Вампиры
Шрифт:
Говоря так, они подошли к портрету красавицы. Высокая, стройная, с чудным цветом лица и лучистыми, черными глазами, она заслуживала вполне название красавицы. Черные волосы были высоко подобраны под жемчужную сетку, и красивый большой гребень удерживал их на макушке. Его резной край, тоже с жемчугом, как корона, поднимался над передними волнами во– лос. Белое шелковое, затканное серебром платье, фасона Екатерины Медичи, высказывало стройность фигуры, а большой воротник настоящих кружев, с драгоценными камнями, был хорошей рамкой для белой шеи. В руках ее были
– Красивая, прекрасная пара, – восхищался доктор, – но поспешим, нас ждут.
Все общество остановилось у запертых дверей.
Двери были массивные, чугунные, но покрыты золоченым орнаментом тако– го тонкого и изящного рисунка, что казались легкими. Главным украшением были кресты на обеих половинках.
Это украшение прямо указывало, что двери ведут в капеллу.
Попробовали их открыть и убедились, что они не только замкнуты, но заделаны. Как щели, так и замочная скважина были залиты каким-то метал– лом.
На ручке дверей висел венок из каких-то однородных цветов, но что за цветы составляли этот венок, сказать было нельзя, до того он истлел. От одного прикосновения венок разлетелся прахом.
IX
Пошли дальше.
В третьем этаже были помещения для прислуги. Из них на наружной ве– ранде можно было спуститься прямо в сад, что и сделали.
Восточная сторона сада представляла ту же картину запустения, как и западная.
Прошли в самый конец.
Оказалось, что общий массив скалы здесь еще приподнимается и образует высокий красивый выступ, по гребню которого и проходит замковая стена.
Скала под стеною, видимо, была отделана рукою человека. Оставив кра– сивую площадку у подножия стены, она отвесно опускалась в сад и вся сплошь была закрыта вьющимися растениями, точно завещана дорогой портьерой.
Скоро между растениями рассмотрели две пары колонн: они были из тем– ного порфира и поддерживали небольшой фриз. Когда отодвинули лишние вет– ки, то образовался как бы вход в маленький храм. К нему вели несколько совершенно расшатанных ступеней. Двери не оказалось, а была ниша и в ней недюжинной работы мраморная статуя.
Доктор, поклонник искусства, рискуя свернуть себе шею, взобрался по шатким ступеням и принялся осматривать статую.
– Великолепный мрамор, итальянская работа, – сообщал он.
– Постойте, да тут что-то написано: «Покойся твое тело, а мятежный дух…» – читал доктор.
Вдруг он вскрикнул и полетел со ступеней. Желая лучше разобрать по– лустертую надпись, он оперся о статую, а та, точно только и ждала этого, рухнула с пьедестала и, падая, ударила Смита по голове, да так сильно, что и он, в свою очередь, упал, а статуя разбилась на куски. Только мра– морная чудной работы голова упала на мох и не очень пострадала. С сильным ругательством поднялся Смит и грубо ногой толкнул прекрасную го– лову богини.
Гарри остался недоволен и приказал ему отнести
На доктора посыпались насмешки и шутки. Раздосадованный падением и зная по опыту, что не такто скоро отделается от насмешек, он решил до известной степени восстановить свое реноме и прочесть надпись, которая стоила ему синяков.
Снова взобравшись на ступени, он наклонился к пьедесталу и через ми– нуту торжественно объявил:
– Не смейтесь, я открыл тайну. Пьедестал пуст, а в нем плита с кольцом. Ясно, подъемная дверь. Смотри же, Гарри, третья часть найденно– го клада моя. Посмотрю, как-то вы засмеетесь, господа, когда я получу мешок золота или пригоршню бриллиантов, – шутил доктор.
Двое рабочих довольно легко подняли плиту.
– Конечно, ход в подземелье, – сообщал доктор стоявшим внизу. – Дайте веревку, я спущу сначала Джо, он посмотрит, крепка ли лестница.
– А, да, боитесь, доктор, синяков! – кричали голоса снизу, но веревку все-таки подали.
Джо, молодой и ловкий слуга и помощник доктора, обвязался веревкой и охотно начал спускаться по лестнице.
– Лестница превосходная, – сообщал Джо, – здесь целая комната, только темно, плохо видать. Подождите, у меня есть спички, – продолжал он.
Через мгновение раздался крик ужаса, и Джо одним прыжком очутился не только наверху лестницы, но и спрыгнул в сад.
Он был бледен, и губы его дрожали.
– Что, что такое, что там? – засыпали его вопросами.
– Там, я не пойду туда большей Там сидит мертвец.
– Какой мертвец, что ты мелешь, трус, говори толком.
– Господин доктор, я и говорю толком, там сидит мертвец. Мне ли не узнать человеческого черепа, – прибавил он.
– Так я и думал; – проворчал доктор, – скелет, а не мертвец. Дурья ты голова. Скажи-ка лучше – ступени крепкие?
– Да, господин доктор, такие крепкие, что не только вас, а самого слона выдержат.
– Ну, помолчи, – и доктор, кряхтя и охая, полез по узкой лесенке.
Наступило молчание. Было жутко.
Гарри не выдержал и, поднявшись на ступени, – крикнул в отверстие:
– Жив ли ты, доктор!
– Ну, конечно, жив. Сейчас вернусь и расскажу.
Немного погодя он и сам показался из люка, и Гарри помог ему выб– раться.
– Прикажите закрыть люк, ничего особенного там нет, т.е. я хочу ука– зать, там нет ни золота, ни бриллиантов и от своей трети находки я отка– зываюсь в пользу деревенского кладбища.
Потом доктор, не торопясь, принялся готовить себе сигару.
– Да говорите, что там?
– Правда ли есть скелет?
– Где он лежит? – спрашивала любопытная молодежь.
– Подождете; вам бы только смеяться над пожилыми людьми, а небось к мертвецу никто не пошел, струсили поди, – бурчал доктор.
– Не будем больше, не будем, вы доказали свою храбрость, падайте те– перь вверх тормашками, не будем смеяться, – уверяли молодые люди.
– Ну, то-то! – сказал, наконец, удовлетворенный доктор, – слушайте же: