Шрифт:
Даниэла Стил
Вдали от дома
Scan, OCR & SpellCheck: Larisa_F
Стил Д. С80 Вдали от дома / Пер. с английского У. Сапциной — М.: «КРОН-ПРЕСС», 1996. — 432 с.
(Серия «Звезда любви »)
Оригинал: Danielle Steel (Georgia Bockoven) «Far from Home», 1996
ISBN 5-232-00370-4
Переводчик:
Аннотация
Молодой преуспевающий адвокат Миранда Долан стала свидетельницей и жертвой кровавой бойни, которую устроил ее клиент в офисе юридической конторы. Погибли многие сотрудники, муж Миранды и ее маленькая дочка. Убедив себя, что трагедия произошла по ее вине, Миранда решает уйти из жизни. Ее спасает молодой человек, Алан Киркпатрик, и силой своей любви возвращает надежду и радость жизни.
Даниэла Стил
Вдали от дома
Посвящается Марте Санс — благодарю тебя, дорогой друг, за твое ободрение, мудрость и любовь
Д.С.
ПРОЛОГ
Самоубийство или просто глупость — Адам Киркпатрик не мог решить, очевидцем чему он становится. В отсутствие других развлечений, сидя в подпрыгивающей на волнах лодке и ожидая, когда рыба проявит интерес к приманке, Адам наблюдал за женщиной в ярко-красной куртке. Время от времени она подступала ближе к краю утеса. Когда становилось ясно, что очередная волна лизнет неровную поверхность и стащит женщину с каменного карниза, она поспешно отступала. Казалось, незнакомка бросает вызов океану, играя с ним в некую нелепую игру, где все решает случай. Кому-нибудь следовало сообщить этой женщине, как редко океан терпит поражение в подобных играх.
В минуты, когда женщина предпочитала не искушать судьбу, она стояла неподвижно, уставившись вдаль и отводя от лица подхваченные ветром волосы. Адам находился слишком далеко от берега, но воображение помогло ему дорисовать тонкие черты лица женщины и хрупкую, как тростинка, фигуру.
Несомненно, это туристка, не подозревающая, какую опасность таит в себе живописный скалистый берег. За год, который Адам прожил в Мендосино, он узнал, что иногда здесь даже единственный неверный шаг ведет к трагедии. Почти постоянно случалось, что люди теряли бдительность и поворачивались к океану спиной в обманчиво-спокойные дни. Именно в такие моменты океан вздымался и уносил их мистической «седьмой волной», грозная сила которой оставалась незримой, пока волна не достигала берега и не обрушивалась на неосторожных.
В больших и маленьких отелях, рассеянных по всему побережью Северной Калифорнии, предпринимали меры, печатая предупреждения на оборотной стороне списков услуг в виниловых обложках или выкладывая эти предупреждения на столы с письменными принадлежностями, но требовалось действовать крайне осторожно, чтобы не перейти незаметную грань между оправданным предостережением и отпугиванием клиентов.
Женщина в красном оглянулась через плечо. Постояв минуту, она сделала несколько шагов вдоль берега, помедлила и снова застыла на краю обрыва. Она напомнила Адаму
Волосы на затылке Адама встали дыбом. Его прежняя мимолетная мысль о том, что незнакомка либо слишком беспечна, либо намерена покончить жизнь самоубийством, касалась ее действий, а не побуждений. Существуют сотни гораздо более простых способов свести счеты с жизнью. Черт возьми, Адам мог бы назвать дюжину таких способов не задумываясь, но какой же человек в здравом уме...
По его спине пробежал холодок. Была ли незнакомка в здравом уме, если стояла на самом краю утеса, заигрывая с могучими волнами, способными опрокинуть поезд?
Воображение Адама уже успело и утопить незнакомку, и похоронить ее, когда женщина повернулась и направилась к шоссе. Адам не часто давал волю воображению, но когда такое случалось, мысли надолго увлекали его. Он вытащил, из кармана куртки яблоко, сунутое туда сегодня утром. Спустя минуту поплавок ушел под воду.
Пойманный Адамом палтус оказался несколькими дюймами короче двухфутовой мерки. Адам извлек крючок из пасти рыбины, отпустил ее в воду и снова закинул удочку. Грузило ударилось о дно. Адам укоротил леску на пару футов и сел ждать очередной поклевки.
Далеко от берега, почти у горизонта, на север прошло рыболовное судно — его путь отмечал одинокий белый хвост дыма на тускло-голубом фоне неба. В тридцати ярдах от Адама стая чаек вилась над водой, в ожидании завтрака лениво обмениваясь сплетнями. Вокруг не было заметно и следов тумана — редкое для июля явление. Такое утро любят показывать в рекламе фирмы, торгующие кофе, намекая на никчемность кофеиновой подпитки.
Высокая волна прокатилась под днищем лодки, приподнимая ее. С новой наблюдательной точки Адам взглянул поверх волн, бьющихся у подножия утеса. Лодка уже соскальзывала в пологую долину между соседними волнами, когда нечто возле утеса привлекло внимание Адама — красное пятно среди клочьев белой пены. Его мозг отказывался поверить увиденному, желудок медленно и мучительно сжался.
Адам вполголоса выругался. Должно быть, женщина вернулась, когда он отвлекся. Он вытащил нож и перерезал леску.
О спасении не могло быть и речи. Даже если женщина еще жива, она погибнет прежде, чем подоспеет Адам.
К тому же спасатель из него неважный. Все, что Адам знал о спасении утопающих в полосе прибоя, он услышал, сидя в барах Форт-Брэгга. Выбор у него оказался небогатым: Адам мог либо подплыть к утопающей на полной скорости, попытаться подхватить ее и вытащить из бьющихся волн, либо оставить лодку на якоре как можно ближе и поплыть на помощь. Доплыть в лодке можно гораздо быстрее, но если мотор вдруг заглохнет или вокруг винта запутаются прибрежные водоросли, ему ни за что не суметь повернуть лодку в волнах, прежде чем ее отнесет от берега.
Но если он поплывет, второй попытки у него уже не будет. В этой воде лед таял с трудом, без непромокаемого костюма приходилось надеяться лишь на свои силы и проворство.
Но если он потеряет лодку, надежда исчезнет для обоих пловцов.
Выбор был сделан.
Адам поднял якорь, добрался до мотора и дернул шнур, запуская его. Мотор закашлялся, выбрасывая клубы голубоватого дыма, поперхнулся, словно собираясь заглохнуть, и заработал снова. Дождавшись, пока мотор зафырчит с привычным звуком расстроенного желудка, Адам снял бейсболку с эмблемой «Гигантов» и бросил ее в ящик.