Вера
Шрифт:
В дверь постучались.
– Да, войдите, – сказал Даратас, и в один миг несложным заклятием убрал дым из кельи. Незачем кому-то знать его странности.
Обычная деревянная дверь отворилась, и в помещение вошла молодая белокурая эльфийка, облачённая в традиционный наряд жрицы. В одной руке она держала короткий посох, а в другой – кипу скрученных пергаментов.
– Вот, алахоэ, здесь данные по состоянию укреплений. Все, что вы запрашивали.
– Спасибо, Недмэ, давай сюда, – сказал Даратас, и, приподнявшись, взял пергаменты.
– Что-нибудь ещё? – спросила девушка, уперев руки в бока.
– Да… – затянувшись, ответил Даратас.
Недмэ была ещё
– Когда же произойдёт назначение Верховных? Мы не можем затягивать. Думаю, весь народ сейчас в волнении от столь… эм, неожиданного временщика как я.
Жрица внимательно посмотрела Даратасу в глаза. Маг ответил немигающим ледяным взором, способным читать мысли. Несколько секунд они сверлили друг друга глазами, прожигая насквозь. Надо отдать должное, девушка была достаточно сильной волшебницей, но не под стать Даратасу. Стоило ему чуть усилить давление, как она отвела взгляд.
– Думаю, мы попали в очень щекотливую ситуацию, – пробормотала жрица, глядя в пол. – В живых остались только младшие сёстры, недостойные носить высший сан, и несколько матрон, силы которых почти иссякли. По нашему закону никто из них не может занять пост. Даже я.
– Неужели у вас не предусмотрено чрезвычайных…
– Наш закон един, – твёрдо сказала девушка. – Всяческие оговорки ведут к появлению обходных путей, алахоэ. Вы, люди, любите придумывать всяческие обороты, позволяющие вам создавать варианты. Вы называете это прагматизмом, а мы – откровенной ложью.
– Чудесно, моя госпожа, чудесно! – сказал Даратас и похлопал ладонями. От неожиданности девушка оторопела, Её брови поползли вверх. – Я рад, что вы хорошо ознакомлены с вашими традициями, но вот незадача: я их не знаю. Поэтому, на мой взгляд, разумнее не огрызаться, а нормально объяснить мне всю сложность ситуации, не перечисляя, в коих грехах повинна моя раса.
– Так, может, вас сразу на царство назначить? – рявкнула девушка.
– Ах, вот что… – пробормотал Даратас. Откинувшись на спинку, маг сделал пару затяжек, с интересом изучая стройную фигурку строптивой эльфийки, а затем щелкнул пальцами, и девушка, оторвавшись от пола, перевернулась головой вниз. Хмыкнув, маг заставил тело жрицы кружить вокруг оси с огромной скоростью. Эльфийка только подумала закричать, как маг применил заклятье немоты. Повертев дерзкую немного в воздухе, маг остановил её и вновь перевернул на ноги, впрочем, лишив возможности двигаться и говорить.
– Видишь ли в чём дело, моя дорогая, – молвил маг, – мне наплевать на регентство. И вообще наплевать на всякое правление. Если бы я хотел, вокруг меня бегали бы сотни таких, как ты. Среди вас нет ни одного, равного мне Я сейчас руковожу вашей обороной только потому, что меня просил мой друг и ваш царь сохранить эльфийский народ! – Даратас старался говорить тихо и медленно, чеканя слова, дабы они врезались в сознание, как нож в тело. – Поверь, я отлично знаю, кем меня здесь считают. И мне хорошо известно ваше отношение к людям. Но если вы не в силах
Сказав последнюю фразу, маг оборвал магическую связку и девушка упала на пол, в бессилии уткнувшись лицом в пол. Даратас, махнув рукой, уселся на стул, и, закурив, погрузился в чтение принесённых пергаментов, не обращая ровным счётом никакого внимания на лежащую жрицу.
– Это дикое оскорбление… – прошипела эльфийка. Даратас хмыкнул в ответ, давая понять, что сей факт ему прекрасно известен. – Ты, ты… – захлёбываясь слезами, забормотала жрица.
– О! Вы только посмотрите! М-да… – цокнув языком, проговорил маг, не отрываясь от чтения. – Если таких плакс выбирают в регенты, то дело у вашего царства совсем плохо. Хотя, знаешь, – задумчиво произнёс Даратас, резко поднявшись на ноги, – Это даже к лучшему. Умыв слезами и кровью собственную гордость, вы, быть может, укрепите свою веру.
– Да что ты знаешь о Вере, человек? – взревела эльфийка и рванула к Даратасу. Блеснул кинжал… но цели так и не достиг. Маг одним простым приёмом обезоружил девушку и рывком отшвырнул на кровать.
– Да, наверное, я мало знаю о вере, но я очень много знаю о жизни, дорогая, – проговорил маг, медленно вращая в руках маленький кинжал. – И, как подсказывает мне опыт, чем выше задираешь голову, тем легче не заметить то, что лежит под ногами. Пойми, глупая, сейчас не время кичиться своим «высоким» положением. Я какой-никакой, а правитель, и, согласно вашим законам, вы должны подчиняться. Истекающей кровью державе требуется точное, почти механическое исполнение правил, иначе ваше общество начнёт рушиться. Я понимаю твоё отвращение, и сам не рад сложившейся ситуации. Спасибо Кельвину! Но в данный час необходимо забыть о своём эго. В мир ворвалось нечто неизвестное, и сила этого непомерна. Да, этот мир, который вы храните, теперь под угрозой – не только ваш народ. А ты на меня с этим! – Даратас с отвращением кинул кинжал в угол. – Ножичком! Лучше поторопи своих, чтобы более не раздражаться моим присутствием.
– Да не могу я! – вырвалось у девушки, и она закусила губу.
– Да? И с чего же?
– Я уже сказала, никого нет. Мы не можем выбрать Жриц, и посему царя больше не будет. И ты, алахоэ, теперь вечно! – выкрикнула девушка, утирая слёзы.
Последние слова эльфийки ошарашили Даратаса, но, впрочем, ненадолго.
– Чушь! – воскликнул маг. – Даже при смерти Кельвин не расстался с разумом и не стал бы давать мне регентство, не зная, что тем самым ставит царство в безвыходное положение.
– Ну, он мог и не знать о…
– О всех последствиях он был извещён. За час до своей кончины старик-царь запросил всю информацию о последствиях сражения. М-да, истекая кровью, правитель думал о своём государстве. А ты… Стыдись! – тыкнув пальцем в сторону девушки, сказал Даратас и вновь уселся на стул, продолжая смачно затягиваться табаком из трубочки. – Видно, есть какой-то запасной ход… Так, значит, утри слёзы и спеши в самые дальние кладовые ваших библиотек. Найди хотя бы пару слов о ином варианте выбора царя. Всё, бегом. А я пока займусь изучением сложившейся обстановки.