Валентин
Шрифт:
– Виски с колой. Идеально для сегодняшнего вечера.
В дверь стучатся, и Эмма замирает с бутылкой «Джек Дэниэлс» в руках.
– Тихо. Если это мой сосед-немец, то нас тут нет! – шепчет она.
Шепот до того громкий, что я закатываю глаза. Нас тут определено ЕСТЬ. Тем временем она на носочках прокрадывается к двери и смотрит в замочную скважину. Я наблюдаю за тем, как ее спина расслабляется, а ноги опускаются на пятки.
– Малышка Анабель! – кричит Эмма на весь дом и широко раскрывает дверь. – Сколько мы не виделись,
У меня мелькает мысль о том, что немец все равно к нам постучится, а шестое чувство подсказывает, что не раз за этот вечер. Но я держу свои комментарии при себе. Анабель запрыгивает в студию и мгновенно ударяется об угол маленького журнального столика.
– Ай-ай! – пищит она.
Ни капельки не изменилась. Я не видела ее последние полгода. Хотя как не видела… С соцсетями не видеть кого-то стало чем-то из области фантастики. Мы проживаем всю жизнь, глазея друг на друга. Она вещает о гороскопах, Таро, натальных картах и арканах. Яне поспеваю за ее увлечениями. И очень может быть, что последние три недели бывшая одноклассница была скрыта из моей ленты. Поймите меня правильно. Я люблю ее и все такое. Но двадцать пять сторис в день… немного напрягают.
– Полин! – От ее писка у меня закладывает уши.
Но я тоже рада ее видеть, поэтому подхожу и крепко обнимаю:
– Привет, пупсик!
– Так рада тебя видеть! – продолжает кричать она. – Ты стала еще красивее! Хотя казалось, что это невозможно.
– Да, эта стерва похудела, и смотри, как у нее кожа сияет. А эти скулы. Ведьма! Никак иначе, – причитает Эмма и пытается открыть виски. Анабель бросает взгляд на бутылку, и глаза у нее загораются.
– Вот это я понимаю девичник! Я как раз принесла карты и буду вам гадать! Еще взяла начос и авокадо! Сделаем гуакамоле?
– Да-да! – подхватывает Эмма. И раздает нам по стаканчику, в котором лед и лимон. – Давай я сделаю идеальный гуакамоле. У Амели есть подруга-мексиканка по имени Джанет, и она поделилась с ней рецептом, а моя любимейшая мачеха, в свою очередь, передала его мне!
– Как вообще твои родители? – интересуюсь я.
Папа Эммы из того типа предков, что позволяют делать все. Это частенько выручало нас в подростковом возрасте.
– Шикарно, живут в свое удовольствие.
Рассказывая, она расхаживает по кухне. Я медленно пью свой коктейль и слежу за ее хаотичными движениями. Эмма любит и умеет готовить, но такое ощущение, что не знает, где что лежит на ее собственной кухне.
– Недавно они были в путешествии в Таиланде. Плавали там с китами! – фыркает она и наконец находит глубокую пиалу сине-голубого цвета. – Представляешь, мой отец и нырять-то боится, но с Амели даже к китам полез. Это ли не любовь?
Анабель мечтательно вздыхает, пока Эмма, не теряя времени, разрезает авокадо и вытаскивает из них косточки. Тем временем по моему горлу стекает холодная кола с едва уловимым обжигающим привкусом алкоголя. Смешать виски с колой придумал гений, не иначе.
– Вот бы и мне так влюбиться, – шепчет наш астролог и залпом опустошает свой бокал.
– Эй! Ты чего творишь? –
– Напиваюсь и мечтаю о такой же лав-стори, – со смешинкой в глазах отвечает Анабель и параллельно смешивает себе новый коктейль.
– А я мечтаю не о любви, а скорее об адекватной соседке, – бормочу я себе под нос и тоже приканчиваю первую порцию выпивки. – К черту любовь. Не портите мне жизнь своими членами!
– Звучит как идеальные аффирмации, – хмыкает Анабель и снова наполняет мой стакан.
– Выпьем за то, чтобы удача нам улыбнулась и подарила адекватных соседей! – провозглашает Эмма. – Чокнемся? А то вы сейчас напьетесь без меня, и вот это будет действительно грустно!
Я фыркаю и со всем усердием чокаюсь с ней стаканом:
– Адекватные соседи – единственное, за что я готова пить!
Второй стакан виски с колой заходит как к себе домой.
– Дамы, что у кого в личной жизни? – с любопытством спрашивает Анабель и, усевшись на диване, берет в руки колоду карт.
– Пусто. – Я с грохотом опускаю стакан на стол.
– Глухо, – вторит мне Эмма и переносит на журнальный стол чипсы и гуакамоле.
Мы с ней переглядываемся, а дальше я и глазом моргнуть не успеваю, как в моем стакане появляется новая порция. Эмма с заговорщицкой улыбкой произносит:
– За такую синхронность в ответах надо чокнуться.
Что я и делаю, прежде чем перевести взгляд на Анабель:
– А как у тебя?
– У меня? – переспрашивает она, чуть не поперхнувшись. – Ты не смотрела мои сторис? – укоризненно восклицает она.
Эмма смотрит на меня, округлив глаза, и молча качает головой. Взгляд ее говорит: «Как ты могла сразу так спалиться!»
– Этот придурок Рено изменил мне со своей лучшей подругой прямо у меня в квартире! – выпаливает Анабель, покраснев за считаные секунды.
– Как так получилось? – Я не скрываю удивления.
Возможно, виски в организме делает меня добрее, но Рено казался идеальным парнем. Внимательным, добрым, с отменным чувством юмора. Я видела его трижды, и он не вызывал никаких подозрений! Засранец шикарно шифровался!
– Он живет с родителями и взял у меня запасные ключи, чтобы спокойно заниматься, – начинает свой рассказ Анабель и возмущенно раздувает ноздри. – У меня была запланирована поездка в Руан с тетушкой. Но я рассчитала свой гороскоп и поняла, что это неподходящее время для поездки! Вернулась домой, а там он – голый, верхом на своей подруге и на моем постельном белье со свинкой Пеппой!
– Свинкой Пеппой? – ахаю я. – Я правильно поняла? Та самая свинка Пеппа из детского мультика?
– Она милая! – защищаясь, кричит Анабель. – Я так счастлива была найти этот комплект с сорокапроцентной скидкой! Вы вообще видели, сколько стоит постельное белье? Взрослая жизнь меня к этому не готовила.
– И меня, – мгновенно соглашаюсь я. – Взрослая жизнь и к счетам за электричество не готовила.
– Теперь я не могу смотреть на это постельное белье и ненавижу его еще больше! – в сердцах кипит Анабель.