Валориан

Херберт Мэри

– Давай послушаем, что он нам сообщит, – сказал Тирранис дозорному. – А потом посмотрим, насколько он заслуживает своей награды.

Абориген обнажил в улыбке беззубый рот и сделал шаг вперед.

– О, я ее вполне заслуживаю, ваше превосходительство. Я знаю, где находится Валориан.

Тирранис не стал спешить с ответом. Он поудобнее устроился на своем кресле, скрестив на груди руки, его лицо было обращено к свету масляной лампы на столе. Снаружи порывами завывал ветер, он с силой стучал ставнями и срывал черепицу с крыши.

Наступила долгая пауза, во

время которой оборванец нервно оглядывался по сторонам, пока наконец мысли о золоте, которое, казалось, почти в кармане, не придало ему мужества.

– Видите ли, я знаю Валориана, – наконец прошептал он. – Великий человек. Сын Далтора. Далтор не любил меня. Он все устроил так, чтобы меня изгнали из племени семь лет назад. Вон…

– Хватит об этом! – прорычал генерал Тирранис. Его начал очень раздражать этот сумасшедший.

Старик вздрогнул от страха и заговорил быстро, запинаясь и проглатывая слова, словно хотел поскорее покончить со своим делом.

– Я, э-э-э, видел его, то есть Валориана, пять дней назад, верхом на его черной огромной лошади. Эту лошадь ни с кем не спутаешь. Ну, я и пошел за ним. На расстоянии. Он въехал в Гол Агха и довольно долго двигался по нему. Генерал, они разбили лагерь там. Вся семья. И Валориан вместе с ними.

Он с любопытством уставился на Тирраниса, словно надеялся прочесть на его лице восхищение или благодарность, но испытал разочарование.

Генерал лишь повернулся к дозорному:

– Ты сможешь найти этот самый каньон?

– Да, генерал, – прозвучало в ответ.

– Хорошо.

Тирранис кинул быстрый взгляд поверх головы оборванца на стражу, застывшую у дверей, и едва заметно кивнул головой.

– А как же моя награда? – вопрошал изгой и протянул вперед готовые схватить золото руки. – Разве принесенная мною весть не стоит награды?

Он настолько был поглощен мыслями о золоте, что совершенно не заметил выросших за его спиной стражников.

Мелькнула сталь, раздался глухой звук удара, и изгой медленно осел на пол. Между ребер торчал клинок кинжала.

– Теперь он не сможет вернуться и предупредить Валориана, – с мрачным удовлетворением произнес Тирранис. Он сделал знак: – Уберите его.

Как раз в тот момент, когда стражники волокли тело из дверей, в кабинет вбежал командующий гарнизоном и отдал честь. Он даже не взглянул на тело убитого. В эти дни начальник гарнизона был чрезвычайно озабочен, потому что именно ему было поручено поймать Валориана и от него зависел успех или поражение в операции.

– Принес ли он какие-либо известия? – спросил командующий гарнизоном, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно.

– Гол Агха, – ответил Тирранис. Он порывисто поднялся, чтобы скрыть внезапно охватившее его возбуждение, и подошел к камину. Отблески огня озарили его грубое лицо. – Отправляйся туда, – приказал он дозорному. – Найди их лагерь.

Он обернулся к командующему.

– Ну, а теперь ты, – прошипел он. – Делай, как мы говорили, и смотри, не подведи меня на этот раз.

Офицеры отдали честь и поспешили к дверям. И в то время как дозорный искал свежую лошадь, командующий

поднимал по тревоге гарнизон. Он потребовал присутствия всех, кого только можно было найти. Он не собирался позволить ни единой душе ускользнуть из этого лагеря.

* * *

В эту же самую ночь рожденные ранней весной ветры гуляли по каньону Гол Агха подобно урагану, завывая на все лады, словно сумасшедшая женщина. Одинокий всадник, который следовал вдоль ущелья, мог с трудом поверить, что кто-либо из племени мог в здравом рассудке выбрать такое место для своей стоянки. И только когда всадник достиг поворота и относительно мирного места в задней части ущелья, он убедился в целом ряде преимуществ подобного выбора. Он достиг уже последнего спуска, перед его глазами горели костры, зажженные в лагере, когда по его бокам возникли двое часовых. Одним из них оказался младший брат Валориана.

– Мордан! – радостно воскликнул Айдан. – Что заставило тебя покинуть нашего обожаемого лорда, вождя племени?

– Хочешь верь, хочешь нет, но меня послал сам Фиррал, – весело ответил крепкий мужчина. – Он желает переговорить с Валорианом.

– О?! Еще одно предупреждение? Или опять трясется от страха?

Мордан рассмеялся. Он уже давным-давно перестал обращать внимание на поведение своего вождя.

– Я не уверен. Нашему вождю выпала очень тяжелая зима, и поэтому он очень нервничает по поводу приближения весны.

– Еще бы! – ухмыльнулся Айдан и указал на лагерь. – Валориан сейчас в своей палатке.

Мордан уже собирался тронуть поводья, когда вдруг остановился и предложил:

– Вам бы следовало выставить караул дальше этого спуска. Если я смог отыскать ваш лагерь, то и другие смогут сделать то же самое.

Айдан неохотно кивнул, махнул рукой и поехал прочь со своим спутником. Впрочем, он почти тут же забыл предостережение Мордана, весь в возбуждении от поражения лорда Фиррала.

Мордан без труда отыскал шатер Валориана, который находился на самом краю лагеря. Он слез с коня и оставил его рядом с жевавшим солому Хуннулом под навесом рядом с шатром. На долю секунды он задержался, чтобы потрепать черного жеребца по шее. Огромный конь склонил голову, его черные глаза блестели, он тихонько заржал, словно приветствуя гостя.

– Мордан! – окликнул его Валориан из глубины палатки. Затем он просунул голову в отверстие, прикрытое пологом. – Что ты там стоишь? Заходи скорее, прочь от этого ветра.

Охранник вождя как-то странно взглянул на Валориана. Откуда Валориан узнал, что это был именно он? Он вздрогнул и ответил на приветствие охотника. Следуя традиции, он вытер с сапог грязь и оставил свой меч при входе, прежде чем переступил порог палатки. Наконец он вошел в тепло и уют помещения. Снаружи бесновался ветер. Его порывы, словно холодные, сырые выдохи, были достаточно сильны и колебали стены палатки, заставляя их ходить ходуном, словно в танце. Внутри же ковры на полу, окрашенные в светлые тона гобелены на стенах, да три-четыре небольших лампы, призванных создать уют жилого помещения.