Валькирия
Шрифт:
Подбирать нижнее бельё Валькирия пожелала в секции Риты. Они уединились в примерочной кабинке, и между делом. Рита удовлетворяла своё любопытство:
– Ты как умудрилась Рашидика подцепить? Надолго ли?
– Ааа, такого подцепить большого ума не надо. Надолго ли? Не знаю. Пока не подцеплю другого, посолиднее и, главное - надёжнее. Послезавтра идём в ресторан отмечать юбилей какого-то банка. Вот Рашид и решил из меня сделать куколку. Не буду же я, в самом деле, капризничать. Ты представляешь, выбрал мне платье: длинное, красное, сзади декольте ниже поясницы, переднее чуть не до пупка, но главное - в обтяжку! Это при моей-то
Нетерпеливый Рашид заглянул в кабинку:
– Девушки, вы здесь уснули, что ли?
– Всё, всё, Рашид, мы заканчиваем: примерили последнее - стринги. Можешь оценить, - торопливо ответила Валькирия.
И вдруг он просто огорошил обоих девушек:
– Ненавижу стринги! Я люблю спортивные трусики, как у волейболисток или бегуний: они несут тайну! А чем стринги носить, так лучше совсем без ничего.
– Рашид, ты меня удивляешь: Как любой мужчина, тем более восточный, ты должен любить эротику!
– А я и люблю эротику, поэтому прочь стринги. Рита, у вас есть то, о чём я говорю?
– Да, есть. Какой цвет лучше?
– Красный, голубой или пёстрый, полосатый.
– Кроме голубого есть всё и ещё - тёмносиние.
– Неси все! Если подойдут, заберём все.
***
В ожидании юбилейного празднества, Валькирия намечтала себе встречу с богатым и влиятельным бизнесменом, но чтобы европейской внешности. Она, в принципе, не против кавказцев, в частности, Рашида. Но им нужна любовница, а не жена. Если кто-то из них и снизойдёт до женитьбы на ней, то заставит принять ислам, а она вообще не понимает и не хочет принимать никакую религию. К такому решению она пришла после очень занимательных разговоров отца с матерью. Он увлекался историей религии и очень часто рассказывал жене об особо занимательном из прочитанного. Например, что Иисус совсем не тот, за кого его считают. Что мать его, Мария, совсем не святая, а даже наоборот, и родила его не от Иосифа, и тем более не от Духа Святого. Её святость устанавливалась в пятом веке, причём, дважды, простым голосованием на двух соборах. О Иисусе ничего не знали даже историки, жившие в его, или близкое к этому, время.
Чем больше отец втягивался в эту науку, тем больше разочаровывался в религии и однажды признался: "А я, дурень, в юношестве даже чуть не поступил в духовную семинарию!"
– Кааак! Разве в твоё время существовали такие школы?
– изумилась Валькирия.
– Существовали, существовали.
– Так ведь после революции их все разрушили!
– Разрушили не всё, а только лишние церкви и храмы, а по одному оставили в небольших городах. В больших городах оставили даже по несколько.
Исключив тягу к религии, он вскормил в себе тягу к познанию Вселенной. И даже купил двадцатикратный телескоп. Теперь вечерами, чаще всего во время сотворения ужина, он доходчиво делился с женой сведениями, полученными и с помощью своего телескопа, и информации из интернета. Он рассказывал о чёрных дырах, о столкновениях звёзд, поглощениях галактик друг другом, о Столбах Сотворения и о многом другом. И даже однажды позволил себе усомниться в правильности гипотезы "О расширении Вселенной": "Как же так? Вселенная расширяется, значит,
В своём длинном красном, с вызывающим декольте, платье, и белой шароподобной головкой, Валькирия действительно вызвала интерес, равносильный эпатажу, у собравшихся гостей. Рашид прекрасно знал, чем заинтересовать публику и ему это удалось. Одни, довольно презентабельные господа, таращили на неё глаза и по ним нельзя было понять: восхищены они девушкой или осуждают её. Другие подходили к Рашиду и с улыбочкой говорили комплименты по поводу его вкуса. А некоторые, наверно, особо близкие, говорили ему что-то на ухо.
Валькирия почувствовала себя в родной стихии и машинально начала выискивать глазами лицо, ухаживания которого она с удовольствием бы приняла. Увлекательный процесс сканирования был прерван бесцеремонным, громким голосом:
– Рашид, познакомь меня со своей спутницей. У тебя вкус есть - она зашибительная дама!
Голос принадлежал типу со стрижкой "ёжиком", с почти бесцветными, сероватыми глазами, излучающими наглость. На нём был ярко синий костюм. Пиджак расстёгнут. В глаза бросалась розовая бабочка на жёлтом фоне рубашки.
Рашид без видимого удовольствия, сухо, и Валькирия это особо отметила про себя, представил:
– Это Валькирия. А это покоритель дамских сердец, господин Мищенко Михась, мой спарринг-партнёр по большому теннису.
Рашид держал девушку под руку. Она, вместо соответствующего движения свободной рукой к закреплению знакомства, положила её на руку Рашида, демонстрируя покорность и преданность.
– Желаю вам весело провести время, - сказал Мищенко и зацепил своей общительностью другую пару, проходившую мимо.
Когда они отошли немного, Валькирия с отвращением спросила:
– Пренепреятнейший тип. Кто он?
– Официально он числится замом министра по финансам нашего областного правительства. А не официально помогает проворачивать операции с офшорами. А как ты сама понимаешь, такие делишки довольно опасны и потому хорошо оплачиваются.
– Оооо! Вон оно что?!
– с изумлённым уважением протянула Валькирмя. Значит, он там часто бывает?
– Да, чаще, чем здесь.
– А семья его здесь или там? Не будет же он каждый раз возить её с собой.
– Он был женат, но жена сбежала от него: он как выпьет, так дураком становится. С тех пор практикует очень удобную форму, так называемый, гражданский брак.
– Выходит, он не только внешне неприятный тип, но такой же и внутри.
Этих сведений вполне хватило, чтобы в головке Валькирии зародились авантюрные мыслишки на тему - как воспользоваться офшорами, но не в том смысле, как их принимают бизнесмены, а обыкновенные туристы-отдыхающие.