

ближе к сцене, — внезапно появляется Олег, мягко подталкивая нас в спины. — Сейчас будет шоу от известного мастер-шефа с молекулярной кухней.

Повесив сумку на плечо, я перебираю ногами, остро осознавая, что с каждым метром приближаюсь к Устинову. И когда между нами остаётся не больше пяти — он оборачивается и смотрит. Внимательно, неотрывно. Почти неприлично долго.

48.

***

Мы приближаемся к сцене, пробираясь сквозь толпу, и рядом с импровизированной кухней, где готовит шеф-повар, остаётся несколько свободных мест.

Организаторы позаботились о комфортном размещении гостей: стол, к которому ведёт нас Олег, расположен удачно — отсюда открывается отличный обзор.

Поправляя платье и волосы, я оказываюсь рядом с боссом мужа Карины. Сама она — по правую руку от меня. Нас представляют друг другу, но смазано. Без перечисления заслуг, регалий и должностей. Просто по имени.

Возле сцены разливается запах карамели и пряного уксуса, и всё моё внимание сосредоточено на шоу, но это не мешает мне чувствовать взгляд, впивающийся в затылок и мешающий нормально вдохнуть.

Шеф с помощью лопатки формирует шарик из фруктового пюре и аккуратно опускает его в сосуд с кипящим азотом. Пар поднимается вверх, словно в химической лаборатории. Зрители аплодируют и восхищённо ахают, а я краем уха слушаю Олега, который рассказывает, что недавно они с партнёрами ужинали в ресторане, принадлежащем этому самому шефу, и остались под приятным впечатлением.

— Девочки, как насчёт добавки? Позвать официанта, чтобы он пополнил ваши бокалы шампанским? — спохватывается муж подруги.

— У меня ещё есть, — качаю головой. — Благодарю.

Бокал в моих руках нагревается, становясь почти горячим и уже непригодным к употреблению, но я знаю одно: никакая доза алкоголя по умолчанию больше не способна вернуть меня в состояние растопленного воска.

— Оля просто летит послезавтра на отдых по системе «всё включено» — с элитным алкоголем и прочими радостями. Оторвётся позже. А мне, пожалуйста, закажи бокальчик, — просит Карина.

Олег тут же взмахивает рукой, подзывая персонал. Я оборачиваюсь в сторону бара и боковым зрением замечаю Устинова. Мне становится тесно — за этим столом, в этом платье, в собственной коже. До внутреннего зуда.

— Тоже хотелось бы в отпуск, — задумчиво говорит босс Олега, которого мне обозначили как Николая. — Хотя бы на недельку. Куда-нибудь без связи, без совещаний и вечной беготни.

— Понимаю.

Хотя не совсем. Работа редко была для меня в тягость. Чтобы уйти в отпуск, нужен был достаточно весомый повод. Как теперь.

— Вам больше по душе активный отдых или пляжный, Ольга?

— По обстоятельствам.

— Главное, чтобы место и компания были подходящими. Всё остальное — дело настроения, — кивает Николай. — Вы счастливый человек, Ольга. Правда-правда. Иметь возможность куда-то вырываться — это уже роскошь в наше время.