Верь
Шрифт:
Глава 10. Фотографии
Глава 10. Фотографии
— Жива, — выдыхаем мы резко хором.
С моего плеча спадает сумка, а Кристина роняет пакет с едой. Обнимается она крепко, не помню, когда ещё обнималась с ней.
— Даш, — она смотрит на меня неуверенно, а затем добавляет обидно, — похудела что ли?
И это после того как мы шесть месяцев не виделись? Все что ли? Я же ее мертвой считала, корила себя за ее смерть, а она оказывается жива, да еще и беременна. Хотя и думаю так, но сама обнимаю эту заплаканную
— За то ты поправилась конкретно, — дарю шпильку в ее сторону.
— Где она? Видели девушку с короткой стрижкой и в темной одежде? — слышу голос милиционера, и резко открываю глаза.
Сейчас меня заступает сестра, потому он и не заметил меня, хотя нас отделяет от силы несколько шагов. Медсестра за стойкой задергалась, похоже меня она тоже не заметила.
— Малая, ты чего? Натворила что-то? — спрашивает сестрица серьёзно.
— В некотором роде, мне нужно уйти отсюда. Поможешь? — перестаю ее обнимать и слегка приседаю, чтобы спрятаться за ней.
— Ты и прячешься от ментов — это что-то новенькое, — улыбается и теперь я кажется ее узнаю.
Серьёзно, как я могла ее не узнать? Все это потому, что без косметики, поправилась и лицо припухло слегка? Да и волосы, она теперь не блондинка, волосы темно-коричневые, четь светлее чем у меня. Снимает с себя розовую куртку от спортивного костюма и отдает мне.
— Думаю это не клубничный джем, — говорит слегка иронично, указывая на засохшее пятно от крови.
Молча надеваю ее куртку, впервые понимаю, что она мне даже великовата. Экстремальная диета творит чудеса с телом, но очень опасна для жизни. Подбираю сумки и медленно, как можно более естественно выхожу с Кристиной на улицу. Мы отходим от больницы в небольшой парк, где прячемся в беседке.
— Ух, устала! — жалуется Кристина, развалившись на лавке и вытаскивая с пакета в моих руках пачку сока.
— Ты в больнице лежишь, да? — спрашиваю, садясь рядом, нервно оглядываясь.
Как же я рада что она жива, но вот по поводу ее животика какие-то смешанные чувства.
— Я думала Лев Викторович убил тебя.
Говорю об этом, вместо того что бы признаться, что винила не его, а себя.
Слегка улыбаюсь, пряча за ней свои истинные чувства.
— Ты поэтому сбежала? Не глупо ли? — кривится с иронией Кристина, ставя сок обратно в свой пакет.
Не хочу ей отвечать на этот вопрос, так что все еще продолжаю улыбаться. Одно дело считать свое поведение глупостью, другое слышать это от других.
— Ну и где ты была? Хотя точнее почему вернулась? — сестра прищурилась, и я в который раз почувствовала себя скверно.
Такое впечатление что она не рада моему возращению. Нет, я не ожидала раскрытых объятий, криков радости или чего-то еще. Но все же мне казалось мы были ближе, чем сейчас.
— Как ты? Как здоровье? — спрашиваю вместо ответа, но судя по цепкому взгляду Кристины у нее нет желания вести светские беседы.
— Ну как видишь слегка приболела. На сохранении лижу, Дмитров положил. Почка плохо работает,
— А разве ты не…
— Похоже моё особое состояние слегка избавило меня от хвоста и шерсти, так что я просто больной человек и все, — кажется слышу в ее словах раздражение.
— В любом случае, поздравляю тебя, — улыбаюсь еще сильнее, надеюсь хоть немного искренье.
— С чем? С десятью лишними килограммами или мочевым пузырем размером в монетку? И это только пятый месяц, до последнего я умру! — жалуется Кристина так, что невольно улыбаюсь.
— Это же счастье, прекращай нить и радуйся. Потом будет куда тяжелее! — обнимаю ее без спросу.
— А ты изменилась, — отвечает с улыбкой.
— Все мы меняемся, в любом случае, я очень рада за вас с Юрой, — хлопаю ее по плечу, поднимаясь с лавки.
Кристина замолчала, смотря на меня как-то странно, но я решила делать вид что не замечаю этого обвинительного взгляда. Забросила сумку себе на плечо.
— Я одолжу у тебя куртку, ты не против?
— А ты что уже уходишь? — удивляется настолько, что встает вместе со мной.
— Да, мне пора.
— Ты хоть на совсем вернулась?
— Не знаю, — пожимаю плечами, — поживем увидим.
— Ты что? Жить тебе надоело что ли? Тебя твой блондин так искал, все во круге перерыл. Ляпнешь ему такое — к батарее привяжет! Остальные хоть знают, что ты вернулась? Или я теперь все всегда буду узнавать самой последней? Сижу в этой больнице вторую неделю, толстею только.
— Кирилл и Дима знают, наверное, остальные уже тоже.
— Как я и говорила — последней. Ты хоть с блондином своим виделась? Что-то они ко мне уже неделю не ходят, апельсины свои невкусные не носят. Может случилось что? Ну, помимо, твоего феноменального возращения? — пытается увидеть меня насквозь сестрица, но я только улыбнулась.
— Все нормально, не переживай. Я только вернулась и слегка повздорила с местной милицией, — все еще улыбаюсь, натаскивая капюшон от куртки на голову.
— Точно? Ну тогда позвони блондину своему что ли, что бы забрал тебя. Где ты побывала, что опять вся избытая? — бурчит, оглядывая меня с ног до головы.
— В лесу. У меня нет мобильного телефона и денег. Может одолжишь мне на такси? — прошу, оглядываясь по сторонам.
— Ну раз уж я ВИП-палате лижу за денежки твоего хахаля, так почему бы и нет. Вот держи, — выдала мне всю наличность с кошелька.
— Спасибо, я потом отдам, — киваю, пряча деньги в карман джинс.
— Ты не сказала, что он не твой хахаль, я в шоке! Вы что уже померились? — эта сплетница просияла улыбкой.
— Наверное да. Все я пойду, береги себя, — отхожу от беседки.
— Даш, — зовет сестра и я оборачиваюсь к ней.
— Что?
— Ты приходи, без тебя было скучно, — махает мне рукой, и я впервые за наш разговор чувствую, что рада вернутся.
— Приду! — обещаю ей, а затем быстро убегаю по дороге к месту где видела такси, пока ехала в машине милиции.