В топях
Шрифт:
Как и в прошлый раз, первыми на проверку магических способностей отправляются добровольцы — их собирается около тысячи человек. Правда, струна находится только у одного. Зато тотальная проверка остальных жителей, приносит щедрые плоды — на три с половиной тысячи человек, которых успевают просмотреть до ночи, приходится сразу семеро со струной. Как только Эйкар введёт их в курс дела, у нас получится серьёзно расширить численность призванных — едва ли не вдвое. Плюс, остаётся ещё около семидесяти тысяч горожан, которые не прошли процедуру проверки — среди них наверняка будут и другие, обладающие
Число бойцов под началом Джойла вырастает до семисот человек, которых мы разделяем на семь рот. Особняком стоят сорок подчинённых ему призванных, командиром которых становится Лейпц. Итого, у нас имеется практически полноценный батальон, если ориентироваться на количество солдат. Именно к нему я решаю приплюсовать полевую артиллерию, имеющуюся в городе — восемь лёгких орудий на конной тяге. Помимо этого, добровольцы получают двенадцать пулемётов, хранившихся ранее в арсенале. Офицерский и сержантский состав комплектуется за счёт отставных военных, которые разбавляются двумя десятками кадровых военнослужащих.
Как выясняется, в городе не так много тяжёлого вооружения — помимо уже задействованных орудий, есть только старинные пушки, что установлены в башнях на стене и на этом перечень завершается. Никаких паротанков или гаубиц, которые я рассчитывал здесь обнаружить.
Канс окончательно разбирается с офицерами канцелярии и даже проводит первые задержания — арестовывает нескольких человек, которые подозреваются в связях с республиканцами. Возможно не самое лучшее решение, но я сам развязал ему руки, к тому же, по словам Тонфоя у него есть веские причины для изоляции и допроса данных личностей.
Уже ночью проводим расширенное совещание, на котором присутствуют все ключевые фигуры, включая губернатора провинции — краснощёкого плотного мужчину, имя которого почти сразу вылетает из моей перегруженной головы. После сорокаминутного обсуждения всех моментов, окончательно определяемся с вертикалью управления — армейский полубатальон, который мы забираем с собой, по-прежнему возглавляет Кольберт. А Кравнец станет руководить всеми остальными войсками, включая гарнизонный батальон Лэсхота. Половину солдат последнего я тоже планирую взять с собой, в поход. Единственное вакантное место в армейской структуре — должность начальника штаба. Но её придётся заполнить позже — пока требуется балансировать между интересами офицеров. Кольберт и так не слишком сильно рад тому факту, что его ставят на одну планку с офицером, на три ступени ниже по званию.
Когда заканчиваем и все кроме нашей компании расходятся, посылаю Кинса за сорком, а сам прокручиваю в голове последние принятые решения, пытаясь понять, не упустил ли чего-то. От размышлений отвлекает уставший голос Канса.
— Не хотел говорить при остальных, но нам нужно кое-что обсудить. Кирнес, помнишь того старика, что ты прикончил около городских ворот?
Разлепив веки, поворачиваю голову в направлении парня.
— Помню, конечно. Что с ним? Родственники горят желанием отомстить?
Сын хёрдиса мрачно цокает языком.
— Не совсем. Он был…кем-то вроде
Сидящая рядом с Тонфоем Круацина недовольно хмурится, а я опираюсь на подлокотники, выпрямляясь в кресле.
— Какого рода последователи? У него тут что, была своя доморощенная секта?
Канс непонимающе морщится.
— Знаешь, ты порой употребляешь весьма странные слова, Кирн. Не знаю, что такое секта, но старик был неформальным лидером в городском обществе «Белого дня». Они проповедуют весьма странные вещи — полный отказ от магии, ограничения в пище, никакого алкоголя, секс только ради продолжения рода. И само собой, считают призванных демонами, что явились сюда для разрушения мира.
Вздохнув, осмысливаю услышанное, а в дверях появляется Кинс с подносом, уставленным кружками с дымящимся сорком. Пока адъютант расставляет их на столе, а Эйкар проверяет на наличие яда, успеваю всё обдумать и когда солдат скрывается за дверью, интересуюсь.
— Раз так — они наверняка планируют нанести удар? Или нет? Ты ими занялся?
Тонфой кивает.
— Полчаса назад мои люди взяли штурмом дом этого старика. А сейчас занимаются всеми остальными.
Сделав глоток горячего напитка, уточняю.
— Нашли что-то интересное?
На лице парня появляется ухмылка.
— Всё, как обычно — те, кто настаивают на том, чтобы остальные отказались от каких-то удовольствий, как правило сами наслаждаются ими по полной. У старого пройдози оказалось две молодые девицы в качестве наложниц и погреб заполненный бутылками вина и хирса. Половина дома была закрыта для гостей под предлогом того, что там происходит «просветление» и он отдыхает душой. На деле там размещался крохотный личный бордель, совмещённый с питейным заведением.
Прежде чем успеваю задать вопрос, говорить начинает Эйкар.
— А что с остальными? Сколько их всего? Почему канцелярия занялась этим только к вечеру?
Покосившийся на него Тонфой, угрюмо вздыхает.
— Потому что потребовалось время на установления контакта с новыми подчинёнными. Ты думаешь, добиться доверия от офицеров канцелярии так легко? К тому же, сначала я сосредоточился на задачах, что казались более приоритетными — республиканцы, сторонники Рихта с Болроном, потенциальные агенты схоров и так далее.
На секунду прервавшись, продолжает.
— Число его последователей — около двухсот человек. Не так много, но вполне достаточно, чтобы создать нам определённые проблемы. Сейчас мои люди, вместе с полицией идут от дома к дому, проводя аресты по списку. Думаю, через пару часов, все они окажутся за решёткой и мы выясним, что у них на уме.
Отпив сорка, усмехаюсь про себя. Вот мы и перешли к массовым арестам, практически без всяких оснований. С другой стороны, Канс всё делает верно — вся наша власть держится на крайне хрупком базисе, который может разрушить любой, даже относительно лёгкий удар. Оптимально действовать первыми, работая на опережение. Но сейчас у нас есть ещё одна важная тема для беседы. Сделав ещё глоток сорка, поднимаю руку, привлекая к себе внимание.