Вампир

Самохина Анна

Сил осталось мало. Есть не хотелось, но вернулась головная боль и появилась жажда, поэтому он, покачиваясь, направился на кухню.

Едва зайдя в комнату, он вздрогнул при виде невысокой темной фигуры, облаченной в бесформенный балахон.

– Давно тут сидишь? – спросил Марсель.

– Нет, – Долорес пододвинула к нему бутылку минеральной воды и пластинку с белыми таблетками. – Выпей, полегчает.

Спорить отчаянно не хотелось; Марсель молча принял лекарство и сел на стул рядом с Долорес.

– Понравились огоньки вчера? – спросила она. – Ты так хотел к

ним, что чуть не свалился с башни. Я едва успела тебя поймать.

– Да не свалился бы я, – возмутился Марсель. – Я был не настолько пьяный.

– Уонен делает слишком хорошие коктейли. Но я тебя не критикую, – Долорес усмехнулась. – Все мы были на твоем месте. Не так давно я каждую неделю бывала на подобных вечеринках. Не переживай.

– Я хотя бы ничего не говорил? – спросил Марсель, холодея от страха. Он хранил в себе слишком много того, что никому не хотел бы показывать. И если разболтал все секреты двум незнакомцам, то никогда себе этого не простит.

– Не волнуйся, – повторила Долорес. – Поешь, купи лекарства. Смотри, чтобы родители ничего не поняли.

– Конечно, – рассеянно согласился Марсель, в который раз прокручивая в голове воспоминания о вчерашней ночи.

– В таком случае, до встречи. Я вернусь завтра.

С этими словами девушка тенью выскользнула из дома, оставив Марселя в одиночестве. Он был очень вымотан, но его радовала возможность целый день бездельничать дома, размышляя об Анранире.

4. Nosce te ipsum

Познай самого себя.

– Марсель-Аполлинер, какую связь установил Артур Лаффер между ставкой налога и деловой активностью?

Преподаватель по экономике, высокая женщина лет пятидесяти, остановила на Марселе тяжелый взгляд. Тот подавил желание послать ее куда подальше, вздохнул и встал, вспоминая прочитанный неделю назад материал. Он так и не повторил его перед занятием.

– Артур Лаффер доказал, что при ставке подоходного налога выше определенного уровня резко снижается деловая активность, поскольку предпринимательская деятельность становится невыгодной.

Видя, что Елена Как-ее-там все еще смотрит ожидающе, Марсель продолжил. Но, поскольку говорить больше было не о чем, он в который раз объяснял свои ответы, дополняя иллюстрациями и еще более простыми примерами.

– То есть низкие ставки налогов дают стимулы к работе, сбережениям и инвестициям, расширению производства. В результате расширяется налоговая база, которая сможет поддержать налоговые поступления на высоком уровне даже при том, что ставки налога будут ниже. Связь между ставками налогов и налоговыми поступлениями называется кривой Лаффера. Нарисовать?

Женщина отметила что-то в своем журнале.

– Ответ достаточно полный. Кривую нарисует Дарья Андреевна.

Одногруппница Марселя, довольно симпатичная девушка, вышла к доске. Несколько быстрых движений мелом – и почти идеальный полукруг она дополнила несколькими подписями.

Пару секунд преподаватель скептически смотрела на доску, потом медленно кивнула.

– Какие налоги относятся к косвенным?

– Налоги с оборота,

на добавленную стоимость, на отдельные виды товаров и таможенные пошлины.

– Что такое ЭКЮ?

– Условная коллективная валюта, базирующаяся на основе двенадцати валют ведущих стран Европы, входящих в Евросоюз. Вес каждой валюты определяется в зависимости от доли, которой располагает государство в валовом национальном продукте Евросоюза и экспорте внутри него. Самым весомым компонентом ЭКЮ является немецкая марка.

Женщина снова кивнула, Даша села на свое место – соседнюю с Марселем парту. Спросив еще нескольких студентов, преподаватель закончила пару, спешно забрала свои вещи и вышла из кабинета. Одногруппники же собрались небольшими кучками, будто совсем не торопились домой; Марсель их понимал. Однако он хотел немного поспать днем, чтобы не слишком устать ночью – Долорес обещала сегодня прийти.

– Ты спешишь? – сбоку подошла Даша и склонила голову к плечу.

– Да, – Марсель закидывал учебники в рюкзак так, словно больше никогда их не откроет.

– Можешь на минутку показать конспекты с прошлого занятия? Просто я пропустила его, надо отработать.

Решив, что она все равно не отстанет, а с него не убудет, Марсель протянул ей тетрадь. Даша молниеносно открыла нужную страницу, сфотографировала все записи и вернула тетрадь хозяину.

– Спасибо большое. Чем вечером занимаешься? Не хочешь прогуляться?

– Я занят, – отрезал Марсель и набросил рюкзак на плечо. – И гулять не люблю.

– О, мои родители свалили на неделю, и я дома одна. Можем посидеть у меня, посмотреть фильм, – Даша соблазнительно улыбнулась, но, не видя ответной реакции Марселя, спохватилась. – Или объяснишь мне экономику, а то я нихера не понимаю.

На секунду Марсель задумался. С предыдущей девушкой он расстался почти полгода назад, когда она резко захотела замуж. И, признаться, иногда Марселю все же не хватало их совместно проведенных ночей.

– Давай завтра, ладно? – уходя, бросил Марсель. Он надеялся, что Даше отношения тоже не нужны.

После института он решил прогуляться, чтобы привести мысли в порядок; это получалось с трудом. В голове было совсем немного вопросов, но главный – почему он? Что в нем такого особенного, что заинтересовало какого-то незнакомца из Анранира?

Холодная весна не нравилась Марселю. Он привык к теплу и легкой одежде, а переменчивая погода вызывала только отвращение.

Мимо шли школьники с рюкзаками и пакетами. Они смеялись и громко переговаривались, обмениваясь впечатлениями. Шумные, быстрые – Марсель ненавидел детей. Родители считали обязательным вступление в брак, и неудивительно, что все свои отношения с девушками он держал в секрете. Если бы они узнали о желании Дезири выйти за него замуж, то непременно устроили бы скандал. Одного ему уже хватило: девушка плакала и обвиняла его в равнодушии, однако в душе Марсель был с ней не согласен. Он чувствовал удовлетворение при виде ее слез. Если она возомнила себя способной забрать его свободу, то пусть ощутит вкус неудачи.