Вечность
Шрифт:
– Нет… – она попыталась встать, но он с силой притянул ее обратно, и жёстко впился в губы. Она пыталась сопротивляться, но он только яростнее сжимал ее.
Раздался звон и шум слегка стих. Это заставило Люциана прерваться:
– Я бы хотела, – начала Присцилла, поднявшись со своего места, – выпить за своих детей: Кристоф,– она сделала довольно продолжительную паузу, – Анна и Люциан, я никогда не оставлю Вас…
– В покое, – тихо добавил Люциан, пока слуга наполнял новый кубок короля.
Мачеха салютовала молодым, и Люциан, подняв чашу, собирался было выпить,
– Сейчас мне страшно… – прошептала она, глядя ему в глаза, и залпом осушила сосуд.
– Что ты делаешь? – в непонимании спросил он.
– Ты ведь все равно собирался меня отравить, так позволь мне умереть за тебя…
– Анна, что ты несёшь?
– Я с честью приму это. Больше не желаю оставаться болью для тебя… Не хочу унижений…
Он удивлённо смотрел на свою супругу, когда его внимание привлекло движение позади неё. Мачеха в ярости торопилась покинуть зал.
Люциан схватил Анну за плечи:
– Объясни толком! Что происходит?
– Я… хочу ненавидеть тебя…– шептала она с болью в голосе, – почему же не могу?
От этих слов он на секунду ослабил хватку, Анна воспользовавшись моментом вскочила и бросилась бежать. Звенья золотой цепочки разорвались и еле слышно посыпались на пол. Люциан, не понимая что происходит, поспешил следом.
Он настиг ее в безлюдном коридоре. Его глаза горели ярость и страстью:
– Анна, в чем дело?– он поймал ее за руку и прижал к стене, – что за игры?
– Это мой тебе свадебный подарок, – прошептала она.
Ее щеки пылали, волосы растрепались, она ненавидящим взглядом смотрела ему прямо в глаза, он слышал ее тяжелое дыхание, и видел как вздымается ее грудь. И снова, словно выпав из реальности:
– Такая красивая… – он обхватил ее затылок и прижав Анну к стене плотнее, поцеловал. От неожиданной смены его настроения она поддалась ему. Обхватив его шею руками, она встала на цыпочки. Все что они не могли сказать вслух, или ещё даже сами не осознавали, сейчас вылилось в этот поцелуй. Люциан, почувствовал, как Анна вдруг обмякла, и подхватив ее на руки обнаружил, что девушка без сознания.
К ним запыхавшись бежал Дмитрий:
– Ваше Величество! Мать королевы в спешке покинула дворец…
До Люциана начало доходить, что произошло, он тревожно посмотрел на девушку в своих объятиях:
– Лекаря, Дмитрий! Немедленно! – испуганно шептал правитель, – Королеву отравили!
Глава 10. Раскаяние
Анна вышла из своего убежища и, как всегда тихо, чтобы остаться незамеченной, пробиралась по кухонным коридорам. Но вдруг она остановилась: дверь в одну освещенную подсобку была приоткрыта. Заглянув, из темного коридора в щель девушка остолбенела, увидев свою мать. Явно нервничая и торопясь, женщина крутила в руках пустой кубок. Приглядевшись, Анна увидела какой– то порошок, которым Присцилла тщательно натирала посуду изнутри.
«Какого черта
***
…– Мы допросили слугу, но он клянётся, что наливал продегустированное вино, – докладывал Дмитрий, – уже заключили под стражу дегустатора. Госпоже Присцилле, к сожалению, удалось сбежать, но на ее поиски уже выслан отряд.
– Сделайте все возможное… и невозможное. Если потребуется, пытайте, казните… – король был в бешенстве, – «Она же видела… что яд выпила Анна… неужели ей плевать, что ее дочь умрет?»
Закончив разговор с Дмитрием Люциан вернулся в комнату, где на кровати за балдахином лежала еле живая девушка.
– Есть какие– то новости..? – спросил он главного лекаря.
– Ваше Величество… Приношу свои извинения, – седовласый старец слегка склонился, – столько времени прошло с тех пор как этим же дурманом отравили королеву Арию… ничего не изменилось. У нас есть противоядие, но покуда мы не узнаем количество дурман– травы, которым отравили Ее Величество, мы не сможем ничего сделать. Стоит дать не то количество и…
– Противоядие сработает как яд, – закончил владыка за старца, – я помню, Марвин… Значит остаётся надеяться, что мы добудем информацию или же проявятся особые симптомы, которые в прошлый раз так и не появились…
– Мне очень жаль… Мы будем ожидать за дверью… – главный лекарь подал знак другим ученым мужам и все они поторопились оставить короля наедине с умирающей женой.
Люциан подошёл к кровати как во сне. Словно на него обрушилось прошлое… Он лёг рядом с бледной девушкой, привлёк ее ближе и обнял:
– Прости меня… Анна…
***
Небо хмурилось. Люциан увидел девушку, сидящую на песке, и направился к ней. Подойдя, он сел рядом с Анной.
– Я умерла?– спросила она спустя время.
– Нет. Я не позволю, – спокойно ответил он.
Снова повисла пауза, которую позже прервал Люциан:
– Зачем ты это сделала? Не говоря о том, что яд предназначался мне… Я безусловно благодарен за то, что ты спасла меня… Но зачем ты его выпила? – он хмурился от непонимания, но Анна молчала, – я так сильно ранил тебя? – он развернул девушку к себе, и увидев боль в ее глазах отшатнулся:
– Прости… – он встал на колени, – Прости меня. Мой план провалился, в тот самый момент, когда мы только познакомились. Я искренне надеялся, что ты примешь мое предложение и сбежишь, – она внимательно слушала его, глядя ему в глаза, – я не смог даже на десятую долю воплотить свой изначальный план, потому что… не знаю… из– за того, что это была ты… Из миллиарда женщин мне досталась та, которой я меньше всего хотел навредить… Будь на твоём месте любая другая, она бы сбежала ещё после первого знакомства, а если бы осталась, я бы с присущим мне хладнокровием воплощал свой план. Но почему именно ты..?