Ведомые
Шрифт:
Уип кивает.
— Когда кто-нибудь в последний раз видел его с женщиной?
— Гребаную вечность тому назад. — Рай вздрагивает, будто данная мысль его ужасает. — Если он и занимается с кем-то сексом, то держит это в тайне.
У меня ужасно скручивает живот. Не хочу думать о Габриэле с другими женщинами. И на самом деле, мне не нравится то, что парни обсуждают его сексуальную жизнь, или ее отсутствие. Габриэль — гордый мужчина, он возненавидел бы данный разговор.
— Нам не стоит говорить о нем вот так.
— Ты права, —
— Нам не стоит говорит о нем, — настаивает уверенно Либби, — потому что это грубо и не наше дело.
Я знала, что мне понравится эта женщина.
Киллиан целует ее в щеку.
— Ты права, Либс, — он бросает на Джакса предупреждающий взгляд. — Спи теперь с одним открытым глазом, мужик.
— Он в другом автобусе, — ворчит Джакс.
— Ты кажешься обеспокоенным, — говорю я. Признаю, от этого мой внутренний ребенок получает удовольствие.
Джакс самокритично улыбается.
— Маленький хорошо известный факт, дорогая, Скотти-бой до чертиков полон решимости. Я видел, как он вынуждал мужиков вдвое больше него рыдать и звать мамочку от одного комбо-удара ноги и кулака. Чертова легенда боев голыми руками...
Киллиан громко откашливается и слегка качает головой.
Но я уже будто идущий по следу пес.
— Постой, кто-кто?
— Крепкий хладнокровный засранец, — говорит Рай. — Но ты не слышала от нас ни слова об этом. Серьезно, он может надрать нам всем задницы... ага, больше ни слова о Скотти, ладно?
Он смеется, произнося это, но у меня такое чувство, будто парень и правда не хочет, чтобы Габриэль выяснил, что я слышала о его драках. Я могу это уважать. Что не спасает меня от размышлений о его крепком теле, мускулах, что бугрятся под обтягивающими футболками. Вот как он их заработал? Как боец? Не могу представить, как он в гневе дерется с кем-то, но контролируемый бой? Это я могу представить, и от этого становлюсь по странному мрачной.
Ребята переходят к другой теме, но я не могу прекратить выглядывать в окно. Там лишь тьма и мерцание света фар случайных авто. Где-то за нами Габриэль один в своем автобусе. Я отлично знаю, что он так хочет, но мне все равно обидно за него. Изолированный от друзей, и почему? Почему он скрывается? Одиноко ли ему?
Ненавижу эту участь для него. Желание быть с ним такое сильное, что я представляю, как прыгаю из окна и каким-то образом приземляюсь на его автобус в духе супер-герл. Нет, Чудо-женщины. Так я могла бы связать его своим лассо, когда он начнет протестовать против моего вторжения в его крепость одиночества.
Я посреди косплей-фантазии в духе Кларка Кента/Дианы Принс, когда Джакс прерывает мои мечты громким заявлением:
— Никто не сможет достойно исполнить песню Son of a Preacher Man.
Рай откидывается на спинку кресла и лениво касается струн гитары, будто бы возвращаясь мыслями из другого места.
— Ладно,
— Сыграем эту песню, — говорит Джакс, — и женщины буквально растают.
— Ну хоть кто-то спасите меня от выслушивания еще большего количества бредней Джакса о совращении женщин, — Рай отчаянно оглядывается.
— Возьми на заметку, сынок, и усвой урок, — напевает Джакс.
— Этта Джеймс, песня At Last, — вставляет Киллиан. — Охрененно вечный хит.
— У Бейонсе была неплохая версия, — говорит Либби.
— Очень хорошая, — отвечает Киллиан. — Но не лучше оригинала. Этта все еще рулит этой песней.
Уип постукивает по коленям так, будто не может больше сидеть неподвижно.
— Только не говори этого при Бихайв. А то они тебя покусают, братан.
Киллиан вздрагивает.
— Ты прав. Мне жаль, Би, — кричит он в воздух. — Не убивайте меня! Я люблю Королеву Би!
— Мужик, я все жду, когда она порвет с Джей Зи. А затем вступлю в игру.
— Чувак, твоя мечта обречена, — вставляет Джакс. — С ней у тебя нет ни единого шанса.
— Тебе придется проглотить свои слова обратно, — обещает Уип. — Наша любовь предначертана свыше. Она точно подмигнула мне во время того благотворительного концерта, в котором мы принимали участие в прошлом месяце.
— Там было ветрено, — говорит Киллиан, фыркая. — Ей соринка в глаз попала.
— Нет, это я ей на глаза попал.
Рай качает головой, а затем обращает на меня взгляд своих голубых глаз.
— А ты что, Софи? Есть песня?
Они все поворачиваются ко мне. Я должна сыграть? Блять. Я люблю музыку, но мои познания не так глубоки, как у этих ребят. Я размышляю минутку.
— «Саботаж».
— «Бисти Бойз»? — Рай дает мне пять. — Отлично!
— Никто не может переиграть «Бисти Бойз», — соглашается Джакс, чокаясь со мной своей бутылкой. Он расслаблен, его красивые зеленые глаза кажутся сонными. Знаю, ребята волнуются о нем, и я их не виню, но он, кажется, относится ко всему проще. — Черт, мне нужно взбодриться, а то усну, — он смотрит на Киллиана. — У тебя есть «Саботаж» на телефоне?
— Спрашиваешь? — Киллиан подхватывается и подключает телефон к разъёму в стене. — Держитесь за свои задницы.
Знакомый звук тяжелых басов доносится из динамиков, следом идут шумы записи и злой крик о вызове. Киллиан тут же начинает танцевать, вынуждая Либби присоединиться. Она смеется и толкает его бедром.
Джакс ловит мой взгляд.
— Рискуя тем, что Скотти позже поджарит мне яйца... — он протягивает руку.
Джакс должен больше других обижаться на меня. Мне должно быть стыдно даже находиться с ним в одной комнате. Но в его обществе мне комфортно. Он смотрит на меня так, будто точно знает, насколько дерьмовой была тогда моя работа, насколько бездушной я стала, и ему жаль. И это очень важно для меня, когда я беру его за руку.