Ведьма

Гармаш-Роффе Татьяна Владимировна

3. Почему пистолет не был оставлен на месте убийства Бориски, но был брошен в доме Марка? Можно ли приписать оба убийства одному и тому же киллеру на основании того факта, что (по сведениям Сереги) в обоих случаях фигурировал пистолет Макарова? Популярно отечественное оружие, ничего не скажешь... Или все же за убийствами Марка и Бориски стоят разные люди? Серега прав, оружие надо срочно сдать на экспертизу...

4. Зачем и кому понадобилось простреливать ухо уже мертвому Бориске? Создать видимость, что, якобы, Бориску вынудили отдать компромат? Но, в таком случае, выходит,

что Бориска отдал материалы вовсе не под давлением, а добровольно... Тогда кому и почему? И для кого предназначалась инсценировка?

5. Что за клочок бумажки, прилипшим к жвачке убийцы, с непонятным словом "Лиск"? Имеет ли он отношение к делу? Часть это слова или целое? "Подлиски", - так называется ближайшая к Вениному дому деревня. "Лиск" могло бы быть частью слова "Подлиски", и оказаться, таким образом, обрывком адреса Вениного дома, - адреса, который кто-то дал киллеру. Но проблема в том, что на клочке "Л" была заглавной. То есть, это не часть слова, а его начало...

6. Что за номер, набранный с Вениного сотовому, который при этом не признали ни Веня, ни Майя? Кис прозванивал его достаточно регулярно, но телефон никогда не отвечал...

Кис сжал виски руками: голову ломило от безответных вопросов. Просидев так некоторое время, он решил начать с самого простого, то есть, с конца, и набрал, - он уже не знал, в который раз, - загадочный номер.

... Звонок был настолько неожиданным, настолько неправдоподобным, что Кису понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что он исходит из портфеля. Не веря своим ушам, он кинулся, открыл, вытащил мобильник убийцы, сотрясавшийся от аккордов "Подмосковных вечеров"...

Надо полагать, Майя забыла его выключить, как ей велел Кис.

Кис сел на тахту, молча созерцая трезвонящий аппарат. Потом выключил свой. Мобильник убийцы затих. Кис снова набрал номер, - он снова зазвонил. Кис включил оба, приставив с обеих сторон к ушам и произнес несколько слов: сомнений нет, между телефонами была связь.

Загадочный номер принадлежал убийце.

***

Он не успел толком обдумать этот факт, как Майя влетела белая, как мел: "Алеша, нам нужно немедленно съезжать! Я встретила Кузиного знакомого возле магазина! У него тут дача! Теперь он нас заложит! Вернее, уже наверняка заложил! Он проследил за мной до нашего двора! Это не случайно! "

Уж конечно, не случайно, неслучайнее не бывает...

Они мгновенно побросали свои вещи в машину, и вскоре Москвич затарахтел и тронулся прочь из поселка. Черный джип с тонированными стеклами, стоявший напротив двора, не совсем уверенно отъехал вслед за ними, как будто сидевшие в ней люди не знали точно, как им себя повести. Возможно, они сейчас звонили за дальнейшими инструкциями.

Кис понял, что этот момент замешательства - его единственный шанс. Он велел Майе взять руль, достал из-под заднего сиденья автомат, конфискованный у охранников, и, пристроившись на заднем сиденье, выдал очередь по колесам джипа. Стекло Москвича обрушилось, осыпав Алексея кругляшками осколков. Кис на секунду зажмурился, защищая глаза.

Когда он их открыл, джип, к наибольшему удовлетворению Алексея,

съезжал прямиком в кювет. Майя, наблюдавшая за сценой в зеркало переднего обзора, зааплодировала.

– Лучше руль держи.
– проворчал Алексей.

Он пробрался вперед, пересел обратно на водительское сиденье и, под Майиным восхищенным взглядом, замурлыкал какую-то песенку...

Сверяясь с картой, Кис выбирал исключительно проселочные дороги, где не паслись гаишники, - иначе с разбитым задним стеклом они далеко не уедут: проверка документов им обеспечена.

Он никак не мог решить, куда ехать? Снова дачу искать? Каторга. Да и в любом дачном поселке слишком много людей, слишком много соседей, любопытных глаз: всегда есть риск привлечь к себе внимание, тем более с разбитым стеклом. Им бы домик какой-нибудь глухой, со двором, в котором машину можно спрятать от глаз подальше...

Стоп, а ведь есть такой домик, есть! Венин! Никому не придет в голову искать их в Вениной берлоге...

Майя приняла его идею с восторгом. Она часто бывала в соседнем поселке, и заверила Алексея, что там никаких общих знакомых не водится. К тому же в Венином доме компьютер есть, Кис сможет загрузить материалы с дискет, и она спокойно напишет свою статью!

Они ехали медленно, осторожно, с оглядкой, держась самых безлюдных дорог. Уже наступила ночь, когда свет фар выхватил, наконец, указатель "Подлиски", - не доезжая до него, Кис свернул на лесную дорогу, усыпанную гравием, которая вела к Вениной избушке.

Ворота были заперты. Не беда, они пробрались во двор тем путем, которым, по мнению Алексея, туда попал и киллер: с высокой ели на крышу сарая, с сарая Кис спрыгнул на землю, Майя легко приземлилась в объятия Киса.

Их машин во дворе не было: ни Смарта, ни Нивы. Милиция их, по всей видимости, уже прибрала к рукам.

Дом оказался опечатан. Что, впрочем, нисколько не помешало Алексею подрезать полоски бумаги с гербовыми печатями, и через несколько минут они уже были внутри.

***

Они были зверски голодны - весь день провели в машине и в пути, объехав на малой скорости проселочными дорогами пол-Москвы, с юга на север. Изолированное положение дома и наглухо закрытые ставни позволяли им со спокойной душой зажечь везде свет. Майя отправилась изучать содержимое холодильника, нашла яйца, и они вместе приготовили роскошный омлет на сметане и смели его едва ли не раньше, чем уселись за стол.

– У Вени один секрет есть, - сказала Майя, покончив с ужином, хочешь, покажу?

Она потащила Киса вниз, в подвал. Компьютер был на месте, ящики были по-прежнему выдвинуты, ворох бумаг валялся на полу. После бандитов тут, должно быть, прошлась милицейская бригада.

– Ой, - воскликнула Майя, - ее нашли!

– Кого - ее?
– обернулся Кис.

Только сейчас он заметил, что позади него, скрытая за выступом стены, находилась неприметная дверца, окрашенная в тон стенам в какой-то невразумительный серо-зеленый цвет. Сейчас дверца была распахнута настежь, стойка с металлическими ящиками для бумаг, которая прикрывала ее раньше, была отодвинута.