Венера

Фэйзер Джейн

Николас не должен был поступать так! Или он хотел доказать, что Полли не достойна ничего лучшего, чем неспешные прогулки на неуклюжей пятнистой лошади?

— Ник, она уже и сама собиралась остановиться! — рыдала девушка. — Уверена в этом: я ведь чувствовала каждый ее шаг!

Николас, соскочив с коня, взял Полли за плечи и с силой встряхнул ее.

— Как смеешь ты пугать меня так! — крикнул он, заглушая ее жалобные стенания. — Ты понимаешь, что могла сломать себе шею? — Он неистово встряхнул ее еще раз, давая выход

охватившему его чувству тревоги. — Ты — моя жизнь! Ты для меня дороже жизни, черт подери! Никогда еще не испытывал я такого страха!

— Пожалуйста, остановитесь!.. Хватит! — молила Полли, которой и без того было нелегко. Николас судорожно обнял ее.

— Ради Бога, Полли, скажи, зачем ты это сделала? — прошептал он.

— Успокойтесь, любовь моя, я не собиралась пугать вас, — произнесла она сквозь слезы. — Все было бы хорошо, если бы не вы. Кроха уже устала и вскоре сама остановилась бы. Я не хотела резко дергать ее за поводья, так как боялась причинить ей боль.

Полли и Николас постепенно приходили в себя, на душе у них становилось легче. Солнце все так же светило, река текла неторопливо меж зеленых берегов, в поднебесной выси летали соколы, а земля вращалась привычно вокруг своей оси. Кроха дышала тяжело и неровно, однако ничего серьезного не угрожало ей. Полли была цела и невредима и, как и прежде, нежна и податлива. Правда, она перепугала Ника до смерти, но это скоро забудется.

Николас посмотрел на нее. Волосы разметались беспорядочно по плечам, глаза широко раскрыты, на щеках следы от слез.

— Ты ушиблась? — уже спокойнее спросил он.

— Да, — подтвердила со вздохом Полли, потирая ушибленные бока. — Это все из-за вас!

— Пусть так. Это лишь доказывает, что в мире все-таки есть справедливость, — усмехнулся Николас. — Ничего страшного. Два-три дня придется потерпеть и не ездить верхом, вот и все.

Он сел на Сулеймана и взял в руки поводья Крохи.

— Надеюсь, синяки не помешают тебе немного прогуляться, — сказал Ник. — До дома всего каких-нибудь четыре мили…

Не веря своим ушам, Полли уставилась на него в удивлении.

— Вы — бессовестная свинья! — воскликнула она, оправившись от потрясения, и добавила еще несколько весьма колоритных выражений, заимствованных ею из словаря завсегдатаев таверны.

В ответ Николас любезно приподнял шляпу и, весело помахав ею, быстро поскакал в сторону поместья графа Пем-броука.

Полли подняла свою помятую шляпу, лежавшую под колючим кустарником, стряхнула с нее пыль и пошла, спотыкаясь и бормоча проклятия, вслед за исчезнувшим всадником.

Джордж Виллерс, укрывшись за деревьями, с любопытством наблюдал за происходящим: всегда ведь приятно получить ясный ответ на поставленный тобой вопрос и убедиться в обоснованности своих подозрений. Затем, злорадно улыбнувшись, он поскакал туда, где все еще продолжалась соколиная охота.

Утро давно уже уступило место знойному

летнему полудню, когда Полли, наконец, добрела до Уилтон-Хауса. Девушка запыхалась, тело ее нещадно болело. Не желая быть замеченной кем-то в столь плачевном виде, она незаметно поднялась по черной лестнице и быстренько шмыгнула в свою комнату.

— О Боже! — воскликнула Сьюзан. — Что с тобой, Полли? Ты выглядишь так, словно тебя волокли по земле…

— Во всяком случае, у меня такое чувство, словно это и в самом деле случилось, — простонала Полли, присаживаясь осторожно на край кровати и пытаясь снять ботинки. — Если ты любишь меня, Сью, приготовь горячей воды. Я хочу принять ванну. У меня все тело в синяках.

— Что же все-таки стряслось? — спросила перепуганная Сьюзан, помогая Полли стаскивать ботинки.

— О, это было ужасно! — вздохнула Полли. — И что самое обидное, вовсе не по моей вине. — Она подумала о Николасе и снова нахмурилась. — Мне нужна горячая ванна, Сью. Можешь сделать ее поскорей?

— Да, — ответила Сьюзан. — Здесь есть один юноша-слуга, который всем сердцем желал бы угодить.

Жаркий румянец залил ее лицо. Полли на минуту забыла об обрушившихся на нее неприятностях.

— Кому угодить, Сью? Тебе? — не сдержала любопытства она.

— Не знаю, — застенчиво промолвила девушка и выскочила из комнаты.

Изменив своим привычкам, Полли подошла крадучись к двери, отделявшей ее комнату от спальни Ника, и прислушалась. Все было тихо. В соседнем помещении, судя по всему, никого не было.

«Наверное, отдав Кроху конюху, Ник снова присоединился к охотникам, — решила Полли. — Что теперь будет? Всем сразу же станет известно, что лошадь пришла без наездницы!»

Полли смахнула вновь набежавшие слезы. Как же несуразно все получилось!

Вскоре появилась Сьюзан с высоким парнем, слугой графа Пемброука. В руках они несли огромную деревянную бадью и медные кувшины с горячей водой.

Полли с интересом посмотрела на них, пытаясь разглядеть ростки нежного чувства и взаимопонимания. Она знала, что Николас будет более чем щедр, готовя свадебный подарок для этой пары. Румянец на щеках Сьюзан и счастливое выражение на лице ее спутника свидетельствовали о том, что у Полли и впрямь были все основания видеть в них будущих супругов.

«Надо обязательно рассказать об этом Нику!» — решила Полли и тут же вспомнила, что не желает больше говорить с этим ужасным, с этим противным, с этим невыносимым человеком!

— Спасибо, Оливер! — молвила Сьюзан, краснея до корней волос.

Юноша улыбнулся и, ласково коснувшись ее руки, вышел из комнаты.

— Вот, значит, как обстоят дела! — с улыбкой заметила Полли.

— О, ерунда! — смущенно произнесла Сьюзан, опустив глаза. Она взяла один из кувшинов, налила воду в ванну и нарочито ворчливо спросила: — Полли, ты собираешься сегодня купаться или нет?