Вечер

Де Мопассан Ги

Он бросал в звездное небо яростные проклятия, как древний пророк; в бешенстве и отчаянии клеймил он позором прославленных любовниц дряхлых

монархов, обличал невинных девушек, вступающих в брак со стариками, бичевал добродетельных молодых женщин, принимающих с улыбкой старческие поцелуи.

И я видел их всех, от сотворения мира, видел, как в ответ на его призывы и заклинания во тьме восточной ночи возникали девы, прекрасные девы с низкой душой, послушно уступавшие старческой похоти, словно самки, не ведающие возраста самца. Они вставали передо мной, воспетые в Библии рабыни патриархов, — Агарь, Руфь, дочери Лота, смуглая Авигея, дева из Суннама, оживлявшая своими ласками умирающего Давида, и другие, юные, пышные, белотелые, патрицианки и плебейки,

безответные наложницы, покорные невольницы, обольщенные или продажные...

Я спросил:

— Что же ты сделал?

Ответ его был краток:

— Я уехал. И вот почему я здесь.

Мы долго сидели рядом и молчали, погруженные в свои думы...

Я сохранил от этого вечера незабываемое впечатление. Все, что я увидел, почувствовал, выслушал, угадал — и рыбная ловля, и мерзкий спрут, и этот раздирающий душу рассказ среди белых призраков на соседних крышах, — все как будто слилось в единое чувство. В иных встречах, в иных сплетениях событий, не представляющих на первый взгляд ничего исключительного, сокровенная сущность бытия проявляется гораздо ярче, чем в нашей повседневной жизни.