В сетях аферы
Шрифт:
Услышав знакомый голос, Яна подошла к перилам и, свесившись, посмотрела вниз. Вахтер разговаривала с неизвестно откуда взявшимся охранником в сизо-серой пятнистой форме. На плече у него была черная эмблема, на которой ярко-желтыми буквами значилось: «Бюро охраны „Стальные ворота“«, из чего, собственно, гадалка и поняла, кем является этот молодой человек.
Перебросившись с сослуживицей парой фраз, он уселся в черное крутящееся кресло и взялся за принесенные распространителями свежие бесплатные газеты, содержащие, в основном, рекламные объявления. Гадалка миновала лестницу
– Мне хотелось бы задать вам несколько вопросов. Вы не уделите мне минуточку внимания?
– А разве я вам его сегодня недостаточно уделила? – проскрипела вахтер, так и не поднимая глаз на Милославскую.
– Да, вы были очень любезны, – с трудом пересилив себя, сказала гадалка. – Но предполагаемый разговор касается другого: я веду частное расследование.
– Это становится интересным… – гнусавым голосом произнес молодой охранник, от нечего делать прислушивающийся к разговору.
– Да, расследование частное, назависимое, – повторила Милославская.
Старушка недоверчиво посмотрела на гадалку, а потом перевела вопрошающий взгляд на охранника.
– И что бы вы хотели услышать от нас? – с некоторой иронией в голосе спросил парень.
– Подожди, подожди, Валера! – перебила его старушка. – Надо выяснить все обстоятельства. Что за расследование? По какому делу? Кто вы вообще такая?
– Я – Яна Борисовна Милославская, экстрасенс. Помогаю людям тогда, когда действий милиции оказывается недостаточно.
– Хм, – ухмыльнулась вахтер, – так вы против милиции? Умнее их? Интересно-интере-есно…
– Нет, почему же? – стараясь не обращать внимания на саркастические нотки возразила Яна. – Я очень тесно сотрудничала и сотрудничаю сейчас с капитаном милиции Семеном Семенычем Руденко. Просто иногда обстоятельства складываются так, что людям требуется дополнительная независимая помощь.
– И что это за ситуация на этот раз? – все так же иронично поинтересовался охранник.
Милославской пришлось вкратце рассказать печальную историю, произошедшую с Валерией и Ириной, не утаив самых ужасающих ее подробностей. Выражение лиц ее слушателей в процессе разговора постепенно менялось, и в конце концов, на них не осталось и следа иронии и предвзятой недоброжелательности.
– Итак, – продолжала Милославская, – мне во что бы то ни стало надо узнать, какая фирма арендовала сто тридцатую комнату до тех, кто там сейчас находится.
– Это какая сто тридцатая, Валера? – вахтер вопросительно посмотрела на парня. – Возле БТИ что ли? На втором этаже?
– Угу, – закивал головой охранник.
– О-о-ой… – разочарованно протянула старушка. – Да это комната у нас невезучая какая-то.
– Как это? – не поняла Яна.
– Да там «постояльцы» без конца меняются! Одни обанкротились, других лицензии лишили, третьих… уж и не помню чего. В общем, мы к переездам из сто тридцатой уже давно привыкли и даже перестали обращать на них внимание. Воспринимаем как закономерность. Несерьезные они какие-то.
– А сейчас
– Не знаю кто. Новенькие! – ответила вахтер, опередив Валеру.
– Да меня, собственно, не они интересуют, а их предшественники, – поправилась Милославская. – Кто они?
– А с этими, если я не ошибаюсь, Ада Михайловна, – охранник посмотрел на вахтершу, – дело обстоит еще хуже. Проработав здесь несколько дней, они съехали.
– Да-да… – Ада Михайловна задумалась, как бы припоминая что-то. – Да, так и было.
– Но чем они хотя бы занимались? – спросила гадалка, которой не хотелось терять надежду.
– Уж чего не знаем, того не знаем, – старушка развела руками. – Они как мгновенно появились, так мгновенно и исчезли. Даже документы соответствующие нам предоставить не успели. Валер, были списки?
– Да какие списки! – тот махнул рукой. – Другие обычно недели две раскачиваются, а эти ничем не лучше!
– А о каких списках речь? – поинтересовалась гадалка.
– Ну как же! – возмущенно воскликнула вахтер. – Пока мы в лицо всех сотрудников не запомним, мы обязаны проверять у них пропуска и сверять их фамилии с теми, которые должны быть указаны в предоставленном списке сотрудников! А у этих, съехавших, не было не то что списков, но и пропуска они не успели оформить!
– А они, как я, записывались? – спросила Милославская.
– Должны! – Ада Михайловна выдвинула ящик своего стола и достала оттуда знакомый Милославской журнал.
Там на самом деле содержалось несколько записей, оставленных посетителями сто тридцатой комнаты. Однако, глянув на них, Яна сразу же поняла, что они вряд ли чем-то могут помочь делу. Ведь поставленная кем-то корявая подпись практически ни о чем не говорила, а фамилия, указанная рядом, вполне могла являться вымышленной, поскольку наличие паспорта, как убедилась гадалка, вовсе не являлось обязательным. Ни адреса посетителей, ни каких-то других ценных данных в журнале не содержалось.
– А администратор здания мог бы посвятить меня в курс дела? – с надеждой выпалила гадалка.
– Не знаю, – охранник с сомнением пожал плечами, – сейчас точно нет.
– Почему?
– Он в командировке.
– Надолго?
– По-моему, недели на две.
– Как жаль… – Яна вздохнула. – Может быть, вы хотя бы запомнили, как они выглядели?
– Кто? – проскрипела Ада Михайловна.
– Сотрудники… – неуверенно ответила Милославкая.
– Женщина-а, – укоряюще протянула старушка, – в этом здании более десятка фирм, к которым приходит масса посетителей. Мы и их-то запомнить не можем, а об однодневках и вовсе не может быть и речи!
Яна молча направилась к выходу. Она окончательно была запутана. В ее сознании смешались сведения об убийстве, изнасиловании, сделках с недвижимостью, о работе для симпатичных девушек и веселом катании на автомобиле. Однако, пока никакой связи между звеньями этой цепи не обнаруживалось. В сознании Милославской вновь всплыли детали видения, явившего ей образы двух молодых людей. Они должны были иметь какую-то причастность к произошедшему, и гадалка стала мысленно перебирать все возможные варианты этого.