Ватерлоо Шарпа
Шрифт:
— Дежурный офицер! — гневно позвал Шарп, затем, не дождавшись ответа, постучал прикладом винтовки по двери. — Дежурный офицер!
Наверху открылась дверь спальни и над перилами появилось лицо.
— Надеюсь, найдется причина, чтобы так шуметь. О, это вы!
Шарп всмотрелся в полумрак и увидел приветливое лицо барона Жана де Констан-Ребека.
— Кто на дежурстве?
— Полковник Винклер, я полагаю, но он наверняка спит. Почти все спят. Принц отбыл в Брюссель и, кстати, желает вас там видеть. — Ребек зевнул. —
На мгновение Шарп даже лишился дара речи и Ребек предположил, что молчание обусловлено страхом Шарпа перед балом, но затем стрелок доложил о новостях.
— Вы что, не в курсе? Бог мой, Ребек, лягушатники уже к северу от Шарлеруа! Я послал Дорнбергу донесение черт знает сколько времени назад!
Его слова будто повисли в воздухе. Теперь уже Ребек не мог произнести ни слова.
— Боже милосердный, — через несколько секунд произнес он и начал застегивать свой голубой мундир. — Офицеры! — по всему дому разнесся его крик. — Офицеры! — он сбежал по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки. — Покажите, где, — он буквально втолкнул Шарпа в комнату с картами и растворил ставни, наполнив комнату светом.
— Здесь, — Шарп ткнул перепачканным пальцем в место к северу от Шарлеруа. — Смешанные силы; пехота, кавалерия и пушки. Я был там утром и еще раз в полдень. И оба раза дорога была заполнена войсками. Во второй раз мне не удалось увидеть слишком много, но должно быть на дороге был целый корпус. Пленный француз сказал, что по его мнению, с ними Наполеон, хотя он и не уверен в этом.
Ребек посмотрел на изможденное и запыленное лицо Шарпа и представил, как же он умудрился взять пленника, но не было времени для таких вопросов. Он повернулся к остальным офицерам штаба, собравшимся в комнате.
— Винклер, приведите Принца обратно, и побыстрее! Быстрее! Идите к Дорнбергу и выясните, что во имя Господа, происходи в Монсе. Шарп, поешьте немного. И отдохните.
— Я могу отправиться в Монс.
— Отдыхайте! Но сначала перекусите! Вы слишком устали.
Шарп подчинился. Ребек ему нравился, голландец, как и сам Принц, получил образование в Итоне и Оксфорде. Барон был гувернером Принца в Оксфорде и являлся живым доказательством того, что это была потеря времени, Принц не перенял ни капли здравого смысла Ребека.
Шапр прошел на опустевшую кухню, нашел хлеб, сыр и пиво. Когда он нарезал хлеб, в комнату вошла девушка Принца, Паулета. На ней было платье, небрежно обернутое вокруг талии.
— Из-за чего весь этот шум? — раздраженно спросила она. — Что происходит?
— Император перешел границу, — сказал Шарп по-французски.
— Это хорошо, — сказала Паулета.
Шарп рассмеялся, срезая с куска сыра заплесневевший край.
— Намажьте хлеб маслом? — предложила девушка.
— Я не нашел масла.
— Оно в буфете. Сейчас принесу, — улыбнулась Шарпу Паулета. Она не очень
— Не откажусь.
Паулета поставила перед собой тарелку с едой и налила немного пива в фарфоровую чашку Принца. Она отхлебнула пива, затем ухмыльнулась.
— Принц сказал мне, что у вас есть женщина во Франции?
Шарпа покоробила такая прямота, но он кивнул.
— Да, из Нормандии.
— Как это? Почему? Расскажите мне. Я хочу знать! Я хочу знать все обо всем и обо всех.
— Мы повстречались в конце войны, — сказал Шарп так, будто это объясняло все.
— И вы влюбились? — страстно спросила она.
— Я думаю, да, — скромно ответил Шарп.
— Здесь нечего стесняться! Я тоже однажды влюбилась. Он был драгун, но он отправился воевать в Россию, бедняга. Больше я его не видела. Он говорил, что женится на мне, но видимо его съели волки или убили казаки, — она вздохнула, вспомнив своего драгуна. — А вы женитесь на вашей французской даме?
— Я не могу. Я уже женат на женщине в Англии.
Паулета пожала плечами.
— Так разведитесь с ней.
— Это невозможно. В Англии развод стоит таких денег, что ты столько даже не видела. Может мне зайти в Парламент и попросить их принять закон специально для моего развода?
— Англичане такие глупые. Я думаю, Принц именно поэтому так любит все английское. Он чувствует себя у вас как дома. — Она рассмеялась. — А вы живете во Франции со своей женщиной?
— Да.
— А почему вы уехали от нее?
— Потому что Император посадил бы меня в тюрьму, а также из-за половинного жалованья.
— Половинного жалованья?
Шарпа ее расспросы и раздражали и развлекали одновременно, но все же он ответил.
— Я получаю содержание от английской армии. Если бы я остался во Франции, то перестал бы получать его.
Во дворе застучали копыта, это полковник Винклер отправился за Принцем. Шарп, радуясь, что ему не приходится скакать куда-либо, начал стягивать свои тугие сапоги. Паулета убрала его руки, стянула сначала один сапог, затем другой.
— Боже, ну и запах! — она со смехом отодвинулась от его ног. — А мадам покинула Францию вместе с вами? — Паулета задавала свои вопросы с простодушием ребенка.
— Мадам и наш ребенок.
Паулета нахмурилась.
— Из-за вас?
Он помедлил, подыскивая ответ поскромнее, но не смог придумать ничего кроме правды.
— Совершенно верно.
Паулета обхватила руками чашку с пивом и посмотрела через открытую дверь во двор, где куры лениво подбирали овес, а собака Шарпа подрагивала во сне.