Вера изгоев
Шрифт:
– Вы правы, э-э-э… – вопросительно посмотрела на нее Анастасия Петровна, поежившись при упоминании бедны лет, прожитых этой совсем юной на вид девушкой. – Как вас зовут?
– Сатиа, – склонила голову та.
– Так что с Леной, Сатиа?
– Вы заметили, что госпожа в страшном состоянии? – помрачнела вампирша. – Она на грани безумия.
– Вы уверены? – вскинулась встревоженная мать. – Она много плакала, но…
– К сожалению. Она пришла к нам, выбрала четырех девушек и вернулась в свои покои. Я – одна из этих четырех, самая старшая, потому остальные подчиняются мне. Я сразу обратила
– Вы что, привели мужчину, чтобы он ее изнасиловал?! – ошарашенно уставилась на Сатиа Анастасия Петровна.
– Ни в коем случае! – изумленно вытянулось лицо вампирши. – На такое никто не пошел бы! Я бы первая убила любого мужчину, не получившего согласия госпожи! Сперва мы хотели сами, ну, понимаете, наверное, каким образом. Однако этого не понадобилось, пришла госпожа Юкио и сделала все необходимое бесконтактным массажем.
– Слава Богу! – облегченно выдохнула Анастасия Петровна. – Я уж подумала…
– Если госпоже понадобится удовлетворение, то любая из нас сделает все, что нужно.
– Фу, гадость какая! – брезгливо поморщилась старая учительница, поняв о чем речь.
– Гадость, – согласилась Сатиа. – Но если потребуется, любая из нас сделает это, неважно, нравится оно ей самой или нет, и ничем не покажет своего отношения. Прежде всего – удовольствие и благополучие госпожи, наши желания не имеют никакого значения. Если мы служим, то служим верно. Завтра мы четверо приносим Елене Сергеевне клятву крови, а это очень многого стоит.
– Ясно… – удивленно посмотрела на нее Анастасия Петровна. – Мне трудно такое понять.
– Вот в разности менталитетов и весь вопрос, – позволила себе ироничную улыбку вампирша. – Елена Сергеевна тоже не в состоянии понять и принять многого обычного для нас. Но мы-то как раз это осознаем и не станем делать ничего, что для нее неприемлемо. Зато японцы этого, похоже, не поняли, и ведут себя с вашей дочерью так, как будто она одна из них. У меня даже возникло подозрение, что госпожу намеренно сводят с ума. Именно потому я и пришла к вам.
– Намеренно? – нахмурилась старая учительница. – Вы так думаете?
– Не уверена, – вздохнула Сатиа, – хотя многое наводит на эту мысль. Однако вполне возможно, что имеет место быть недоразумение. Единственный выход – идти к Повелителю и рассказать ему о происходящем. Но…
– Что?
– Я сама не рискнула. Матери госпожи он не причинит вреда, тем более, что в вас тоже есть древняя кровь. А я? Что я? Ничтожество. Он пальцами щелкнет, и меня не станет. Те же японцы в подвал отведут и в печь сунут. Живой. Я побоялась…
– В печь? – передернуло Анастасию Петровну. – Живой?! Господи, да куда мы с Леной попали?!
– В дом Палача, – горько усмехнулась Сатиа. – Он способен за несколько минут оставить от всего нашего мира только пыль. Насколько
– Что ж, – решительно встала старая учительница, – мне терять нечего, Леночка – это все, что у меня есть. Идемте к этому вашему Палачу.
– Благодарю, уважаемая госпожа! – просияла вампирша, вскакивая и кланяясь.
Повелитель занимал правое крыло особняка. Долго идти не пришлось, хотя пришлось спуститься на второй этаж, пройти по длинному коридору, подняться и снова спуститься – прямого прохода между покоями Палача и госпожи не существовало. Сатиа еще не бывала здесь и нервно ежилась – даже для нее обстановка оказалась дикой. Что уж говорить об Анастасии Петровне, то и деле шарахающейся от очередной полуживой статуи какого-нибудь чудовища. Стены и потолок мягко плыли, постоянно меняя очертания, как будто состояли из тумана. Мебели как таковой вообще не было, только бесчисленное количество разной высоты резных столбиков и висящих то тут, то там прямо в воздухе небольших платформ разной формы, между которыми то и дело проскакивали разноцветные молнии.
– Господи… – ошалело бормотала старая учительница, обводя все это изумленным взглядом. – Да что же это? Это как?
– Повелитель бесконечно древен, госпожа, – вздохнула Сатиа. – И бесконечно силен, он меняет пространство-время вокруг себя усилием воли, лепит из него все, что ему хочется.
Только увидев совершенно нечеловеческую обстановку вокруг, Анастасия Петровна поверила, что этот самый пресловутый Палач не уроженец планеты Земля. Ни один землянин не захотел бы жить посреди этого туманного хаоса. Получается, и в самом деле довелось столкнуться с существом невероятной мощи? Как там говорила Лена? Ангел возмездия? Абадонна? Но ведь это имя связано со Страшным Судом… Неужели пришло его время? Не дай Бог!
Возле самых покоев хозяина дома путь женщинам заступили два невозмутимых японца.
– Мать госпожи желает видеть Повелителя, – вышла вперед Сатиа. – Доложите.
Один из воинов Пути на секунду расфокусировал взгляд, выходя на ментальную связь. Немного подождал и посторонился, жестом давая понять гостьям, что их ждут. Персиянка двинулась вперед, потянув Анастасию Петровну за руку. Не успели они сделать и пары шагов, как все вокруг изменилось – непонятным образом женщин переместило внутрь огромного шара, наполненного клубами непрозрачного белого тумана. В центре полыхало белое же сияние. Из тумана грохотала музыка, хард-рок, Анастасия Петровна даже узнала любимую Леной “Алису”, песню “Красное на черном”, которую дочь могла крутить часами подряд.
Сияние в центре зала начало постепенно стягиваться в человеческую фигуру. Вскоре взгляду старой учительницы предстал очень бледный, высокий мужчина, одетый во все белое. Волосы его тоже оказались белыми. Только узкие черные очки, прикрывающие глаза, выбивались из общей картины. Незнакомец поднял руку и музыка стихла. Туман образовал из себя три кресла и столик, на котором появились бокалы и запотевший графин с каким-то золотистым напитком.
– Добрый вечер! – заставил вздрогнуть мягкий, обволакивающий какой-то голос. – Искренне рад познакомиться с матерью Елены Сергеевны и бабушкой Ирочки. Мое имя на Земле – Эрик Джейк Гарвельт.