Вариант единорога
Шрифт:
– Мой отец был королевским картографом, а до него – его отец, – обиделся мистер Гибберлинг.
– Что это доказывает? – спросил Белкис. – Ты-то плохой картограф.
– Что вы хотите этим сказать?
– Ну-ка отвечай, что находится за теми горами? – спросил Белкис, указывая вдаль чешуйчатым крылом.
– Драк… О! Я хотел сказать… Другие горы, сэр, – промямлил мистер Гибберлинг.
– Ну признайся! Ты же этого не знаешь! – сказал Белкис.
– Хорошо! Я не знаю! – воскликнул мистер Гибберлинг.
– Отлично, – сказал Белкис. – Это уже кое-что. У тебя есть при себе перо, чернила и пергамент?
– Нет, –
– Так ступай за ними! – взревел Белкис. – И быстро возвращайся.
– Слушаюсь, сэр, – сказал мистер Гибберлинг и, наступая на собственный плащ, поспешно засеменил из зала.
– Побыстрей! – гремел Белкис, изрыгая пламя. – Или я разнесу здесь все по камушку, а тебя вытащу за усы – как крысу из кучи щебня!
Мистер Гибберлинг обернулся за рекордное время. Тем не менее, пока он отсутствовал, Белкис успел проглотить трех жареных поросят и дюжину цыплят в тесте. Сытно отрыгнув после трапезы, он закоптил потолок и обуглил трон.
– Ну, принес? – спросил Белкис.
– Да, да! Вот они! Пожалуйста!
– Очень хорошо. Теперь ты пойдешь со мной.
С этими словами он ухватил когтями мистера Гибберлинга за плащ и вылетел через большую двойную дверь в конце зала, в которую по торжественным случаям иногда въезжал верхом почетный караул. Он мгновенно набрал большую высоту, и вскоре оба исчезли из виду.
– Интересно, куда он его понес? – спросил третий советник.
– Пожалуй, лучше не думать об этом, – сказал первый.
– Лучше навести здесь порядок, – предложил Уильям.
Они умчались далеко за пределы королевства, и Белкис показал мистеру Гибберлингу, что на земле существуют другие королевства, реки и озера, другие горы и долины, плато и пустыни, порты и пастбища, фермы и пашни, корабли в океане и армии на полях сражений.
И повсюду он говорил: «Ты все это отмечаешь на карте?» И мистер Гибберлинг отвечал: «Да! Да!» И он царапал пером и зарисовывал все то, что на самом деле существовало в тех местах, где он так привык писать «Здесь водятся драконы».
Вернулись они не скоро. Белкис опустил мистера Гибберлинга перед дворцом, а сам взлетел на крепостную стену, словно огромная красно-зеленая птица.
– Ты усвоил урок? – спросил он.
– Да. Да, сэр, великий сэр, – дрожал мистер Гибберлинг, изо всех сил прижимая к себе карту, словно пытаясь защититься ею.
– Тогда я тебя оставляю, – сказал Белкис, – и надеюсь, что отныне ты будешь делать хорошие карты. И запомни, – добавил он. – Я хочу, чтобы ты забыл о драконах.
– Да, обещаю вам, – сказал мистер Гибберлинг. – Я все забуду.
– Смотри же у меня, – пригрозил Белкис. – Если что, я все узнаю и вернусь. Тебе не поздоровится.
– Нет, нет, клянусь!
– Тогда прощай.
Белкис раскрыл свои огромные крылья и поднялся в небо. Никто в королевстве больше его не видел. После этой истории король стал больше прислушиваться к Уильяму, и вскоре Уильям стал его первым советником, а его бывший первый советник стал его новым четвертым.
А мистер Гибберлинг начал рисовать красивые карты, на которых было изображено все то, что он увидел: другие королевства, и реки, и озера, и другие горы, и долины, и плато, и пустыни, порты и пастбища, фермы и пашни. Карты получались очень точные, и спустя некоторое
И вот однажды, рассматривая одну из новых карт, король сказал:
– Боже, сколько же на свете морей!
– Да, сэр, – подтвердил Уильям. – Это действительно так.
– Интересно, а что находится за морями? – спросил король.
– Возможно, они простираются до бесконечности, – ответил Уильям. – А может, за ними лежат другие земли.
Король задумался.
– Пойду-ка спрошу у королевского картографа, – сказал он, – мистер Гибберлинг как раз недавно прошел курсы повышения квалификации по картографии.
Король вошел в покои мистера Гибберлинга и спросил его:
– Что лежит за всеми этими морями, которые на твоих картах окружают сушу?
Мистер Гибберлинг почесал бороду, которая уже успела отрасти, и надолго уставился в карту.
Затем он взял перо и размашистым росчерком причудливыми буквами написал по дальнему краю всех вод:
ЗДЕСЬ ВОДЯТСЯ МОРСКИЕ ЗМЕИ
Роджер Желязны
Бизнез Джорджа
Глубоко в своем логове, обвив длинное, золотисто-зеленое тело вокруг небольшого стада овец, Дарт спал беспокойным, тревожным сном. Драконам снятся только вещие сны. Поэтому, когда ему привиделась бесконечная вереница вооруженных, совершенно одинаковых всадников, он вздрогнул и проснулся. Слегка кашлянув, Дарт осветил пещеру и проверил состояние своих сокровищ, затем потянулся, зевнул и побрел по проходу, собираясь сперва оценить силы противника. Если ни окажутся превосходящими, то он попросту удерет. Черт с ним, со стадом, не в первый же раз, в конце концов.
Выглянув из пещеры, он увидел рыцаря в плохо подогнанных латах, который как раз появился из-за поворота, восседая на серой замученной кляче. Рыцарь, видимо, даже не умел обращаться с копьем – он не склонил его, и наконечник копья беспечно смотрел прямо в небо.
Убедившсь, что человек пришел один, Дарт с диким рычанием выскочил на дорогу.
– Стой! – взревел он – Близок твой конец!
Рыцарь вежливо поклонился.
– Я как раз тебя ищу, – сказал он – Я не…
– Зачем ты хочешь начать все с начала? – спросил Дарт. – Знаешь ли ты, сколько времени минуло с тех пор, как рыцарь и дракон последний раз сходились в бою?
– Да, я знаю, это было давно. Но я…
– Почти всегда это кончалось весьма печально для одной из сторон. И, как правило, для той, которую представляешь ты.
– Как будто я этого не знаю! Но послшай, ты меня не понял..
– Мне снился драконий сон о юноше, по имени Георгий, с которым я должен сразиться. Ты очень похож на него.
– Я сейчас все обьясню. Не стоит драматизировать ситуацию. Видишь ли…
– Твое имя Георгий?
– Да. Но ты не волнуйся…
– Не волнуйся! Хорошенькое дело! Ты хочешь отобрать у меня мое маленькое, жалкое стадо. Но зачем?! Да ты и месяц не смог бы пить на те деньги, которые выручишь от его продажи. Так что и рисковать не стоит.