Василиск

Никольская Ева

— Етиш — ш-шкин кот, — прошипела я, заметив азартный блеск в глазах своих новых знакомых. — Да что ж вам всем не спится-то? — простонала, непонятно к кому обращаясь. Наверное, ко всем сразу.

— Элисс, придешь? — сложил лапки в молитвенном жесте зеленый хитрюга.

— Спаси нас, ведьма, — состроил щенячьи глазки синий.

— Вас? — недоверчиво переспросила я.

— И нас, и наши сказки, — закивали пушистые полуночники.

— А как же ваш хозяин? Неужто не обеспечил должную защиту? — прищурилась я.

— Да мы как бы… не дома, — замялись малыши. — И он как бы… не в курсе.

— Так скажите ему!

— И выслушивать потом неделю, что мы сами виноваты, а он предупреждал не

связываться с этим плодом больной фантазии пьяных некромантов? — обиженно шмыгнул носом зеленый и гордо прикрылся пушистым хвостом.

— С кем, с кем? — озвучила мои мысли Катя.

— С троллями!

— С кем?! — я аж с дивана вскочила, на котором мы с Катариной сидели. Близнецы, стоявшие рядом, рефлекторно шарахнулись, толкнув журнальный столик, с которого на пол полетели чашки и наивкуснейшие конфеты. Слава чайным богам, чашки были пустые. Одна разбилась, но никто не придал этому значения, ибо все внимание было приковано к «двоим из леса», отражавшимся в волшебном зеркальце.

— Какие тролли? Большие, мелкие… зеленые или нет? — начали сыпать вопросами парни, на что орсизы только патетично вздыхали, разводили лапками, кивали или мотали головами и продолжали жалобно посматривать на меня.

— Ладно, черти разноцветные, — сдалась я под выразительными взглядами ребят. — Говорите, куда лететь. Но учтите, за вами должок будет!

Покинуть накрытую защитным куполом академию оказалось не так и сложно, если знать, как. Драконы знали! Над лесом летели, высматривая обещанный орсизами ориентир, коим служила бутылка из-под йада. В нее хитрые пушистики затолкали магические огоньки и водрузили светящуюся емкость на макушку высокой ели наподобие праздничной звезды. Примерно представляя, в какую сторону двигаться, мы всем коллективом выискивали светлое пятно среди темных веток и, о чудо, нашли! А рядом с бутылкой обнаружились и разноцветные зверьки, активно махавшие нам лапками. Только их почему-то оказалось трое. Чуть ниже разноцветной парочки сидел белый малыш с выпученными глазами и, вцепившись всеми конечностями и хвостом в дерево, тихо поскуливал.

— Это кто? — спросила я, притормозив напротив елки.

— Где? — не поняли орсизы, но, проследив за направлением моего взгляда, сообразили, о ком речь. — А, это! Зверь неписец. Пристал как банный лист, теперь вот страдает тут… за идею.

— За какую идею? — нервно дернув уголком рта, уточнила я.

— За великую! — сказал зеленый.

Зверь неписец действительно песцом не был и писцом… хотя, скорее, писателем, судя по заявлениям сказочников, тоже. Перепуганную зверушку было жаль, и я даже попыталась отодрать ее от ветки, чтобы спустить вниз, но пушистик оскалился и зарычал, не подпуская.

— Говорю же — идейный, — буркнул орсиз. — За нее он на все готов. Даже на ель залезть.

— И что за идея?

— Убедить нас не сочинять сказки.

— Убедил?

— Нет, но он над этим работает, — покосившись на белое чудо — юдо, вздохнул зеленый зверек, а синий стыдливо потупился, опустив украшенные кисточками ушки.

Решив не тратить время на тех, кто не ценит подобное внимание, мы с ребятами спросили малышей про троллей, и те охотно рассказали, что у выводка «мерзких пакостников» сейчас фаза активности, периодически чередующаяся буйством. Поэтому держаться от них надо на расстоянии, чтобы не покусали, и отстреливать сонными заклинаниями. Потому что любые другие лишь раззадорят этот некромантский выводок, а смертельные — придадут сил. Получив ЦУ, мы оставили орсизов на наблюдательном посту, а сами спустились ниже, подсвечивая себе путь магическими «светлячками».

Первой на след напала Катарина. Вернее, какая-то грязно — зеленая кракозябра напала на нее. Визгов было — о-о, аж уши заложило. И вовсе не в

исполнении белокурой ведьмочки. Она вообще скромно в сторонке стояла, спрыгнув с метлы. Зато опознанное как тролль существо каталось по траве, фосфоресцировало, грязно ругалось и истерически вопило, называя девушку недалекой и неблагодарной бестолочью, которая сначала бьет, а потом думает. Судя по тому набору слов, что лился из перекошенной пасти уродливого создания, я бы тоже сначала врезала, а потом… врезала еще разок и еще, чтобы не слышать весь этот бред. Катя же краснела, явно чувствуя себя виноватой. Пришлось взять ситуацию в свои руки и усыпить наконец страдальца, дабы не мешал отлавливать его сородичей.

Драконы тем временем приговорили двоих тролликов к принудительной спячке, ну и мы с Катариной потом еще троих из кустов достали, а одного особо умного и говорливого сняли с дерева, из дупла которого он пытался донести до нас, неумех, как правильно нужно охотиться. Пока складывали в «братскую постель» из примятой травы спящих чудиков, ящер нашел новую жертву и принялся носиться за ней вокруг дерева. Однако тролль оказался подкованный: запрыгнул на ветку, глотнул какого-то зелья из заплечного мешка, подозрительно напоминающего горб, и… начал двоиться, потом троиться… пятериться… одним словом, размножался он с неимоверной скоростью. Через какие-то считанные секунды на ветках, словно стая уродливых птиц, сидела группа троллей и слаженным хором скандировала:

— Это наш огромный лес!

Кто сюда без спросу влез,

Заболтаем, заколдуем

И в отряд наш завербуем!

Вербоваться драконы отказались, показав воинственно настроенной компании неприличный жест когтистой лапой. Шайка похожих друг на друга «горбунов» разом затихла, а потом главный (вероятно, тот, что зелье пил) выпятил грудь и завопил:

— За лес, за родину, за сказки! Мочи зеленого — о-о!

Его копии разом прыгнули на дракона — тот моментально отскочил назад. А мы с Катариной рванули к шевелящейся куче, сообща активируя сонную сеть. Всех накрыть сплетенными чарами, к сожалению, не получилось. Оставшиеся на свободе с визгом бросились врассыпную. Пришлось Року с Риком разделиться, приняв человеческий вид, и заняться беглецами. Первый петлял вокруг деревьев и ловил улепетывающих монстриков. После чего перебрасывал «улов» брату. Тот прикладывал тролля головой о ствол ближайшего дуба, чтобы не брыкался, и аккуратно укладывал в кучку. Катарина, явно заразившаяся от близнецов азартом, с гиканьем носилась на своей цветущей метле, помогая Року загонять добычу, ну а я на коленках ползала вокруг колючего куста, пытаясь достать заводилу. Он периодически высовывался, кидался в меня иголками, выкрикивал задиристые комментарии на счет моей нерасторопности, показывал язык и противно хихикал. Наконец, когда я уже готова была просто спалить его вместе с ни в чем не повинным растением, вредный тролль получил по башке бутылкой с надписью «Йад», которой его с завидной меткостью приложил синий орсиз, успевший спуститься с ели.

— Готово! — заявил зверек, вооруженный светящейся емкостью. — Это главарь был. Остальные — мелочевка, драконы их быстро угомонят, — сообщил, радостно потирая лапки. — Сейчас — сейчас, — чуть ли не подпрыгивая от нетерпения и забавно вытягивая шею, приговаривал пушистик, — сейчас уложат парни всех баиньки, и пойдем закапывать клад.

— Сначала откапывать, — поправил его спустившийся, словно белка — летяга, зеленый орсиз. — Ты, надеюсь, место не забыл?

— Под кривой березой, кажись. Тролли там еще не все перерыли, — почесал мохнатый затылок синий. — Хотя направление выбрали верное.