В785
Шрифт:
— Нет. Я знаю сказку, просто никогда не ожидал, что ты проснешься, особенно когда все остальное тело не функционировало. Это не имеет никакого логического смысла.
— С чего ты взял? Разве ты часто целуешь спящих девушек, чтобы посмотреть, что произойдет дальше?
— Нет. Никогда. На самом деле, насколько я помню, мне не довелось целоваться ни с одной женщиной.
— Никогда? — снова поддразнила она, что привело его в полное смятение. Ох, какая ирония судьбы! Бонни, бывшая школьная потаскушка, военная шлюха и доступная девушка, известная своей любовью к увеселительному времяпровождению, была разбужена неопытным ботаником.
— Ты дразнишь меня? — Эйнштейн спросил это с каким-то искренним недоумением, будто сама идея была ему чужда.
— Да. А что? Разве это проблема?
— Нет. Просто учитывая то, что еще час назад ты была мертв для всего мира, я вроде как ожидал другого…
— Драмы? Может, немного слез? Раз ты так хочешь, я могу забиться в припадке истерики, но если спросишь моего мнения, то это пустая трата воды и времени, — Бонни никогда не считала, что депрессия и истерика могут привести к чему-то толковому. Именно поэтому она взяла на вооружение девиз «не можешь победить врага, объединись с ним» в самом начале, когда жизнь резко изменилась к худшему. Бонни не могла утверждать, что после этого ей стало лучше, но, по крайней мере, она чувствовала, якобы все держит под своим контролем, даже если этот контроль был частью ее воображения. Она сдалась только тогда, когда… нет. Не сейчас. Бонни не хотела думать о причинах, побудивших ее впасть в подобную смерти кому.
— Полагаю, так и есть.
Из-за неуверенного тона мужчины Бонни рассмеялась.
— Ох, Боже, какой же ты милый. Впрочем, довольно обо мне. Кто ты?
— Меня зовут Эйнштейн.
— Как того эксцентричного ученого?
— Что-то типа того. Это имя я выбрал, когда освободился от военной программы, навязанной моему разуму. Раньше я был известен как единица IQ221.
— Ох, я слышу за этим увлекательную историю. Позже тебе придется обо всем рассказать. Давай начнем с того, Эйнштейн, ранее известный как IQ221, где мы находимся? И если ты вдруг скажешь что-то о военном корабле, то помни, что я знаю тысячу способов убить тебя, — Бонни подмигнула, но ее шутка прошла мимо его милой взъерошенной головы.
Эйнштейн попятился, не в силах скрыть свое смущение от ее дразнящего заявления.
— Мы действительно находимся на военном корабле, но он больше не принадлежит людям.
— Хочешь сказать, что ты и все остальные на борту — киборги? Очаровательно, — и неожиданно. Последнее, что она слышала, был приказ уничтожить их всех. — Как так получилось? Неужели военные наконец-то освободили киборгов? Никогда бы не подумала, что генерал «опрятность» так поступит. Насколько я помню, он был полон решимости либо убить, либо спрятать свои драгоценные проекты.
— Ты помнишь свое время в плену?
К несчастью. Теперь настала ее очередь хмуриться.
— Конечно, помню. И это больше всего раздражало ублюдка, ведь что бы он не делал, я все равно не забывала. Впрочем, спустя некоторое время, я сделала вид, что у меня проблемы с памятью. Мне пришлось пройти много сеансов в яме, прежде чем я поняла, что лучше всего подыграть.
На самом деле ей потребовалось потерять зрение и обзавестись роботизированными глазами, чтобы наконец осознать необходимость пересмотра
Дверь в комнату без предупреждения со свистом распахнулась, из-за чего они оба обернулись, чтобы посмотреть на вошедшего.
— Эй, Эйнштейн, старина, я только что получил печальную новость, — вновь прибывший остановился в дверях, его глаза округлились при виде Бонни.
Она одарила его тем же самым взглядом. Более высокий, чем ее принц, киборг обладал густой шевелюрой, красивым телосложением и лучезарной белозубой улыбкой. Другими словами, он напоминал Бонни скучную, но популярную куклу, типаж которой она запомнила довольно хорошо. Она разбиралась в таких мужчинах. Если бы он был человеком, то им было бы легко манипулировать, особенно если разменной монетой окажется секс. Если бы он был человеком. Может, у мужчин-киборгов были те же черты характера, что и у их органических собратьев? Был только один способ выяснить это.
— Привет, красавчик. Очень мило с твоей стороны присоединиться к приветственной вечеринке.
К его чести, новый парень не сразу поддался ее обаянию. Он даже не стал обращаться к ней напрямую.
— Она жива?
Какой молодец. Похоже, когда военные создавали мужчин-киборгов, то упустили несколько ключевых компонентов, таких как интеллект. Но, эй, по крайней мере, они оставили им возможность констатировать очевидное. Бонни взяла Эйнштейна под руку.
— Я очень даже жива благодаря этому прекрасному принцу. Он разбудил меня с помощью отличного поцелуя. Романтично, не правда ли?
— Эйнштейн? Поцелуй? Чувак, о чем, черт возьми, она говорит?
Бедный Эйнштейн, его ИМК, казалось, замкнула, потому что он так и не ответил. Бонни сжалилась над своим безмолвным спасителем.
— Ее зовут Бонни, и я уже рассказала, что произошло. Мой милый маленький ботаник чмокнул меня в губы и пробудил от долгого сна. Признаюсь, я тоже была удивлена, но, эй, дерьмо случается. Теперь, поскольку мой принц, похоже, не может найти слов, будь добр и представься, а затем расскажи где мы и что, черт возьми, происходит? — она закончила требование на вопросительной ноте.
— Меня зовут Сет, начальник отдела тайных операций, а это Эйнштейн, главный врач и офицер связи. Ты находишься на судне «выкуси» под командованием Арамуса, самого грубого ублюдка, известного в мире киборгов. Но несмотря на все это, он порядочный хрен. Только никогда не рассказывай ему, что я так сказал.
— Сет! — упрекнул его Эйнштейн, произнеся только имя, но киборга, похоже, это не волновало, если его широкая ухмылка была хоть каким-то показателем.
— Что? Я просто рассказываю ей, как обстоят дела. Она вот-вот встретится с нашим любимым командиром. Лучше уж мы подготовим ее.
— Кого и к чему ты собрался подготовить? — крикнул хриплый голос. — Ты отправил мне сообщение с требованием немедленно притащить сюда металлическую задницу. Лучше бы это было нечто важное, Сет, либо я залью водой твои схемы, чтобы полюбоваться на короткое замыкание. Святое гребаное дерьмо! — огромный мужчина, который протиснулся в комнату, испустил проклятие вместе со свистом.
Бонни помахала рукой.
— Привет. Ты должно быть возглавляешь эту операцию. Меня зовут Бонни, ранее известная B785, или, как генерал любил ласково обращаться ко мне, раздражающая проклятая сука. Но ты можешь называть меня своей новой занозой в заднице, — она широко улыбнулась.