Валькирии
Шрифт:
— А что такое Ритуал Разрушения Ритуалов?
— Если маг не может изменить ритуал, Традиция считает необходимым изменить самого мага. Это что-то вроде священного театра, в котором маг должен исполнить какую-то другую роль.
Пауло лег, отвернулся и притворился спящим. Он опасался дальнейших расспросов со стороны Крис. Например, она могла спросить, почему Валгалла сказала про ненависть.
В священном театре никогда не задействуются негативные человеческие эмоции. Напротив, люди, участвующие в действе, стараются работать только с Добром, играют роли сильных, просветленных
Работать с негативными эмоциями можно с той же самой целью. Но только Пауло придется убедить себя в том, что он хуже, чем думал о себе до сих пор.
На следующий день они осматривали Золотой каньон — лабиринт извилистых ущелий со стенами семиметровой высоты. На закате, когда Пауло и Крис занимались упражнениями для открытия внутреннего канала, они увидели, за что каньон назвали Золотым: блестящие кристаллики минералов, которыми покрыты скалы, вспыхнули на солнце, от чего скалы стали казаться отлитыми из золота.
— Сегодня полнолуние, — заметил Пауло.
Огромная луна уже повисла над пустыней — зрелище было необычайное.
— Проснувшись утром, я вспомнил один отрывок из Библии, — продолжал он. — Из Соломона. «Если ты примешь слова мои и сохранишь при себе заповеди мои… то уразумеешь страх Господень и найдешь познание о Боге. Ибо Господь дает мудрость; из уст Его — знание и разум; Он сохраняет для праведных спасение; Он — щит для ходящих непорочно».
— Странное послание, — сказала Крис.
— Очень странное.
— Мой ангел говорит мне все больше, — сообщила она. — Я начинаю понимать его слова. Теперь я понимаю состояние, о котором ты рассказывал в шахте, — я тоже никогда прежде не верила, что такое общение с ангелами возможно.
Пауло было приятно это слышать. Остаток вечера они провели в совместных размышлениях.
На этот раз Валгалла не позвала Пауло на вечернюю прогулку по пустыне. Солнце село, сверкающие минералы в стенах каньона погасли. Луна освещала ущелье странным фантасмагорическим светом. Они шли в полной тишине, которую нарушали лишь звуки их шагов по песчаному дну каньона, и напряженно вслушивались. Они не знали точно, где договорились встретиться валькирии.
В самом конце ущелья они обнаружили небольшую площадку. Валькирий не было и следа.
— Может, они передумали? — нарушила молчание Крис.
Она знала, что Валгалла будет затягивать игру как можно дольше. В то время как самой Крис хотелось закончить ее как можно скорей.
— Тут наверняка поблизости бродят звери. И я боюсь змей, — сказала она. — Давай вернемся.
Но Пауло глядел вверх.
— Смотри, — сказал он. — Они не передумали. Крис тоже посмотрела в ту сторону. На вершине скалы, справа, виднелась фигура женщины. Та смотрела вниз, на них. Крис вздрогнула. Следом показалась еще одна женщина. Затем — еще одна. Крис вышла на середину площадки — на другой стороне расселины она разглядела еще трех.
Двух женщин не хватало.
— Добро пожаловать в театр! — голос Валгаллы эхом отразился от каменных
Такими словами она всякий раз начинала действо в очередном городском парке.
«Но я-то не принимаю участие в спектакле, — подумала Крис. — Может, мне лучше забраться наверх, к остальным?»
— Плата за вход у нас берется на выходе, — продолжала валькирия, повторяя слова, много раз звучавшие на площадях городов. — Цена может оказаться очень высокой, но мы можем и вернуть плату. Есть у вас желание рискнуть?
— Да, есть, — ответил Пауло.
— Зачем все это? — вдруг закричала Крис. — К чему весь этот драматизм, вся эта театральность? Только для того, чтобы увидеть ангела? Разве мало говорить со своим ангелом? Почему вы не делаете как все, просто не молитесь Богу и святым?
Ей никто не ответил. Пауло почувствовал, что Крис может в одну минуту все испортить.
— Это Ритуал Разрушения Ритуалов, — спокойно произнесла одна из валькирий со скалы.
— Тихо! — крикнула Валгалла. — Зрители могут разговаривать только по окончании представления! Тогда можете аплодировать или свистеть — только сначала заплатите за вход!
Она наконец появилась в поле зрения. На лбу у нее был повязан платок — на индейский манер. Обычно она так его повязывала, когда возносила молитву в конце дня. Это был ее венец.
Следом за ней шла босая девушка в «бермудах» и блузке. Когда они подошли ближе, луна осветила их лица, и Крис увидела, что это одна из валькирий — самая младшая в группе. Без кожаных доспехов, придававших ей агрессивный вид, она казалась совсем ребенком.
Валгалла поставила ее перед Пауло и очертила вокруг них большой квадрат. Доходя до угла, она останавливалась и произносила несколько слов на латыни. Пауло и Рота должны были повторять их за ней — при этом юная валькирия ошибалась, и ей приходилось заново произносить слово за словом.
«Она не понимает, что эти слова означают», — догадалась Крис.
Ни квадрат, ни заклинания не были частью обычных представлений, какие валькирии давали в городах.
Закончив начертание квадрата, Валгалла велела Пауло и Роте подойти. При этом они остались внутри квадрата, а она стояла за его пределами.
Валгалла повернулась к Пауло, пристально посмотрела ему в глаза и вручила длинный кожаный ремень, который носила на поясе.
— Воин, силой этих линий и священных имен ты заключен в предназначенный тебе удел. Ты — воин, победивший в сражении, ты теперь в своем замке, и тебе следует получить причитающуюся награду.
Пауло мысленно возвел вокруг себя стены замка. С этого момента ущелье, Крис, валькирии, Валгалла и все остальное не имело большого значения.
Он был актером Священного театра. Участником Ритуала Разрушения Ритуалов.
— Пленница, — обратилась Валгалла к девушке, — ты потерпела сокрушительное поражение. Ваша армия не смогла с честью за себя постоять. Когда ты погибнешь, валькирии заберут тебя в рай. Но до тех пор ты должна понести наказание, которого заслуживают проигравшие.
С этими словами она резким движением разорвала на девушке блузку.