Шрифт:
ПРОЛОГ
– Шевелись! Ты и так уже выбился из графика на пятнадцать секунд! Ну давай же!
Дай боже управиться в срок. За десять минут, да и тех нет, им предстоит проникнуть в хранилище и унести оттуда ноги.
Какая же здесь гнетущая жара. Нервы ходят ходуном, и от напряжения ломит в висках.
Пятеро мужчин, пробравшись в алмазное хранилище «Хэттон Гарден», взламывали дверь центральной камеры: там во мраке и тиши покоятся тысячи бесценных бриллиантов.
Пламя, со свистом вырывающееся
Крупный мужчина, зычным голосом повелевающий остальными, не спускал глаз с двери.
– Ленни… долго еще? – с беспокойством спросил он.
Мужчина с резаком замер и вытер стекавший со лба пот.
– Одну минуту, мистер Стоун. Всего лишь одну.
Дверь, сваренная из толстых стальных полос, требовала ювелирной точности. За ней в длинном узком помещении – от пола до потолка – ряды черных ящичков.
– Плохо! Поторопись!
– Семь минут, – произнес другой мужчина. Смотря на секундомер, он вел обратный отсчет времени. Вот осталось всего шесть минут, нет, пять минут пятьдесят пять секунд… У них нет права на ошибку.
Третий мужчина, присев на корточки, прислонился к стене, и его пальцы запорхали над клавиатурой портативного, уместившегося на коленях компьютера. Провода от него вели к электронной панели в стене.
Ладонь Майкла Стоуна опустилась на его плечо.
– Джон?
Джон, как и все, страшно вспотел, и лишь приливавший в кровь адреналин держал его на ногах.
– Почти закончил, – еле вымолвил он. – Почти.
Майкл Стоун взглянул на мужчину в наушниках. Тот, кивнув головой, сказал:
– Пока все тихо, мистер Стоун.
За углом, на пустынной в столь ранний час улице, их ждал черный фургон, темной глыбой проступавший в предрассветных сумерках. Водитель, оставленный в дозоре, тревожно всматриваясь в окружающую темноту, тер глаза. Томительное ожидание становилось нестерпимым.
Срезав последнюю полосу, Ленни облегченно вздохнул. Тяжелая дверь, чуть подавшись вперед, с оглушительным грохотом рухнула на пол. Ленни погасил горелку. На мгновение все замерли. В неожиданно наступившей тишине каждый слышал гулкое биение собственного сердца.
– Шесть минут!
Время текло неумолимо. Стоун вошел в банковский сейф и, окинув дико поблескивающим взором черные ящики, обернулся назад.
– Джон, давай!
– Порядок, патрон. – Пальцы Джона летали над клавиатурой. На экране монитора стремительно мелькали стройные ряды чисел. Он вытер о рубашку мокрые пальцы. Вот. Ага, сейчас. Все взоры были прикованы к нему.
Компьютерщик ударил пальцем по клавише «Вход», и тут же с щелчком стали открываться один за другим все шестьсот замков электронной защиты. Словно по команде, в хранилище начали отворяться передние панели черных ящичков.
Майкл Стоун торжествующе раскинул руки.
– Вот и зарплата, ребята, – сказал он.
Все бросились вперед, на ходу разворачивая тяжелые черные мешки.
Майкл Стоун молчаливо наблюдал за происходящим, и червь сомнения уже не точил его. Отсюда он выйдет обладателем драгоценных камней на сумму в 25 млн. фунтов стерлингов.
– Пять минут!
Мужчинами, пригоршнями бросающими бриллианты в темные дыры мешков, овладело лихорадочное безумие. Все шло как по нотам. Еще пара минут, и их здесь не будет.
Вдруг в наушнике грабителя, поддерживающего связь с водителем, раздался крик. В мгновение ока он понял, что произошло, и, вскакивая на ноги, завопил:
– Полиция! Они взяли Рея! Глаза Майкла Стоуна помертвели. Он словно прирос к полу, а его прекрасно слаженная команда вдруг развалилась: каждый заботился лишь о своей шкуре. Все помчались к лестнице, надеясь выбраться по ней из подземного хранилища.
Но спасения не было нигде. На ступенях уже стояли полицейские. Схватка была короткой, но жестокой. В считанные мгновения их повалили на землю, надели наручники и зачитали права. В продолжение всей этой кутерьмы Майкл Стоун даже не шевельнулся. Он, стоя по щиколотку в бриллиантах, наблюдал за крушением своих замыслов.
Остановившийся перед ним седовласый мужчина спокойным голосом проговорил:
– Майкл Стоун, я задерживаю вас за кражу со взломом алмазного хранилища «Хэттон Гарден» в З40 утра в среду 16 июля. Вы имеете право на адвоката и можете хранить молчание. Все сказанное Вами может быть использовано против Вас в суде.
Майкл Стоун, окинув внимательным взглядом детектива и главного суперинтенданта Джека Купера, угрюмо ухмыльнулся:
– Тебе пришлось немало побегать за мной, суперинтендант Купер, верно?
Детектив в подтверждение резко кивнул головой.
– Стоило того, мистер Стоун… уж можешь быть уверен, стоило.
Круто развернувшись, он ушел, предоставив право подчиненным произвести задержание самим.
Майкл Стоун не ошибался. Пять лет каторжного труда! Однако ему, детективу и суперинтенданту Джеку Куперу, все-таки удалось взять этого типа с поличным на месте преступления. Овчинка стоила выделки. Когда Стоун сядет на скамью подсудимых, преступный мир Лондона лишится одного из своих самых зловещих и выдающихся умов.
Суперинтендант поднялся на первый этаж. Ему придется выступить на пресс-конференции и ответить на многочисленные вопросы репортеров из утренних редакций телевизионных новостей.
– Ма! Я не могу найти мой леотард! – крикнула Мэдди Купер из своей спальни, и ее крик, гулко отскакивая от стен, прокатился по всему коридору.
Ее мама подошла к кухонной двери и улыбнулась. Дочь, что случалось с ней каждое утро, опять впала в панику.
– Смотрела в сушильном шкафу?