Верь
Шрифт:
— Ответь, — требует Ильнар нагибаясь ко мне, не понимая, что мне не страшно.
— Отошёл, — одна негромкая фраза Кая и второй альфа отклонился и убрал руку, что бы я могла созерцать своего мужа.
Почему как бы? Потому что я чертовски злюсь, настолько что не собираюсь этого скрывать.
— Как там она сделала? — спрашиваю слегка с сарказмом, хотя прекрасно помню.
Знаю, что делаю глупо и слегка по-детски, но обнимаю Ильнара, а затем куда интимней по заду в джинсах провожу рукой. После этого отстраняюсь, пока оба оборотня не пришли
— Вот это теперь называется «поговорить наедине», — не скрываю своего сарказма, смотря куда угодно, но не бывшего блондина.
Пролажу в гостиную полностью игнорируя бывшего блондина, а тем более звуки драки, что начались сразу после того, как я ушла. Если кто в гостиной и слышат ее, то не обращает внимания на нее. В комнате полно людей, но не все стаи, почему-то нет старой стаи Дарьи, да из стаи Рената, всего несколько человек, все незнакомы и полностью поглощены уженном.
Сесть почти негде, но я умудряюсь втиснуться между братом и дядей Зеноном, даже не хочу знать, как они оказались на одному диване. Тем не менее концерт продолжает идти, и две главные героини никак не могут поделить роль. Их перепалка в данный момент составляет только ненормативную лексику, потому понять из-за чего сыр-бор невозможно.
— А что они не поделили? — спрашиваю в Вани шепотом и натыкаюсь на его злой взгляд.
На моем лице появляется ухмылка, как только вижу разбитую губу и фингал под глазом. Судя по тому, что на Каю и синяка не осталось, победил явно не братец. Дарю ему свою самую обворожительную злорадную улыбку. Братец кусает зубы и ничего не говорит, что ещё больше меня веселит.
— Ну так что? — спрашиваю с улыбкой снова, протягивая ему холодную бутылку из-под минералки.
Бутылку Ваня берет, но говорить не хочет, словно обиженный ребёнок.
— Девушки не поделили коротышку, — отвечает на мой вопрос дядя Зенон, кивая на очень бледного и мрачного Юру.
Хмыкнула от удивления и решила обратиться к брату снова.
— А его ты чего не бьешь? Детей бить не солидно? — так же шепотом интересуюсь в братца, но в этот раз меня почему-то слышат все.
— Даша! — кудрявый даже с кресла встал, чем невольно перервал перепалку девушек.
А может он это специально? Вот как они на меня обе смотрят, что хочется бежать куда глаза видят.
— А чего вы ссоритесь? — сладенько интересуюсь, пока они рты пооткрывали.
— Она меня ходячим инкубатором назвала, сучка крашеная! — рыкнула Кристина, придерживая живот, явно еле сдерживаясь.
— Не слишком ли много криков от той, от которой избавятся, как только ребенок родится? А сколько самомнения, даже жалко тебя, такую глупую.
Кристина сразу захотела что-то колкое ответить, но вдруг обернулась на Говерлу посмотреть. Он поднял на нее глаза, но ничего не сказал. Он даже не попытался ее защитить и в этот момент, я снова вспомнила ситуацию на кухне, когда Кай поступил так же.
— Юр, — сдавленным голосом спрашивает Кристина, — это правда?
Просто вижу, как этот идиот возьмет, да
— Знаешь, за такой бред тебе бы надо хорошенько лицо набить, — говорю этой стерве, стараясь успокоить сестру.
— Так что тебе мешает, мелкая? Силы не хватает? — насмехается Дарья в ответ.
— То, что ты беременна, — шиплю сквозь зубы.
Волчица резко засмеялась и ее смех просто больно ударил по ушам. Отвратительна во всем, честное слово.
— Кто тебе такой бред сказал?
— Марго, — слегка рассеяно отвечаю.
Волчица хохотнула ещё раз и развела руки в разные стороны.
— Уверяю, становится матерью я ещё долго не собираюсь, так что валяй, мне даже интересно на что тебе духу хватит.
Ее слова были полны иронии, а выражение лица таким самодовольным, что я без лишних слов, отпустила сестру и съехала ей по лицу кулаком. Да так хорошо ударила, что альфа на диван к брату отлетела, правда больше от шока, чем от удара.
— Ты меня ударила? — схватилась за щеку Дарья, не веря в происходящее.
— Я об этом с первой нашей встречи мечтала, гребенная стерва.
Дожила, решаю проблемы так же, как и отец — грубой силой, это неправильно, но я не могла поступить иначе.
— Вань и ты это так оставишь? — наезжает она на брата, но похоже он не в настроении ее слушать.
— Я бы ударил сильные, — хмуро отзывается братец, вводя свою жену в шок.
— Почему ты молчишь?! — резкий крик Кристины заставил забыть об альфе и повернутся. — Что значит избавятся?
— Кристин, она говорит всякие глупости, не бери в голову. Тебе вообще вредно волноваться, успокойся.
Пытаюсь взять сестру хотя бы под локоть, но та вырывается.
— Это поэтому твой этот родственник так любезничал со мной? Я всего лишь курица, что ли по-вашему?
— Кристина! — кудрявый резко поднялся на ноги и схватил руки девушки прежде чем она попытается его ударить.
— Это мой ребёнок, и ты с твоим дедушкой, или кто он там, не заберёте ее у меня! Тебе это ясно?!
Она дернулась назад, слишком живо, чем заставила меня даже испугано вскрикнуть. Вот что он творит, неужели нельзя было сразу сказать, что это просто бред?
— Никто не собирается, — стараюсь ее успокоить, но Юра меня перебывает.
— Не твой, а наш, и ты слишком слаба, чтобы ее защитить.
— Мудак, — вырывается у меня, когда Кристина вдруг громко всхлипывает.
Говерла первые мгновения выглядит очень недоверчивым, пока по щекам сестры не начинают ручьем течь слёзы, затем он неуверенно отпускает ее.
— А кого ты можешь защитить? Кого вы можете? Их в разы больше, у них оружие, которое убьет вас мучительной смертью, а вы все ещё здесь, упрямо надеетесь на чудо. Что ваша сила перед тысячей охотников, которых с детства учат убивать оборотней? Давайте посмотрим правда в глаза — это не очередной пикник оборотней, мы здесь все умрем.