Вендетта
Шрифт:
— Видите ли, инорита Изабелла, — задумчиво сказал капитан, — лично я не вижу никаких причин для ее увольнения. Все, что она делала, явно пошло на благо как Франческо, так и Роберто.
— А я полностью согласен с нашей гостьей, — влез Роберто. — Давно надо было выгнать эту женщину. Готовит она, конечно, хорошо, но ведь хамит постоянно. Да и твоего ординарца против меня настраивает.
— Ты это в последнее время исключительно сам делаешь, — выразительно глядя на брата, сказал Винченцо. — Я тебя уже несколько раз пытался предостеречь, но ты же меня не слушаешь.
Франческе показалось, что в словах
— Мы сегодня обедать будем? — недовольно поинтересовался Роберто, которому совершенно не понравились намеки брата и последующие его переглядывания с невестой. — И инору полковнику не стоит так много времени проводить на кухне. А то его тоже что-нибудь резать заставят.
— Вот хоть вы ему это скажите, — умоляюще произнесла Изабелла. — Она когда на территории гарнизона находилась, то отец больше занимался ею, чем собственными обязанностями. Форменное безобразие!
— Он же был обеспокоен ее положением, — попыталась вступиться за полковника Франческа.
— А сейчас-то он чем обеспокоен? — справедливо поинтересовалась Изабелла.
Ческа только плечами пожала, хотя ей и хотелось ответить, что начальник гарнизона, на ее взгляд, обеспокоен изменением собственного семейного положения, но она прекрасно понимала, что такая версия не вызовет восторга у дочери обсуждаемого. Хотя, возможно, версия эта вызвала бы восторг у Роберто, если бы полковник был готов немедленно вести свою избранницу в храм. Девушка покосилась на жениха, тот был явно чем-то не очень доволен и, похоже, даже не рассматривал такой вариант удаления кухарки из дома брата.
Полковника изъять из кухни удалось с очень большим трудом, у присутствующих даже создалось впечатление, что он предпочел бы пообедать прямо там, за рабочим столом иноры Кавалли, которую комплементы начальника гарнизона приводили в большое смущение, и она постоянно пыталась положить что-либо лишнее в уже совершенно готовые блюда. У Винченцо при взгляде на творящееся в кухне безобразие даже возникла мысль пригласить кухарку пообедать с ними, но по размышлении он счел, что это все же будет чрезмерной заботой о полковничьем благе.
— Папа, ты ведешь себя неприлично, — заявила Изабелла, когда компании наконец удалось приступить к обеду. — Проводить столько времени с кухаркой…
— Я просто хотел узнать, не досаждали ли ей орки, — смущенно сказал полковник.
— Если учесть время, которое ты потратил на это, возникает уверенность, что ты знаешь поименно всех жителей степи, и опрашивал о каждом персонально, — зло сказала его дочь. — Незачем тратить время на таких особ.
— Инора Кавалли — достойная женщина, — возразила ей Франческа, возмущенная таким пренебрежительным отзывом.
— Франческо, только не надо меня убеждать, что вы действительно в нее влюблены, — колко сказало Изабелла. — Достоинства ее, конечно, очень весомы, но пусть она их держит подальше от моего отца, а то еще раздавит ненароком.
— Изабелла, что
— Я боюсь, что если ты и дальше будешь продолжать в том же духе, то эта «замечательная женщина» вскоре станет моей мачехой, — с растущим раздражением в голосе сказала его дочь.
— Мачехой? — удивленно переспросил начальник гарнизона, голову которого до сего момента подобные мысли просто не посещали. — Хм. Мачехой…
Изабелла испуганно уставилась на отца, поняв, что она натворила.
— Капитан Санторо, Роберто, Франческо, — жалобно сказала она, — скажите же отцу, что такие шутки неуместны.
— Да почему же шутки? — воодушевленно сказал Роберто, который наконец увидел открывающиеся перспективы. — Я бы на месте полковника повел инору Кавалли в храм прямо сейчас, пока такую удивительную женщину не увели у него прямо из-под носа. Честно говоря, я не могу гарантировать, что этот шаман Азадаш не попытается ее выкрасть в ближайшее время. А каким успехом она пользуется на рынке! Даже странно, что она до сих пор не заключила нового брака, видимо, привязанность к покойному мужу была очень сильной.
— Роберто, что вы такое говорите! — возмущению Изабеллы не было границ. — Вы же только недавно утверждали, что она вам не нравится.
— Было бы странно, если бы мне нравилась женщина настолько меня старше, — парировал Санторо-младший. — А вот не отметить ее привлекательность я, как человек прямой и честный, не могу.
Полковник становился все задумчивей и задумчивей. Дочь бросала на него испуганные взгляды и уже боялась сказать что-либо по поводу капитанской кухарки, ей срочно требовалась новая тема для поддержания разговора.
— Франческо, представляете, из-за этих гадких орков к нам направили проверяющего из штаба, — немного подрагивающим голосом сказала она.
— Изабелла! — рявкнул отец. — Такие вещи не должны вот так выноситься на всеобщее рассмотрение.
— А что в этом такого? Он же приезжает не с какой-то секретной миссией. К тому же, это уже широко обсуждается.
— Да, инор полковник, в гарнизоне вовсю об этом говорят, — подтвердил Винченцо.
— Лучше бы они устав повторяли, — в сердцах бросил полковник. — Проверяющий, конечно, не тайно приезжает, но болтать о нем кому ни попадя все же не следует.
— Хорошо, папа, — скромно сказала Изабелла, — я больше ни одного слова никому про это не скажу. Ты совершено прав.
— Давно бы так, — удивленно посмотрел на нее отец.
— И в знак извинения я завариваю чай. У меня это замечательно выходит.
Девушка резко встала и направилась в сторону кухни. Присутствующие проводили ее настороженными взглядами. Франческе, да и не только ей, казалось, что заваривание чая только предлог, чтобы закатить скандал иноре Кавалли. Но из кухни не доносилось никаких громких звуков, напротив, голос Изабеллы был полон дружелюбия. Когда она сама показалась на пороге гостиной с подносом, на котором стояло пять чашек, все вздохнули с облегчением. А девушка с довольным видом начала расставлять чашки перед мужчинами. Предпоследняя, стоявшая немного наособицу от остальных, была предложена ординарцу капитана, последнюю Изабелла взяла себе и, отпив из нее глоток, радостно сказала: