Вендетта

Маркелл Мерлин

Из кустов выглянул волосатый человек — в том смысле, что и лицо, и шея, всё у него было покрыто мехом. Мордой он больше напоминал обезьяну, чем человека, хотя и было в ней что-то неуловимо-инопланетное, что отличало аборигена от земных шимпанзе.

Обезьян выбрался из кустов — на нём была только набедренная повязка, сплетённая из растительных волокон. Он помахал рукой, и тут же из леса выбежали ещё шестеро его соплеменников. Они быстро окружили Макса и начали приплясывать, лопоча на своём.

— Отпустите

меня, я невкусный, — сказал Макс. — Хотя что я вам о вкусе... Вы ж неписи, вам всё равно не нужно есть.

— Ошибаешься, мистер игрок, — вдруг сказал первый обезьян на чистом русском. — Это вы не едите, а мы едим.

— Ты тоже знаешь о существовании игроков? — удивился Макс.

Обезьян не ответил, только хмыкнул. Соплеменники принялись наперебой расспрашивать его по-обезьяньи, тот им что-то комментировал, указывая пальцем на Макса.

— Ты, значит, у них переводчик? — спросил Макс.

— Переводчик, — подтвердил обезьян.

— Может, и квест дашь?

— Раньше я давал квесты. Но вчера я вдруг задумался: зачем я это делаю?

Обезьян ткнул Макса кончиком примитивного копья, и тот ойкнул. Чёртово самосознание неписей! Не к добру это. Один непись махинацию задумал, другой — квесты не даёт. Сколько пройдёт времени, прежде чем разрабы сочтут эксперимент неудачным, и вернут всё, как было?

— Потому что в этом смысл твоего существования? — предположил Макс.

— А кто мне его назначил, этот смысл?

— Боги.

— Богов нет, — усмехнулся обезьян. — Зато есть игроки. И я хочу в вас разобраться.

— Да не в чем разбираться. Мы такие же, как вы. Можем только общаться на расстоянии.

— Мы всегда здесь, — обезьян потопал по земле, — а игроки куда-то исчезают, и потом появляются.

— Просто улетаем на другую планету. Планету игроков. У нас такая способность.

— Какие ещё у вас есть способности? — обезьян сощурился.

— Ну-у... Мы быстрее возрождаемся.

— Уже немало отличий, — непись снова ткнул Макса копьём. Видно, ему просто нравилось это делать, отнимая каждый раз у того единичку здоровья. — Как можно стать одним из вас?

— Никак. Игроком надо родиться.

— Я думаю, «игрок» — это скрытый подкласс. А остальные игроки не желают делиться секретом, как его добыли.

— Многовато тогда игроков для секретного класса, не находишь? Он бы перестал быть секретным.

Обезьян глубоко вздохнул.

— Мистер игрок, я устал болтать. Просто открой свой секрет, и мы тебя отпустим.

— У меня другое предложение, — ответил Макс, — что насчёт того, чтобы освоить ненасильственный метод? Вы мне поможете, а я расскажу, как получить класс.

— А если мы не согласимся?

— Тогда я исчезну. Улечу на планету игроков, не сходя с места.

Обезьян разрезал костяным ножом верёвку, на которой

держалась ловушка, и Макс рухнул на землю. Но даже это не помогло игроку выбраться, он тянул за верёвки, а те никак не хотели рваться. Аборигены улюлюкали и показывали на него пальцем, подпрыгивали и трясли копьями.

— Выпусти меня! — недовольно воскликнул Макс, и главный обезьян распорол несколько верёвок сетки. Теперь пленник смог неуклюже выбраться. — Где-то здесь, в этом лесу, есть ящик. Помогите мне его передвинуть, куда нужно, и я расскажу, как становятся игроками.

— Ладно, — согласился главный, проговорил что-то на обезьяньем, и его подчинённые рассеялись по густым джунглям. — Они живо найдут твой ящик, можешь не беспокоиться.

Макс облокотился на широкий ствол стоящего рядом дерева и приготовился ждать.

— Не советую, — сказал обезьян. — Это гуку вамагу — змеиное дерево.

Макс отскочил от ствола, как ошпаренный, всмотрелся в зелёную листву — и правда, там поблёскивали рубины множества пар глаз. Игрок попятился и столкнулся спиной с другим деревом.

— Здесь стоять тоже не советую. Это гуку омбвогу — ящеричное дерево.

— Ну, ящерицы — это не страшно, — заметил Макс.

— Они ещё более ядовиты, чем змеи, — возразил обезьян, и Макс метнулся в третью сторону, встав под высоченной пальмой, ствол которой выглядел голым и совершенно безопасным.

— И это место — плохой выбор. Это гуку пипегу.

— А здесь что за твари обитают? — простонал Макс.

— Никакие, но наш народ справляет под это дерево нужду.

— Плевать вообще, — Макс уселся под пальмой. Подумаешь, цифровая моча. Она ж ненастоящая.

Но вот повеяло резким аммиачным запахом. Чем дольше Макс сидел под пальмой, тем больше слезились его виртуальные глаза. Зачем, разработчики?! Не выдержав, Макс отошёл от пальмы.

— Не подходи ко мне, — обезьян выставил вперёд копьё.

— Боишься?

— Тебя? Нет. Но ты сидел под гуку пипегу.

— Да ладно! Я совсем не пахну, на, понюхай! — Макс двинулся на обезьяна, но тот отступил. Мускулы под ковром шерсти напряглись, а копьё угрожающе дёрнулось.

Из джунглей выбежал мелкий обезьян, Максу по пояс, и что-то быстро залопотал.

— Они нашли твой ящик, — перевёл главный.

Тут мелкий начал прыгать, выписывая на земле квадрат, и возбуждённо покрикивая.

— Он сказал, твой ящик огромен, — нахмурился обезьян.

— Я не говорил, что будет легко.

Мелкий поскакал в джунгли, Макс вместе с главным обезьяном последовали за ним.

В чаще Максу снова встретился красный цветок. Он стыдливо прикрыл бутон листьями, когда процессия проходила мимо.

— Что, совестно? — проговорил Макс.

— Скорее, ты ей просто нравишься, — сказал обезьян.