Вампиры не обязаны... просить?
Шрифт:
«И, вероятно, в поисках следующей мамы-демоницы».
— Один вопрос. Зачем ждать, пока тело ослабнет? Ну, почему просто не убить себя и по-быстрому всё провернуть?
Ведь он выглядел… противно — проплешины, тёмные пятна на коже, затуманенные радужки. Ей, конечно, всё равно, но ему явно нет.
Он потряс в воздухе скрюченным, морщинистым пальцем.
— Ты всегда была умна, моя дорогая Иш Таб. — У него слюна изо рта потекла? «Вампиры рулят, пункт номер два: они не стареют и не пускают слюни». — Симил посоветовала, — объяснил он, — если пойду кратчайшим путём, найду свою смерть. Я должен умереть по естественным
«Интересно…»
— А что будет с твоим сыном, когда ты заберёшь его тело?
Старый демон пожал плечами.
— Его душа просто… улетит. — Он небрежно махнул рукой, будто не знал и ему всё равно.
«Вампиры рулят, пункт номер три: они не изгоняют души людей из их тел и не захватывают их, как ужасные паразиты-инопланетяне».
Пустой смех Иш Таб отразился от стен.
— Конечно. Глупые смертные души настолько слабы и отвратительны. Кому какое до них дело?
Иш Таб была безумно благодарна за вуаль, потому что та скрывала панику в её глазах. Должно быть, это сон.
«Сны бывают только у смертных. Ты, моя дорогая богиня, только что пережевала всю свою реальность и выплюнула её, как безвкусную жвачку».
ГЛАВА 25
Задыхаясь, Иш Таб нашла Антонио, сидящим на скамейке в саду и задумчиво глядящим в безоблачную ночь.
— О, слава богу! Кирсти сказала, что я найду тебя здесь. — Иш Таб села рядом. — Ну, я надеюсь, что она говорила со мной. С тем же успехом, она могла обращаться к стене. До сих пор не поняла, какой у неё глаз рабочий. И почему от неё всегда пахнет борщом?
— Ты пришла поговорить о косоглазии горничной и её пристрастии к свёкле? — Антонио не сводил взгляда со звёздного неба.
— Нет, не за этим… — Иш Таб трижды хлопнула его по руке, что не возымело никакого эффекта. — Почему ты не сказал, что твой отец — el Trauco, самый печально известный инкуб Латинской Америки?
— И что бы тогда изменилось? — спокойно поинтересовался он.
— Ну… ну… мы могли бы… Не знаю.
— Exactamente [37] . Ничего не изменилось бы. Убить его или запереть в клетке ничего не меняет.
37
Именно
— Поэтому ты искал скрижаль, да? — спросила она.
Он кивнул. Конечно, он хотел избавиться от демона и отправить его в другое измерение, а скрижаль спрятать. Боги.
— Надо было сказать. — Иш Таб покачала головой.
— Это моё сражение, — холодно отрезал он. — И ничьё больше.
— Ты чертовски сильно ошибаешься. Этот бардак начался задолго до твоего рождения.
— Неважно, когда началось или кто начал, именно я закончу это всё. — Он посмотрел на Иш Таб с ярчайшим гневом в глазах. Чёрт подери! Сильно раздражённый вампир! Ей оставалось лишь гадать, обо всех тех ужасах, которым подвергся Антонио. Бедолага.
— Полагаю, инкубы не получают премию «Отец года», — предположила она.
— Нет. В двадцать два года я пригласил свою девушку Вики в гости. Она уже несколько месяцев умоляла меня отвезти на виноградник. Хотя я ненавижу отца — потому что он бессердечный ублюдок — посчитал, что мы с ним не пересечёмся. Он редко бывал
— И тогда ты начал искать скрижаль? — спросила Иш Таб.
— Я надеялся отправить демона куда-нибудь ещё до того, как у меня кончится время. А потом я ослеп, появилась ты, и я стал вампиром… Значит теперь я не стану хозяином для отца. Я сильно подвёл брата.
Иш Таб озарило.
— Ты изменился, и отец не сможет использовать твоё тело.
— Вампиров нельзя использовать, — резко ответил он.
Теперь всё обрело смысл. Бедный Антонио. Что же Иш Таб натворила?
— Поэтому ты так разозлился на меня после превращения? — спросила она.
Он посмотрел на неё с сожалением в прекрасных глазах.
— Прости, что так вёл себя с тобой. Ты не виновата, что я стал вампиром. Но тогда я понял, что это означает для моего брата — он занял моё место.
Сейчас открыть портал стало ещё важнее. Этот демон ни за что не засунет свои лапы в чужую душу, и она сделает для этого всё возможное.
— Антонио, прости. — Она погладила его по плечу. Так чертовски приятно. — Теперь я понимаю, почему могу прикоснуться к тебе… — «И почему у тебя член, как у носорога, а женщины не могут держать при себе руки рядом с тобой. — Инкубы питаются жизненной силой других людей. Обычно они предпочитают сексуальную энергию, но мало ли… В тебе есть немного моего света, ты вампир с небольшим преимуществом… существует миллион причин, чтобы ты закончил так, как случилось. — Или только один — всё это вело бы сюда. «Ты должен был стать моим».
Он пожал плечами.
— Я всегда употреблял человеческую пищу… Ну, пока не стал вампиром. Затем перестал есть.
Нет, она поняла, что он не перестал есть.
— Твой голод утоляет моё прикосновение?
Он вновь кивнул.
— Да, помимо всего прочего, — многозначительно произнёс он.
О, она очень хотела расспросить его обо «всём прочем», но не сейчас, учитывая их серьёзные проблемы. По крайней мере, тайна аппетита Антонио раскрыта. Он поглощал всю её тёмную энергию, именно поэтому она фантастически чувствовала себя каждый день. Всё из-за прикосновений к нему!
— Поразмыслив, всё вышло очень иронично. Ты расцветаешь от моего прикосновения, но оно убило твоего отца, — сказала она, размышляя вслух. Да, должно быть, это как-то связано с его превращением.
В глазах Антонио вспыхнула ярость.
— Что я такого сказала? — спросила она.
— Это ты его… любила и убила? Отец! Этот отвратительный, бессердечный придурок и есть твой Франсиско?
«Ох… Разве она уже об этом не говорила? Тьфу… Наверное, нет».
— Да, но позволь объяснить, — начала Иш Таб. — Я считала его кем-то другим…