Ведьма Агнета
Шрифт:
В дверях появился батюшка с трехлитровой банкой сока.
– Толя, давай наливай гостье, – командовала Юля.
– Юлек, не называй меня, пожалуйста, Толей, я Николай, – потянулся к фужеру батюшка.
– Можно, я сама, – забрала у него бутылку мартини, взяла кружку, которую он приготовил для себя, и плеснула туда чуть-чуть напитка, до краев налила яблочного сока, размешала вилкой.
– Мама тебя при рождении Анатолием назвала, – парировала ему сестрица.
– Прекрати, мы уже об этом говорили, –
– Да ну тебя, выбрал себе жизнь какую-то, сейчас бы уже второй раз женился, и я бы, может, племяшков нянчила, – у женщины потекли слезы по щекам.
Я старалась на нее не смотреть, над ее головой, так же, как и у батюшки, висело черное облако. Вот только форма у него была немного другая, от него свисали тонкие нити и окутывали ее в районе талии. Зрелище, надо сказать, не для слабонервных.
На меня беспомощно посмотрел Николай, он не знал, как успокоить сестру.
– Николай, а вы как с бабкой Ниной познакомились? Она к вам в церковь захаживает? – попыталась отвлечь всех от дурных мыслей.
– Не захаживает, ее мои прихожанки как-то со службы выгнали. Сказали, мол, нечего черными делами в божьем доме заниматься. Она яблок мне из своего сада принесла как-то целую корзину перед службой, а мне некогда было, поблагодарил ее и сказал, чтобы она на лавку поставила. Ну так вот, как служба закончилась, я прихожанам предложил взять оттуда яблоки, мне-то не съесть столько. Люди брали с удовольствием, плоды румяные, красивые да ароматные. Мне пару яблок оставили. Так она сразу же залетела в церковь и начала кричать и топать, «свин неблагодарный». Еле ее выпроводили, – рассказывал Николай, попивая яблочный сок, алкоголь он пить не стал.
Юля с интересом слушала брата, слезы у нее подсохли.
– Слушай, а может, она мне поможет ребеночка завести? Они же такие, все умеют, – стала она спрашивать брата.
Нити вокруг ее живота стали сворачиваться клубками, как змейки.
– Не смей, не божье это дело, – сказал Николай.
– Вот ты, Агнета, веришь вот в это все? – спросила меня Юля.
Батюшка нахмурился и вперил взгляд в стакан с соком, видно, ему кто-то из его бабушек уже что-то нашептал про меня.
– Во что? – притворилась, что не понимаю вопроса.
– В магию, в чертовщину, в порчи и в проклятия, – начала перечислять сестрица.
– Ну, я верю, что есть что-то такое необъяснимое, – ответила, сдерживая себя всеми силами. Не спрашивают меня, я и лезть не буду.
Коля продолжал хмуриться, весь разговор ему, видно, не нравился.
– А ты пошла бы к гадалке свою судьбу узнавать? – продолжала пытать меня Юля.
– Вот еще, что могу, то сама делаю, – ответила я ей.
Батюшка усмехнулся.
– Не поняла я тебя, – решила уточнить брюнетка.
Я прикусила губу и не знала,
– Не поняла и не надо, – махнула я рукой.
– Ну-ка, сказала «а», говори и «б», – она не отставала. – Ты гадать умеешь, что ли?
– Ну, умею, только для себя, – насупилась я.
– Ой, а мне погадаешь, – обрадовалась она.
– Нет, карт нету, да и трезвой надо быть, а я уже выпила.
– Да чего ты там выпила. Сейчас мы Толика за твоими картами пошлем, – начала уговаривать Юля.
Братец ее скорчил недовольную физиономию.
– Слушай, а может, ты так видишь, что со мной? Ну, бывают такие, я по телеку видела, глаза закатывают, трястись начинают, прямо как Толян, ну и правду всю выдают, – девушку явно куда-то несло.
Только я собралась ей сказать, что в таком состоянии, да на ночь ничего не скажу, как на кухне что-то грохнуло. Мы с Колей ринулись смотреть, что же там упало. На полу валялась побитая посуда, рухнул навесной шкафчик.
– Не говори ей ничего, – попросил батюшка.
– Я и не знаю ничего, – ответила я, и стала собирать осколки.
– Знаешь, я же по глазам вижу, – он слегка подергивался. – Ей и так плохо, а то я ее совсем не успокою.
Он вцепился в мою руку и потянул меня к себе. Облачко над его головой заволновалось и из него стали появляться тонкие нити, которые направились в мою сторону. Честно говоря, меня это напугало, и я отпрянула назад.
– И что это вы тут, голубки, делаете? Бросили меня одну, – зашла Юля с бокалом в руках.
– Осколки собираем, – ответил Николай.
– Ого, вся посуда побита. Из чего завтра есть будем? – посмотрела брюнетка на пол. – Помогать вам не буду, а то упаду.
Она уселась прямо на стол и принялась болтать ногами. Николай посмотрел на нее, поморщился, но промолчал. Юля допила вино.
– Агнета, пошли со мной в зал, а он пусть тут все убирает, мы гости, а он хозяин. Пойдем еще выпьем. Ты вот ничего не ела. Я пиццу привезла с грибами, у него же пост. Он кусочек съел и больше не стал, а мне не лезет. Идем, – сестра Николая потянула меня за руку, ее нити зашевелились, но ко мне не полезли.
Мы ушли с кухни, и Юля опять шлепнулась на диван. Я забрала свой стакан, а она налила себе новую порцию вина.
– Ты брату очень нравишься, – шепнула она.
– Угу, – ответила я.
– Вот он только жениться не может, – она на меня посмотрела, пытаясь уловить на моем лице реакцию.
– Он и все остальное не может, ему не положено по долгу службы, – ответила я.
– Так вы еще не? – она скорчила характерную гримасу.
– Нет, – этот разговор мне не нравился.
– А вы с мужем венчанные? – решила перевести разговор в другое русло.