Валгалла
Шрифт:
— Я только что разговаривал с Новым роботом по имени Лакон-03, — сообщил он. — Просперо где-то скрывается и оставил ее вместо себя. Она тоже слышала выступление Правителя и связалась со мной, чтобы спросить моего совета относительно того, что теперь делать роботам с Новыми Законами. Эта комета рухнет прямиком на их головы. Я не нашел что ответить. А вы? Что предложили бы вы?
Тоня засмеялась усталым смехом и покачала головой.
— Ах, Губер! Милый, милый Губер! Единственное, что им можно посоветовать, это посмотреть на остальную часть Вселенной, затем — на ту ситуацию, в которой они оказались, и сделать соответствующие выводы. Хотя, конечно, их положение гораздо хуже нашего.
— Хорошо, —
Тоня откинулась на спинку стула, потерла глаза и уставилась в потолок.
— Нам предстоит сделать две вещи. Во-первых, я хотела бы повнимательнее присмотреть за Беддлом и Гилдерном. Они наверняка что-то замыслили. Джадело Гилдерн никогда и ничего не делает просто так. Я хочу знать, что у них на уме.
— Мы уже занимаемся этим, — вставила Синта. Она испытывала огромное облегчение от того, что Губеру удалось образумить Тоню. — Что же во-вторых?
— Во-вторых, мы должны признать свое поражение.
— Простите, мадам? — переспросила Синта, опасаясь, что она ослышалась.
— Губер прав. Теперь изменить ничего нельзя, — объяснила Тоня, ткнув пальцем вверх. — Они знают, где находится комета, они намерены добраться до нее и обрушить на свою несчастную планету, надеясь на то, что она переменит все к лучшему и не перебьет всех жителей до последнего. А я по-прежнему не верю в то, что им это удастся. У них для этого нет ни навыков, ни опыта. Кроме того, я видела одну планету, на которой попытались предпринять что-то подобное, и этот план не удался. После этого меня долго мучили кошмары, и, с тех пор как я услышала про план Лентралла, они снова стали посещать меня. Я думаю, этот план погубит планету. Но у нас нет иного способа остановить этих безумцев, кроме как сбить все их космические корабли.
Сбить их космические корабли? Губер полагал, что ему удалось настроить Тоню на иной лад, но после этих слов в его душу закрались сомнения. В какой-то момент его пронизал ужас при мысли о том, что Тоня может решиться на подобное сумасшествие и действительно отдать такой приказ.
— Надеюсь, ты не… — начал он и боязливо осекся.
— Нет, — устало ответила Тоня, — конечно, нет. Во-первых, у нас нет достаточно огневых средств, чтобы сделать это, а во-вторых, я думаю, что даже если я отдам такой приказ, его никто не станет выполнять. Но иначе остановить их невозможно. — Тоня встала и снова подошла к панели коммуникатора. Она активизировала широкий плоский экран монитора и вывела на него изображение ночного неба, которое транслировали установленные на поверхности планеты камеры. Это была изумительная картина, полная тихой красоты и очарования: черный бархат, усыпанный драгоценными камнями звезд разного размера и цвета — белыми, желтыми, голубыми и красными. Одни мерцали, другие горели постоянным ровным светом. — Если мы не можем их остановить, значит, мы должны им помочь и проследить, чтобы все было сделано как надо. Я намерена сделать заявление, в котором сообщу о том, что мы целиком и полностью поддерживаем проект и намерены оказать всевозможную помощь в его осуществлении, включая предоставление всего опыта, накопленного нами в этой области. Может быть, нам удастся хотя бы свести ущерб к минимуму.
Тоня Велтон на мгновение распрямила плечи, а затем снова сгорбилась, и в этой позе выражалось все — признание собственного поражения, униженность и растерянность.
— И конечно, остается еще одна проблема — возможность, что полиция все же вычислит, кто стоит за попыткой похищения у Дворца Правителя. Возможно, если мы станем помогать им, это собьет их со следа или не позволит им вышибить нас вон с планеты.
Тоня немного помолчала, а когда
— И если — а точнее, когда они поймают нас, — сказала она, — возможно, наша помощь будет расценена в качестве смягчающего вину обстоятельства.
В предутренней темноте аэрокар медленно плыл над пустынными безмолвными улицами Депо и остановился недалеко от границы маленького городка. Просперо работал с приборами управления с мастерством опытного пилота и посадил машину в небольшое углубление, которое скрыло аэрокар от посторонних взглядов.
— Здесь я и сойду, — с нескрываемым облегчением заявил Норлан Фил. Затем он встал, открыл боковую пассажирскую дверь аэрокара, вылез наружу и с удовольствием размял затекшие руки и ноги. — Не обижайтесь, — обратился он через открытую дверь к двум роботам, — но я страшно рад, что наконец-то могу выбраться из этой чертовой машины.
— А как насчет тебя, друг Калибан? — спросил Просперо. — Ты уверен, что не хочешь поехать со мной? Решать надо сейчас.
— Нет, друг Просперо. Отправляйся в Валгаллу. Ты нужен там гораздо больше, чем я. Кроме того, тебе может понадобиться друг здесь, в Депо. Будет лучше, если я буду находиться здесь.
Фил глубокомысленно улыбнулся.
— Какие знакомые слова! — сказал он. — Просперо говорил мне то же самое, когда я отделился от нашей компании на Чистилище много лет назад.
— Будем надеяться, что путешествие, которое начинается с этого расставания, закончится более успешно, чем то, — проговорил Просперо.
— А вот сейчас путешествие продолжаешь ты, а не я, — заметил Фил. — Для меня это конечная остановка. По крайней мере до тех пор, пока на нас не свалится комета.
— Чем займешься, Фил? Куда пойдешь? — спросил Калибан.
Человек покачал головой, пожал плечами и улыбнулся.
— Понятия не имею. Куда-нибудь подальше, где меня не смогут отыскать. Куда-нибудь, где я смогу начать все сначала. Но сперва побуду некоторое время в Депо. Здесь меня никто не знает.
Депо представляло собой самое большое человеческое поселение на Утопии. Это был небольшой перевалочный пункт, куда стекались грузы, предназначенные для маленьких и изолированных поселений, разбросанных в восточной части Большой Земли.
— Не понимаю, — сказал Калибан. — Какой смысл приезжать сюда, зачем прятаться в городе, который будет уничтожен?
— Именно потому, что он будет уничтожен, — с усмешкой ответил Фил. — Это идеальное место для того, чтобы исчезнуть. Я смогу подобрать для себя новую личину и придумать любую легенду. Разве сможет кто-нибудь проверить данные на меня после того, как от Депо останутся лишь дымящиеся руины? А может быть, мне удастся подделать здешние документы прежде, чем они будут вывезены отсюда. Может, я смогу сделать так, что в них будет говориться, будто я — преуспевающий бизнесмен с крупным банковским счетом? После того как город будет стерт с лица земли, а его население окажется разбросанным по всей планете, кто сможет доказать, что это неправда?
Калибан смотрел на человека не меньше пяти секунд и только потом ответил:
— Должен сказать, у тебя хорошо получается мыслить на несколько ходов вперед. Любопытно заглянуть в череп преступника и посмотреть, что там делается.
Фил широко улыбнулся, а затем не смог удержать смеха.
— А может просто — в череп человека?
— Интересная поправка, хотя и вызывает тревогу, — сказал Просперо. — Прощай, Калибан. Прощай, Норлан Фил.
— До свидания, Просперо, — ответил Фил с широкой ухмылкой на усталом лице.