В топях
Шрифт:
Ещё один период тишины, после которого слышится голос Кольберта.
— Открыть ворота!
За мощными створками что-то лязгает и те начинают расходиться в сторону. Обернувшись на ждущий отряд призванных, взмахиваю рукой, давая им сигнал приблизиться. Спустя минуту ворота полностью открываются и мы, вместе с подошедшими бойцами, заходим внутрь. На мгновение в голове мелькает мысль, что возможно не стоит туда соваться с относительно немногочисленной группой своих людей. Но она почти сразу гаснет. Да и если посмотреть на ситуацию логически, у меня под рукой достаточно материала, чтобы перебить энное количество солдат гарнизона. К тому же, куда проще было бы
Пройдя за ворота, вижу сгрудившихся солдат — вокруг больше полусотни человек, которые пялятся на меня и призванных. Сзади к ним подходят всё новые и новые люди, среди которых немало вооружённых гражданских. Большинство взглядов сходится на мне — озвученный титул и щедро залитая кровью одежда привлекают внимание. Ещё какая-то часть изучает обнажённую блондинку, что шагает в арьергарде. Краем глаза замечаю рослого мужчину в армейской форме, перед которым расступаются все остальные — видимо это и есть Кольберт. Но первым к нам проталкивается не он, а возмущённый старик, размахивающий руками. Показывая пальцами на новых призванных, которые щеголяют голышом, принимается кричать.
— Смотрите! Видите, кого вы хотите пустить в город?! Демонолога, что тащит в этот мир вот таких развратных созданий, что уничтожат жизнь каждого из вас! Посмотрите на эту демоницу, что выставила сиськи и не стесняется срама! Сражайтесь и спалите их всех, ради…
В какой-то момент, внутри головы, как будто что-то щёлкает и начинаю действовать практически машинально — дотянувшись до хлеба в желудке оратора, формирую шипы, пробивающие стенки внутреннего органа, что заставляет того заткнуться, согнувшись от боли. Шагнув к нему, на ходу вытаскиваю рунический кинжал. Пальцами левой руки вцепляюсь в глотку, заставляя поднять лицо и посмотреть на меня.
— Всегда ненавидел ханжей и ублюдков, предпочитающих убивать всё, что кажется им непонятным.
На последней фраз всаживаю клинок ему в брюхо, ведя сталь в сторону. Старик хрипит, широко раскрыв от боли глаза. А я отступаю назад, рассматривая ублюдка, что прижал обе руки к вспоротому животу. Он ещё пытается что-то сказать, открывая рот, но потом валится ничком на брусчатку. Смотря, как он корчится от боли, меня почему-то разбирает смех, при звуках которого ближайшие ко мне солдаты, отшатываются, пытаясь разорвать дистанцию.
Машинально отмечаю, что несмотря на испуг, к оружию практически никто из них не тянется. С трудом уняв, рвущийся наружу без всякой причины, смех, поворачиваюсь к Кольберту, на лице которого отражается целая гамма эмоций.
— Выставить дальние дозоры за стенами — обеспечить наблюдение за подступами к городу. В любой момент могут появиться новые отряды противника. Подготовить место для размещения моих солдат и всё необходимое для присяги гарнизона. Любой, кто попробует напасть на моих солдат, будет убит на месте. Вам ясен приказ, полковник?
Секунду мужчина медлит, о чём-то размышляя, но в итоге кивает.
— Всё будет исполнено, Ваше Императорское Величество. Город в вашем полном распоряжении.
Глава XVI
Спустя полчаса солдаты, офицеры канцелярии и городские служащие, по очереди приносят присягу на большой площади. Когда поднимаюсь на ступеньки резиденции губернатора, понимаю, что в глазах солидной части собравшихся читается страх — окровавленная одежда и шрам на месте раны от хьярка серьёзно давят на их нервную систему.
Как только всё заканчивается, поручаю Рохару с его бойцами взять под охрану центр города, а Кравнецу — координировать действия местного гарнизона. Дополнительно отдаю приказ доставить сюда десять заключенных из их тюрьмы, осуждённых за наиболее тяжкие преступления. После чего, взяв с собой Канса и Джойла отправляюсь в один из рабочих кабинетов на первом этаже здания. У дверей размещается Микка, что исключает вероятность попадания внутрь кого-то постороннего.
Джойл сразу бухается на стул, уткнувшись взглядом в одну точку, а Канс опирается спиной на стену около двери. Я же встаю около стола, задумчиво глядя на графин с хирсом, что укрыт на одной из полок шкафа, стоящего напротив. Коротко махнув головой, отбрасываю в сторону мысль об алкоголе и озвучиваю то, для чего их позвал.
— Скажу честно — мне нет большого дела до власти и престола. Вся эта заваруха началась только по той причине, что иного выбора просто не было — в окружении армии, мы должны были оказаться в большей безопасности. Но всё пошло не по плану — начиная с Хельгинских болот и заканчивая этим городом. Запечатанный древний император, вышедший в свет, схорские химеры — вместо того, чтобы оказаться в убежище, мы попали в змеиное гнездо, радостно прыгнув туда самостоятельно.
Тонфой продолжает молча подпирать стену, а Джойл переводит тяжелый взгляд на меня, оторвавшись от созерцания картины, висящей на стене. А я, сделав секундную паузу, собираюсь с мыслями.
— Сегодня всё изменилось — Айрин мертва. Мы все могли стать изувеченными трупами в топях. И дальше будет только хуже. Не думаю, что у меня получится в итоге взять власть над Норкрумом. Более того — на мой взгляд, к концу этой войны, империя изменится. Если вообще продолжит существовать в прежних границах. Моя цель — не власть над всей страной, а месть.
Сын хёрдиса, махнув головой, непонимающе уточняет.
— Хватит уже философствовать Кирнес. К чему ты подводишь?
— К тому, что не хочу тащить вас за собой дальше. Неизвестно, что будет дальше — сюда может заявиться ещё один отряд Рэна или мы снова столкнёмся со схорами. Вероятность остаться в живых довольно мала. Поэтому, я предлагаю вам подумать — нужно ли оно вам? Джойл — с учётом происходящего хаоса, ты можешь затеряться на просторах империи. Канс — у тебя есть семья, да и бабушка вполне вероятно примет внука. В любом случае, это будет куда безопаснее, чем находиться в составе крохотной армии, марширующей навстречу своей гибели.
Парни переглядываются и первым отвечает Тонфой.
— Ты это серьёзно? Думаешь, мы сейчас побежим, поджав хвосты? Если бы не твоё потрясение, я бы счёл, что ты специально пытаешься меня оскорбить. Допускаю, что я не самый лучший стратег и уж точно не эффективный бюрократ, но мы с Айрин росли вместе. Да, вы собирались пожениться, но если ты потерял девушку, то я — многолетнего друга. И сделаю всё, чтобы нанизать отрубленную голову Рэна на кол посреди площади.
Судя по раскрасневшемуся лицу аристократа, тот испытывает вполне искренние эмоции. Не найдясь, что ответить, киваю ему и перевожу взгляд на Джойла. Уроженец Хельгинских болот принимается мрачно выдавливать из себя слова.