Вечность
Шрифт:
Несколько минут они оба бегали за Чу-Чу: Кэрри в ее кринолине, который не сковывал движения, и Джош в его черном сюртуке. Джошу повезло. Он успел поймать собачку прежде, чем она залезла в кроличью нору, и в знак благодарности Чу-Чу цапнула его за палец.
— Негодная собака! — вскрикнула Кэрри, когда Чу-Чу наконец очутился у нее в руках. Она повернулась к Джошу: — Не знаю, как вас благодарить за то, что спасли его. Однако он заслуживает наказания.
Помахав перед собой покалеченной
— В следующий раз крепче держите поводок. Здесь полно гремучих змей.
Она кивнула, опустила Чу-Чу на землю, крепко обмотав его поводок вокруг руки, а затем достала носовой платок.
— Дайте-ка мне взглянуть на вашу руку.
Немного поупрямившись для видимости Джош протянул руку, и Кэрри осторожно взяла ее.
Она даже предполагать не могла, что простое прикосновение к его телу приведет ее в состояние, близкое к шоку. Они стояли, укрывшись от солнца под сенью старого тополя, горный воздух был напоен каким-то особым ароматом, ни один звук не нарушал тишины. Оба чувствовали, что в этот миг весь мир принадлежит только им.
Без особого успеха стараясь унять дрожь, охватившую ее, Кэрри осторожно вытирала кровь с руки Джоша.
— Я… думаю, что рана не слишком серьезная.
Джош смотрел на волосы Кэрри.
— Зубов у него маловато, чтобы укусить серьезно.
Кэрри подняла глаза и улыбнулась. Сейчас она была абсолютно уверена, что Джош собирается поцеловать ее. Каждая клеточка ее существа просила этого поцелуя. Мысленно она умоляла Джоша заключить ее в объятия и целовать до тех пор, пока она Не лишится чувств.
Внезапно Джош отступил назад:
— Мне нужно идти. Я должен выяснить, что произошло с моей… моей…
— Женой, — подсказала Кэрри.
Он молча кивнул.
— Мне действительно пора.
Он повернулся на каблуках и быстро зашагал по направлению к станции.
— Это я, — Кэрри Монтгомери; — произнесла Кэрри.
Джош остановился как вкопанный спиной к ней.
— Я — Кэрри Монтгомери, — повторила она чуть-чуть громче.
Едва Джош начал поворачиваться к ней, Кэрри улыбнулась в предвкушении радостного изумления Джоша, но, когда он обернулся, его лицо было бесстрастным, будто маска.
— Что вы хотите этим сказать? — спокойно спросил он.
— Я — Кэрри Монтгомери. Я — женщина, которую вы ждете. Я… — Кэрри опустила глаза. — Я — ваша жена, — прошептала она. Она скорее почувствовала, чем услышала, что он сделал несколько неуверенных шагов в ее сторону, и когда он подошел так близко, что она ощутила его дыхание на своем лице, она осмелилась взглянуть на него. На лице Джоша не было ни тени улыбки. Будь он одним из ее братьев, Кэрри могла бы поклясться, что он
— Вы никогда в жизни не подходили к плугу, — выдохнул он.
— Верно, — подтвердила Кэрри.
Трясущимися руками он вытащил из кармана письмо.
— Она написала мне обо всем, что умеет делать.
Она заявила, что едва ли не с пеленок помогала в работе на ферме.
— Ну, положим, я слегка приукрасила истину, — застенчиво сказала Кэрри.
Джош подошел к ней почти вплотную:
— Обманщица. Ты чертовски ловко меня одурачила!
— Кто вам давал право грубить мне? Я бы попросила вас…
Он сделал еще один шаг вперед, но поскольку ближе подходить уже было некуда, Кэрри была вынуждена немного отступить.
— Я написал, что мне нужна женщина, которая помогала бы мне в работе, а не… не расфуфыренная особа, которая нянчится с длиннохвостой крысой, претендующей на звание собаки.
Словно почувствовав, что его только что обругали, Чу-Чу начал облаивать Джоша.
— Но послушайте… — начала Кэрри.
Но Джош не дал ей договорить.
— Чего вы хотели добиться благодаря своей милой шуточке? — Прижав руку ко лбу, как будто ему вдруг стало дурно, Джош сделал шаг назад. — Ну и что же мне теперь прикажете делать? Когда я получил бумаги на заочный брак, мне это показалось немного подозрительным. Но потом я решил: это вызвано тем, что моя невеста — редкостная уродина. И я был готов к этому. — Он оглядел Кэрри с выражением величайшего презрения. — Но вы! Такого поворота я не ожидал.
Прикрикнув на Чу-Чу, Кэрри внимательно осмотрела себя, поскольку она уж было подумала, что вдруг превратилась в лягушку. Она не привыкла к тому, чтобы люди выражали презрение и отвращение к ее внешнему виду.
— А что вам, собственно, не нравится во мне?
— А что в вас может нравиться? — бросил он. — Вы когда-нибудь доили корову? Вы сможете отрубить голову цыпленку? Вы умеете готовить? Кто шил вам это платье? Французская модистка?
Действительно, портниха Кэрри была француженкой, но какое это имело значение?
— Я не считаю, что это так важно. Позвольте мне объясниться, и для вас сразу все станет ясно.
Джош подошел к дереву, прислонился к нему спиной и сложил руки на груди:
— Я вас слушаю.
Глубоко вздохнув, она начала свой рассказ.
Сначала она поведала о том, как они с подругами основали агентство, заключающее браки по переписке. Кэрри надеялась, что упоминание о такой благородной миссии возвысит ее в глазах Джоша. Он хранил молчание, и невозможно было догадаться, о чем он думает. Она перешла к тому, как впервые увидела его фотографию и сразу же поняла, что влюблена в него.