Вечно
Шрифт:
– Когда разбудишь Кармина, передай ему, что его ожидает встреча с его крестным. Tale il padre, tale il figlio, – едва слышно пробормотал он, покидая кухню.
* * *
Приготовив торт и прибравшись на кухне, Хейвен поднялась на третий этаж. Как только она приблизилась к спальне Кармина, дверь в его комнату распахнулась. В коридор вышел Кармин, еще не успевший до конца проснуться.
– Привет, tesoro.
Хейвен скользнула в его объятия, когда он протянул к ней руки.
– Я приготовила для тебя торт.
– Необязательно было его готовить, – ответил Кармин. – Но это, конечно же, не значит, что я не стану его есть. Я имею в виду то, что предпочел бы, чтобы этим утром ты была рядом со мной.
Хейвен улыбнулась, прижимаясь к его груди.
– Твой отец попросил меня разбудить тебя.
– Они дома?
Хейвен кивнула.
– Коррадо сказал, что он откуда-то вернулся час назад. Не знаю, когда вернулись твой отец и Селия… если они вообще куда-нибудь уезжали.
Кармин с любопытством посмотрел на нее.
– Даже знать не хочу, чем он всю ночь занимался. Не хочешь вернуться в постель? Еще очень рано.
– Я бы с удовольствием, но Коррадо просил передать тебе, что скоро приедет твой крестный.
Кармин побледнел.
– Мой крестный?
– Да.
– Ты знаешь, кто именно приходится мне крестным, Хейвен? – спросил Кармин, явно начиная паниковать.
Хейвен покачала головой.
– Кто?
– Сальваторе. Мужчина из Чикаго, который не так давно нас навещал.
Хейвен не понимала, почему Кармина так сильно расстроила эта новость. Она провела кончиками пальцев по его губам.
– Почему ты хмуришься?
– Я не знаю, чего ожидать, – ответил Кармин. – Не знаю, что он может сказать или сделать. Я не знаю, как он себя поведет. Как я тебе уже говорил, люди возлагают на меня определенные надежды.
– Ты опасаешься того, что он попытается уговорить тебя отправиться вместе с ним в Чикаго?
– Не только этого. Я могу разобраться с тем, что касается меня, но он контролирует жизнь моего отца. Сальваторе решает, что будет делать мой отец. И он ничего не сможет сделать без одобрения Сальваторе. Меня беспокоит то, что это может означать в твоем случае.
Хейвен вновь ощутила тошноту.
– Ты имеешь в виду то, что он может меня забрать?
– Никто тебя не заберет, – ответил Кармин серьезно. – Я этого не допущу. Я говорю о том, что Сальваторе управляет действиями моего отца.
– О, – ответила Хейвен, по-прежнему не улавливая сути.
* * *
К тому времени, когда они спустились на первый этаж, Селия уже была занята приготовлением завтрака, о чем свидетельствовали доносящиеся из кухни запахи бекона и яиц. Хейвен попыталась предложить ей свою помощь, однако Селия выпроводила ее из кухни.
После завтрака, прошедшего в атмосфере откровенной неловкости и молчания, все занялись своими делами. Доктор
– Знаешь, мой муж – неплохой человек.
Услышав эти слова, Хейвен задумалась о том, что ей сказал Кармин. Он – порядочный человек, если закрыть глаза на все хладнокровные убийства.
– Я… не говорила, что он плохой.
– Я знаю. Просто мне показалось, что будет не лишним об этом сказать. Коррадо может показаться бездушным, но он не бессердечен, – продолжила Селия. – Помнишь ту историю, которую я рассказывала тебе на Рождество? Помнишь, что именно сказал Коррадо?
– Что-то о защите семьи?
Селия кивнула.
– С тех пор прошло много времени, но некоторые вещи остались прежними. У него хорошие намерения, но порой они вынуждают его совершать плохие поступки. Ты ведь понимаешь это?
Хейвен не понимала, но все равно кивнула.
Селия улыбнулась.
– Мой муж заботится о семье. И, Хейвен, теперь в нее входишь и ты.
Глаза Хейвен наполнились слезами. Это был уже не первый раз, когда кто-то из них считал ее членом семьи, однако тон Селии совершенно лишил Хейвен контроля над эмоциями. Она казалась очень доброй и славной, в ней было нечто материнское – что-то такое, от чего у Хейвен защемило сердце.
Селия вздохнула, когда их внимание привлек звук подъехавшей машины, раздавшийся с улицы.
– Пора делать счастливые лица и притворяться, что эти люди нам нравятся.
* * *
Тереза Капоцци привыкла наслаждаться шикарной жизнью: самыми быстрыми иномарками, самыми высококачественными мехами, и лучшим марочным шампанским «Dom Perignon», которое только можно было купить за деньги. Она росла в роскоши, ее отец был высокопоставленным капо, в свое время подчинявшимся Антонио ДеМарко. К окружающим она относилась с непревзойденным высокомерием, ограненным особенной алчностью. Ни для кого не было секретом, что миссис Капоцци заботили в жизни только лишь две вещи – она сама и ее следующий напиток.
Никто не питал к Терезе теплых чувств – даже ее муж, который был женат на ней уже сорок лет – однако ее это совершенно не заботило. Терезе Капоцци не нужна была симпатия других, она жаждала людской зависти.
Смотря в кухонное окно, Хейвен заметила вышедшую из взятого на прокат «Porsche» женщину, которая принялась разглаживать складки на своем облегающем черном платье. Она не спеша направилась к дому, проигнорировав Сальваторе, предложившего ей руку. Оставшись равнодушным к поведению своей жены, он направился за ней следом по направлению к парадному входу.