Верь

Власова Мария Игоревна

— Послушайте, — Марго на мгновение улыбнулась, а затем попыталась приблизиться к старой цыганке. — Вы обещали мне…

— Чего встали? Живо за работу! — выкрикнул команду Рад, так что бы охотники перестали стоять на месте.

Марго нервно обернулась на охотника, а затем подошла почти к краю, стараясь привлечь внимание ведьмы. Почему-то в моих глазах она выглядит почти что жалкой, не думала, что ее так легко обвести вокруг пальца.

Охотники принялись снимать рюкзаки, и доставать с них какое-то оборудование

и какие-то странные бруски в белом полиэтилене. Только когда мужчины принялись соединять бруски и крепить их к волку поняла, что это взрывчатка. Правда, что ли собрались взорвать эту глупую статую? Зачем? Разве это не бессмысленно?

Андрей опустил меня на землю и присел рядом. Его рука сжала моё запястья, проверяя пульс, и я впервые заметила, как быстро бьется сердце в груди. Затылок уже не болит, но такое чувство что ноет каждая мышца в теле, словно после длительных физических нагрузок. Что со мной происходит, и что значит та фраза Андрея?

— Когда-то очень давно, настолько что свидетелей тому нет уже, даже среди оборотней, был заключен договор.

Ведьма совсем проигнорировала Марго, при этом почему-то ее голос прозвучал так, что было невозможно даже попытаться прервать. Даже охотники, забыли о приказе Рада и навострили уши.

— Первый оборотень, которого потом прозвали Белым Волком, заключил договор с охотниками, чтобы принести мир в эти края после разрушительной войны.

Ведьма повернулась к нам, мне показалось что она сильно постарела. Ее черные глаза блестят от переживаний, а взгляд словно направлен в прошлое. Она сделала несколько шагов к статуе и остановилась на расстоянии одного шага.

— Но мир, просто так не даётся, за все нужно платить, — ее взгляд на мгновение остановился на кристаллах, а затем вдруг на мне.

Внутри все дрожит, доктор поднимается на ноги, оставив меня сидеть на земле. Понимаю почему он меня оставил, только когда Рад резко хватает за волосы и поднимает за ноги. Кричу от боли, только мгновение, пока он не толкает меня на колени. Сжимает волосы на затылке причиняя жуткую боль. Просто чувствую, как лопаются швы Артура, срывая кожу.

— Отпусти ее! — кричит Марго, но Рад и не думает ее слушать.

— Почему это? — улыбается довольно, при этом его вторая рука издевательски нежно поглаживает меня по шее.

— Не трогай меня! — дергаюсь вперед, пытаясь вырваться, несмотря на боль.

Его нежность отвратительна, сам он отвратителен. Касания приносят боль, возвращая жуткие воспоминания, которые я почти забыла в объятиях Кая. Ненавижу, просто ненавижу его!

Чёрт, мой Кай, как же я хочу к нему. Какая-то маленькая часть меня безумно хочет, чтобы мой оборотень был сейчас здесь, что бы защитил меня. Где-то глубоко внутри я все ещё та маленькая девочка, которую он спас в лесу, его плакса. Никогда не исполню данное ему обещание. Даже если бы он был здесь на самом

деле, то не смог меня защитить, только пострадал бы сам.

— Тихо, тихо, а то я решу, что ты рада меня видеть, — издевается он, грубо проводя пальцем по моим губам.

Зря он это, резко кусаю его со всей силы, до крови, за что получаю по лицу и заваливаюсь на бок. Щека горит огнем, это не женская пощёчина, перед глазами снова все кружится. Не поднимаюсь, знаю, что так только раззадорю его.

— Поднимайся, — приказывает он, улыбаясь.

— Рад, — пытается остановить охотника Председатель.

— Отпусти ее! — резко выкрикивает Марго, направляя оружие на охотника.

Он не боится ее угроз, хотя бы потому что его люди уже направили на нее оружие. Рад улыбается и с этой наклоняется ко мне и хватает за чёлку.

— Сегодня здесь ты умрешь, зверушка, — обещает с улыбкой, но я даже не пытаюсь что-то ответить, что его ещё больше бесит.

Он отпускает волосы, так что бьюсь об землю головой снова, все кружится, голова кружится. Кажется, вот-вот мой череп лопнет от боли, хватаюсь за голову руками, но это не помогает.

— Что ты делаешь? Ее кровь лекарство, что значит ты ее убьешь?

Такой испуганный голос Марго позабавил, как будто ей на самом деле важна моя судьба. Смеюсь сквозь боль, это до одури смешно такой доверчивой быть.

— Даша? — слышу ее испуганный голос, наверное, думает, что я сошла с ума.

— Марго, — поднимаюсь на четвереньки и еле сажусь, — охотники не оставляют оборотней в живых.

Рад слегка засмеялся с моих слов, равнодушно покосился на испуганную женщину.

— Зверушка права, если бы не ваша помощь, мы бы никогда не нашли проход и это место, но все это нужно только для одного, чтобы убить всех тварей.

— Но лекарство, — замямлила Марго уже не так уверенно сжимая оружие в руках, а затем повернулась к ведьме. — Вы же сказали, что ее кровь может исцелить их!

— Это правда, ее кровь действительно исцеляет этих тварей, — отвечает вместо ведьмы Рад с улыбкой обходя статую по кругу, — буквально.

— В смысле? — Марго прищурилась, переводя взгляд с одного главы охотников, на другого.

— В прямом, — вмешался Андрей с легкой улыбкой. — ее кровь помогает ускорить регенерацию оборотней.

— Но людей из них конечно не делает, — договаривает вместо него Рад и с улыбкой смотрит на меня, — зверь навсегда останется зверем.

У меня вырывается смешок, пока пальцы за спиной пытаются достать с замерзлой земли камень.

— Они такими рождаются, это не болезнь, как в книжках и укусом не передается, — вносит ясность Андрей, сжимая свой саквояж в руках и смотря только на меня.

— Другими словами: это не лечится. Никто не сможет, и не собирается, лечить оборотней, мы просто их уничтожим, причем не прикладная особенных усилий.