Велиалит
Шрифт:
Послышался хруст крошащегося кирпича и скрежет когтей. Волки пытались подняться по стене, но им мешал дождь. Что ж, хоть что-то помогало отцу Сергию спастись. Отыскав выход на чердак, священник бросился к нему. Шпингалет был ржавым — очевидно им никто уже очень долгое время не пользовался. С трудом отодвинув язычок, отец открыл тяжелую дверь…
Тут же его в грудь ударили чем-то тяжелым и острым. Упав на спину и ударившись головой, священник застонал. Книга выпала у него из рук и отлетела на пару метров в сторону, сияя в два раза ярче, чем ранее. Не оглядываясь на нападавшего,
"…Что за ужасные звуки… Я уже в Аду?".
Священник медленно открыл отяжелевшие веки. Он был прикован к высокому металлическому кресту. Опустив глаза, отец с замиранием сердца понял, что у него нет ног. Теперь чуть ниже бедер болтались две искромсанные культи, даже не забинтованные и ничем не прикрытые. Все тело, а он был абсолютно обнаженным, было покрыто ужасными ссадинами, ранами и царапинами из которых сочилась кровь. Ощущая страшную слабость во всем теле, сопровождаемую тупой ноющей болью, отец Сергий осознал, что дышит до сих пор он лишь потому, что это нужно кому-то.
— С пробуждением, — послышался ехидный голос.
Из темноты вышел высокий молодой парень. Его светлые волосы были завязаны в хвостик, слегка продолговатые, совершенно зеленые глаза светились от злобы и ненависти ко всему живому. Это был Гавриил, темный ведун, Чернокнижник, предводитель армии, громившей монастыри Бухареста и крепость Вероники Тепеш.
— Спасибо огромное за книгу, — парень щелкнул пальцами и по воздуху, так же неожиданно появившись из темноты, выплыл "Велиалит". — Я искал ее много лет, кто мог знать, что талмуд князя Тьмы мне подарит священник. — Молодой парень захохотал.
Святой отец, привязанный к кресту, сплюнул кровь и со злостью прокричал:
— Ты не посмеешь использовать ее! Эта книга не предназначена для таких, как ты, дешевеньких предателей веры!
— Замолчи!, — молодой собеседник дотронулся указательным пальцем до губ привязанного пленника. — Вот так лучше.
Отец Сергий дико заметался на своем смертном пьедестале. Его губы срослись, а язык онемел. Чувствуя своё полное бессилие и жгучую боль по всему телу, священник скорчился от ужаса.
— Я Гавриил Гекатон, величайший из пантеона магов страны Восходов. Во мне течет кровь титанов, я — единственный достойный владелец этой книги. "Велиалит"…, — проговорил маг, поглаживая железный переплет книги. — Пергамент из человеческой кожи, написанная человеческой кровью с помощью пера из человеческой кости… Все, с помощью чего создавалась эта книга, было напрямую связано со смертью…, — Гавриил подошел к беспомощному пленнику металлического креста. — Даже сейчас…, — колдун вонзил пальцы правой руки в одну из ран отца Сергия, — …твоя смерть даст новую жизнь моему отцу, царю и Повелителю!!!
Пленник заметался от боли. Его глаза дико вращались, будто собираясь выскочить из орбит. Руки напряглись, вены вспухли, на виске начала
— Тебе больно?, — осведомился Гавриил, кокетливо поправляя волосы. — Ты даже не представляешь, что такое настоящая боль!, — парень вновь коснулся рта священника.
Тот сразу же широко распахнулся, и несчастный пленник заорал от боли. Но его крик заглушил хохот мучителя. Потом новый обладатель книги схватил пленника за подбородок и приблизил его лицо к себе.
— Боль…, — злобно проговорил колдун, — …сейчас ты её познаешь…
— Ты проиграешь, Гавриил!, — из последних сил прошептал отец Сергий. — Пускай ты заполучил книгу, но три серебряных молнии сойдутся над тобой, пронзят твою тьму и вернут краденое!
— Благодарю за предупреждение, — кивнул тот, кого назвали Гавриилом. — Боюсь, ты так и не узнаешь, свершиться ли что-то из сказанного, или нет!
Через минуту всё было сделано. Книга, давно сменившая алый цвет на чёрный, лежала на полу. Безжизненной куклой висело, прикованное к кресту, тело отца Сергия. Тонкими струйками на пол стекала темная вязкая кровь, расплываясь дивными рисунками на потрескавшихся каменных плитах. Гавриил с улыбкой поглядел на труп и небрежно вытер тыльной стороной ладони кровь с краешка губ.
— Привет, Рома!, — с радостью крикнула девушка.
Ждать она терпеть не могла, а этот человек почему-то для себя решил, что имеет право сам выбирать время, когда приходить на встречу. Ей было восемнадцать лет, у нее были большие серо-зеленые глаза, с пушистыми ресницами и дугами черных бровей. Волосы рыжеватого оттенка, были завязаны в хвостик. Девушку звали Маша.
Парень, которого она звала, стоял на противоположной части дороги и ждал, когда загорится зелёный свет. Увидев Машу, он близоруко прищурился и помахал ей в ответ, направляясь через бесконечный поток людей к девушке. Парню было примерно двадцать лет, у него были светлые русые волосы, зачесанные назад. Цвет глаз было просто так не определить, так как парень носил очки-хамелеоны, потемневшие на солнце. Парня звали Роман.
— А где Сережа?, — поинтересовался Рома, приблизившись к девушке.
— Проспал!, — торжественно ответила девушка.
Этим она хотела подчеркнуть тот факт, что она сама — далеко не соня.
— Подозрительно. — Рома взглянул на часы. — Сейчас придет Фил, пора уходить.
— Вон они…, — послышался чей-то веселый голос. — Рома, Маша, привет!!
По направлению к ребятам спешили еще двое парней. Филипп, сияющий счастливой улыбкой, и с ним — его друг Саша, которого он с утра встречал из Керчи.
— Привет!, — сказал Саша, едва они поздоровались с Машей и ее спутником. — Рома, ты принес мне мой диск Джексона?
— А ты мне мой сборник?, — вопросом на вопрос ответил Рома.
— Ну, ладно, — Саша вздохнул. — У нас обоих прогрессирующий склероз.
— А где-то, что ты обещал?, — поинтересовался Рома. — Билеты на «Агату Кристи»? Достал?
— Э…Да, но слегка лучше, — таинственно сказал Саша. — Я обнаружил билеты на «Земфиру» в ДК. И там они выписаны на наши мена! Наверное, дедушка сюрприз решил сделать перед отъездом.