Валентина
Шрифт:
– Жаль! Мы получили бы за тебя гораздо больше, если бы ты оказалась девственна.
Обращаясь к своим помощникам, он пошутил:
– Хотя причина, по которой мужчины отдают предпочтение девственницам, недоступна моему разумению. Они ведь как необъезженные кобылицы, строптивы и вольнолюбивы. Невозможно добиться от них ровной скачки.
Не в силах сдержаться, Валентина выпалила:
– Быть может, вам еще нужно знать, что качества коня зависят от искусства наездника?
Торговец не был лишен чувства юмора и, распознав смысл слов Валентины, рассмеялся.
– Красота и остроумие – роковое сочетание для женщины, – он
Когда их вели обратно, глаза Розалан сияли от гордости.
– Беру свои слова обратно, Валентина! Ты вовсе не глупа! И теперь я понимаю, почему христианин пал, сраженный твоим кинжалом.
Она обняла Валентину, и подруги пошли дальше, смеясь и болтая. Но обе с болью в сердце понимали, что на следующий день состоятся торги, и, быть может, они, расставшись, никогда не увидятся снова.
ГЛАВА 9
На следующий день за час до рассвета женщин разбудили и приказали одеваться. Толстые темнокожие евнухи принесли подносы с пресными лепешками и чайники крепкого горячего чая, подслащенного медом. Женщины поворчали, что завтрак уж больно скуден, но с удовольствием накинулись на еду.
Один из военачальников войска Саладина появился в дверях и дал указание собираться.
– Могущественный Малик эн-Наср желает, чтобы милость Аллаха не покидала вас. На рыночную площадь вас доставят группами по десять человек. На торги собралось много народа. Да пребудет с вами Аллах!
Выйдя из помещения на яркое солнце, Валентина оказалась рядом с высоким светловолосым христианином. Сначала она его не узнала – тот не брился в течение многих дней, и густая борода несколько изменила лицо. Только когда мужчина заговорил, Валентина вспомнила, что это англичанин по имени Майкл, один из стражников королевы.
– Леди Валентина! – произнес он, и в ярко-голубых глазах блеснули искорки удивления. – Неужели это вы? А мы все считали вас мертвой!
– Майкл, я не подозревала, что вы пленник Саладина! Как же вы очутились здесь?
Розалан с любопытством наблюдала за ними. Не возлюбленный ли Валентины этот привлекательный высокий мужчина? Наверное, именно поэтому ее подруга так счастлива его видеть!
– Розалан, – обратилась к ней Валентина, – это Майкл Лэндслокский. Он английский воин. Майкл состоял в королевской страже, и мы подружились во время путешествия из Наварры в Мессину.
Розалан так ничего и не поняла: что это за Лэндслок и где находится Наварра?
– Вы не ответили на мой вопрос, Майкл. Как вы сюда попали?
– То же самое мог бы я спросить и у Вашей Светлости! – ответил Майкл.
– Это длинная история! – улыбнулась Валентина. – Расскажите нам лучше о себе.
– Леди Валентина, я крайне удручен тем, что со мной произошло. Как вы знаете, я состоял в охране королевы, но однажды меня отослали в дозор. Наш отряд вступил в схватку с врагом, и мой конь был убит. Я брел по пустыне, пока сарацины не захватили меня в плен. Так я и оказался здесь и теперь буду продан на торгах, как какая-то домашняя скотина! – в голосе Майкла зазвучала горечь. – Леди Валентина, я ведь рыцарь! Мое место – в гуще сражения, рядом с моим королем, а не здесь, на этом базаре!
Цепочка пленников продвигалась к рынку. Валентина
Внезапный страх заставил Валентину сжаться, и она ухватилась за руку Майкла, чтобы не упасть в мрачную бездну, казалось, разверзшуюся у нее под ногами.
– Майкл! Я тоже не хочу быть проданной! Пленник успокаивающе обнял Валентину за плечи, и прикосновение смутило его. Молодой человек был посвящен в рыцари, а значит, ему надлежало с почтением относиться к женщинам. Даже сейчас, при этих страшных обстоятельствах, Майкл старался остаться верным своему долгу и даже взглядом опасался оскорбить леди. Валентина заметила: он старательно отводит глаза от ее ног, просвечивающих сквозь полупрозрачную юбку, а разговаривая, смотрит только на лицо и шею.
Вздох сорвался с губ Валентины. Она подумала: стал бы Майкл вести себя столь же галантно по отношению к ней, если б знал, что знатная леди была изнасилована двумя сарацинскими воинами?
– Я нахожусь в плену у сарацин гораздо дольше, чем вы, Майкл. Что вам известно об оставшихся в Акре?
– Вряд ли я расскажу вам что-либо новое, миледи. Впрочем, может быть, кое-что вам и не известно. Это касается королевы Беренгарии. Под большим секретом могу поведать о случившемся, ведь у нас обоих очень мало надежды увидеться с нашими соотечественниками в ближайшее время, и потому никому вреда от того не будет.
– Так что же произошло, Майкл? – еле слышно прошептала Валентина.
– Как вам известно, леди Бланш не раз удостаивала меня своим обществом, – взгляд Майкла стал отрешенным при упоминании о леди Бланш.
Придворным дамам из свиты королевы хорошо было известно, что Майкл Лэндслокский собирался просить у короля руки Бланш.
– Продолжайте, – поторопила Валентина.
– Ее Величество королева Беренгария подверглась… э… подверглась…
– Ну же, Майкл, продолжайте!
– Накануне того дня, когда были уничтожены пленники-мусульмане, королеву Беренгарию… высекли! – выпалил рыцарь.
– Высекли?.. – как эхо, отозвалась Валентина. – Кто же?
В глазах Майкла вновь мелькнула отрешенность.
– Леди Бланш помогала Сине готовить лечебную мазь, но она не знала, для кого и по какому поводу понадобилось снадобье. Сина, как вы, вероятно, знаете, довольно стара и обычно вечно бормочет себе что-нибудь под нос. Леди Бланш слышала, как старуха сказала, что королеву высекли. Когда же она напрямую спросила Сину о случившемся, то старая ворона замолчала, но леди Бланш стала настаивать, утверждая, что здоровье и благополучие королевы чрезвычайно волнует ее, как придворную даму. И тогда Сина призналась, что это Ричард Львиное Сердце высек королеву. Но леди Бланш знала, что сделать этого он не мог, потому как я рассказал ей накануне о намерении короля заняться в тот вечер конструированием новой баллисты. На вопрос леди Бланш я ответил, что, действительно, всю ночь король провел со своими военачальниками, размышляя над чертежами баллисты. Леди Бланш возразила: она своими глазами видела плеть, которой король отстегал Беренгарию! Я, разумеется, не стал настаивать, но на самом деле я находился рядом с королем всю ночь. Впрочем, не стоит придавать значения словам старой кормилицы!