Ведьма
Шрифт:
Холли пыталась предупредить Райана, Тину и родителей о смертельной опасности, но не могла сложить звуки в слова.
И вот она опять под водой, чувствует, как ее заливает, тянет вниз. Она снова безуспешно дергает ремни, стараясь подняться к поверхности, и опять у нее закончился воздух, и опять легкие заполнила отвратительная вода. Девушка в панике рвалась наверх, к воздуху, но какая-то часть ее сознания оставалась холодной и отстраненной, просто тихо наблюдала и вспоминала.
Дальше будет синий
А вот и он, как по команде: сияет, медленно набирает силу… и превращается в призрачный силуэт, над которым, гротескной пародией на волосы, струятся ленты речных водорослей. Полосы гниющей плоти свисают с карикатурного человеческого лица, из-под них выглядывает блестящая кость. Чудовище протягивает к ней тонкие цепкие руки, похожие на вонючие гнилые ветки, словно желает заключить ее в объятия. Оно раскрывает рот и произносит:
— Тебе пора умереть, Холли.
Конечно, она должна была умереть еще в прошлый раз, вместе с родителями.
«Мне все снится. Это просто плохой сон. Вообще все — плохой сон. Я дома, в Сан-Франциско…»
Во сне она, замерзшая и перепуганная, опять очутилась на берегу, а из реки поднимался жуткий труп, с которого ручьями текла вода.
Холли отстранялась, но, как часто бывает во сне, не могла двинуться, убежать.
Он все приближался.
— Я — твой враг, герцог Лоран де Деверо. Маленькая ведьма, я отомщу за свой род.
Мерзкий запах разложения мог убить сам по себе.
Холли задрожала. Почему она не просыпается?
Сны всегда прерываются раньше, чем чудовище тебя поймает.
Она чувствовала дыхание жуткого трупа: тошнотворная смесь тухлой рыбы и гниющих листьев. Еще один шаг — и он ее схватит, и тогда все, конец.
«Я сплю. Это — осознанный сон. Им можно управлять, можно сотворить все, что понадобится».
Она хотела уничтожить чудовище и выжить.
«Как скажешь».
Перед ней, держась за руки, появились родители. Снова сияло солнце, пели птицы. На мгновение чудовищный труп был забыт — ее родители выглядели влюбленными и счастливыми.
Призрак возник у отца за спиной.
— Папа!
Холли распахнула глаза. Родители исчезли. В темноте раздавалось тихое сопение Баст. Холли судорожно втянула в себя воздух, вновь ощущая невыносимую боль утраты.
— Ну и зачем это было нужно? — лениво протянул Илай.
Майкл покачал головой и накрыл кристалл сновидений.
— Пора бы тебе знать, что любая информация о враге полезна.
— Информация? Я думал, ты собираешься ее убить.
Илай отошел от стола и принялся ходить по комнате.
— Знание — сила, Илай. Всегда помни об этом. Зная своего врага, ты имеешь над ним власть. — Майкл усмехнулся. — У меня в запасе много разных фокусов. Подожди — и увидишь сам.
Илай
— Лорану ты тоже это скажешь? Ему уже надоело ждать.
Майкл сложил руки на груди и склонил голову.
— Угрожаешь? — спросил он ласковым, напевным голосом, который прямо-таки сочился злобой.
— Что ты, папа! — так же ласково ответил Илай.
— Она умрет еще до Йоля, — пообещал Майкл, затем спохватился — он не должен ничего доказывать собственному сыну. — А ты занимайся своим делом.
— Отец, дела нашего ковена — и мои дела тоже. — Илай гордо вздернул подбородок. — Не забывай, ты — не единственный Деверо, я тоже заинтересован в твоем успехе.
Майкл улыбался.
— Именно так.
Он подмигнул Илаю и вышел, думая, не пора ли разделаться с сыном.
День благодарения.
Холли уныло брела по берегу моря. В кармане короткого черного пальто она крепко сжимала странный предмет, который появился в ее школьном шкафчике через несколько дней после Хеллоуина: роговую пластинку со стилизованным изображением птицы, обернутую в лоскуток высушенной кожи лосося. К коже тонкой полоской ткани были привязаны четыре орлиных пера.
К загадочной вещице прилагалась записка:
Это талисман. Вымочи его в соленой воде, потом укажи по очереди на север, юг, восток и запад. Мы с вами.
Жеро
— Выбрось его, — потребовала Аманда.
Холли ее почти послушала, но в тот же де: когда она выполнила указания Жеро, Майкл Деверо позвонил тете и сказал, что он с сыновьями, к сожалению, не сможет прийти на обед по случаю Дня благодарения.
Нападения прекратились, однако Холли чувствовала: это — затишье перед бурей. Она не понимала, почему Майкл Деверо так хочет навредить ее семье, но была уверена, что за атаками стоит именно он.
Холли хотела поехать в Сан-Франциско навестить в больнице Барбару Дэвис-Чин, однако подруга Аманды Сильвана Бофрер и ее тетя Сесиль, обеспокоенные рассказом Аманды, собрались приехать в Сиэтл. Их самолет прилетал в День благодарения, и Холли с кузиной намеревались навестить их в гостинице после праздничного обеда.
Кроме талисмана, никакой связи с Жеро не было. Самого Жеро никто не видел; его знакомые в «Полкусочка» со слов Майкла рассказывали какую-то нелепую историю о том, что Жеро якобы навещает больного друга в Портленде. Томми, их связной с миром «прикольных» подростков, слышал, как Илай спьяну похвалялся, что они с отцом намерены убить Жеро, когда найдут. Разумеется, кроме Холли и Аманды, никто не принял эти угрозы всерьез.